ГЛАВА 4. Он приходит снова...
Утро началось с врачебного консилиума. Юля лежала и наблюдала, как три врача в белых халатах изучали её, словно редкий экспонат в музее. Молодой доктор с бородкой просматривал медицинскую карту. Женщина в очках направляла фонарик в её глаза. Главный врач — седой, измождённый, с лицом человека, повидавшего многое, — просто стоял и смотрел.
— Динамика положительная, — сказал бородатый. — Отёк спадает. Через пару дней переведём в общую палату.
— Рёбра и ключица срастаются нормально, — добавила женщина. — Организм молодой.
Юля молчала.
— Юлия Андреевна, вы нас слышите? — наконец обратился к ней главный врач.
— Слышу.
— Как себя чувствуете?
Как человек, к которому ночью приходит м ё р т в ы й жених, — подумала она.
— Нормально, — сказала вслух.
— Хорошо спите?
О, замечательно. Особенно когда призраки не досаждают.
— Да.
Врачи обменялись взглядами. Юля сразу поняла, что они думают. «Пациентка отрицает очевидное, возможно, в шоке. Нужна консультация психолога».
— Сегодня к вам придёт Антонина Павловна, — сказал начальник. — Она психотерапевт. Просто поговорить.
— Я не сумасшедшая, — возразила я.
— Никто так и не думает. После такой травмы, после такой утраты... потребность в поддержке — это нормально.
Потери.
Слово погрузилось в тишину, как камень в глубокий колодец.
— Хочу спать, — произнесла Юля и закрыла глаза, давая понять, что их беседа завершена.
***
Света появилась после обеда.
Юля услышала её раньше, чем увидела: цоканье каблуков, аромат духов (сладкие, ванильные, от которых Света не отказывалась с первого курса), шорох пакетов.
— Я принесла что-то запретное, — объявила подруга, входя в палату. — Виноград, шоколад и журналы. Я знаю, что тебе нельзя, но мне всё равно.
Юля открыла глаза. Света выглядела... нехорошо. По её меркам — катастрофически плохо. Тушь немного размазана, волосы собраны небрежным хвостом, а не идеальной укладкой. Для Светы, которая красилась даже для выноса мусора, это было равносильно поражению.
— Ты ужасно выглядишь, — сказала Юля.
— Тебе тоже не до красоты, — ответила Света, опускаясь на стул. — Ты в больнице, а я уже четвёртый день не сплю.
— Почему? — спросила Юля, глядя на подругу.
Света долго смотрела на неё, а потом вздохнула.
— Юль, ты серьёзно?
Потому что я чуть не погибла. Потому что Саша...
— Прости, — Юля опустила глаза. — Глупый вопрос.
— Очень глупый.
Наступило молчание. Неуютное, колючее. Такого между ними никогда не было.
— Свет…
— М?
— Ты… была на похоронах?
Света вздрогнула, потом кивнула.
— Позавчера. Твоя мама, папа, родители Саши… Фёдор…
— Федя?
— Да. Он… — Света задумалась, подбирая слова. — Он был ужасен. Напился после и кричал на всех, что это несправедливо и так не бывает.
Юля закрыла глаза.
Федя. Тот самый, кто звонил три раза. Тот, кто звал на шашлыки. Тот, кто говорил, что нашёл «ту самую».
— Юль, как ты? — тихо спросила Света, осторожно касаясь её руки.
Честно? Честно, я вижу призрак своего м ё р т в о г о парня. Он приходит по ночам и ничего не говорит. Честно, я не знаю, сошла ли я с ума.
— Не знаю, — ответила она. — Я правда не знаю.
***
Флешбек накрыл внезапно. Лето, два года назад. Они — Саша и Федя — на крыше дачи. Забрались по пожарной лестнице, потому что Саше вдруг захотелось посмотреть на звёзды.
— Вон там Кассиопея, — показывал Саша пальцем в небо.
— Это самолёт, Саш, — возразила она.
— Нет, Кассиопея.
— Она мигает.
— Кассиопея тоже мигает. Наверное.
Юля рассмеялась. Саша повернулся к ней, его глаза отражали настоящие звёзды, а не самолёты.
— Ты красивая, — сказал он.
— Это потому что ты выпил, — ответила она.
— Я выпил всего одно пиво. Я говорю это, потому что это правда.
Он поцеловал её — нежно, осторожно, пахнущий летом и чем-то неповторимым, «своим». Юля подумала: вот оно, счастье. Как просто.
***
— Юль, ты в порядке? — Света смотрела на неё с волнением.
Юля моргнула и перевела взгляд на подругу.
— Ты словно на мгновение отключилась, — пояснила Света.
— Просто задумалась, — ответила Юля, улыбнувшись.
— О чём? — спросила Света, приподняв бровь.
— О звёздах, — коротко ответила Юля.
Света, похоже, не поняла её, но не стала уточнять. Вместо этого она достала из пакета шоколадку.
— Вот, держи. Эндорфины тебе сейчас не помешают. Врачи, конечно, не одобрят, но они такие зануды.
Юля взяла шоколадку, но промолчала, что есть ей совсем не хочется. Последние дни она механически поглощала больничную еду, не чувствуя вкуса.
Света просидела ещё час. Она рассказывала о работе, об официанте с кудрями (оказалось, он женат, «представляешь, какой подлец!»), о новом сериале. Юля слушала вполуха, кивая в нужных местах.
Когда Света ушла, в палате воцарилась тишина.
***
Ночь опустилась, как зубная боль, — неизбежно и безжалостно.
Юля лежала с открытыми глазами, уставившись в потолок. Пятно в форме Африки никуда не исчезло. Может, это Мадагаскар справа? Или просто подтёк?
Она считала трещины на потолке, считала писки монитора, считала своё дыхание. Всё что угодно — лишь бы не думать о том, что...
Холод.
Он появился неожиданно, как и в прошлый раз. Будто кто-то открыл окно в январский день.
"Не смотри", — приказала себе Юля. — "Не смотри, и он исчезнет. Это иллюзия. Это побочка от лекарств. Это..."
Она все же взглянула.
Саша стоял в углу.
В той же одежде. С тем же лицом. Все такой же... нормальный. И это было самым пугающим.
***
Авария была ужасной. Юля помнила это смутно, фрагментами. Смятый металл, кровь, крики о том, что «пульса нет» — всё это всплывало в её памяти.
Саша должен был выглядеть иначе. Должны были быть следы, раны, что-то. Но он стоял перед ней — целый и невредимый. Словно просто зашёл проведать. Будто ничего не случилось.
Слишком нормальный.
Эта мысль билась в голове, будто птица в клетке.
Слишком целый. Слишком живой для мёртвого.
— Саша, — прошептала она.
Он сделал шаг вперёд.
— Скажи что-нибудь, прошу.
Он сделал шаг вперёд.
— Я не понимаю, что происходит. Зачем ты...
Он попытался заговорить.
Но рот его оставался пустым. Губы шевелились, но звука не было. Это напоминало немое кино, словно он оказался за стеклом.
Юля почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Не от холода — от леденящего ужаса. Чистого, первобытного страха.
Это был Саша. И одновременно не он. Что-то в его глазах казалось… неправильным. Взгляд был слишком пристальным, слишком голодным.
***
Очередной флешбек — неожиданный, неуместный.
Новый год. Их первая совместная встреча. Крошечная квартирка, ёлка из магазина, оливье из супермаркета.
— За нас, — сказал Саша, поднимая бокал.
Она кивнула в ответ.
— И чтобы мы никогда не расставались.
Юля фыркнула, и шампанское выплеснулось.
Саша смеялся, она ругалась. Салфетки закончились, и они вытирали стол его футболкой.
Идеальный Новый год.
***
— Я боюсь тебя, — тихо сказала Юля.
Саша замер.
Впервые за всё время выражение его лица изменилось. Что-то мелькнуло в его глазах — боль? обида? — и исчезло.
— Я боюсь. И я не понимаю. Почему ты молчишь? Почему приходишь? Что тебе нужно? — её голос дрожал.
Он стоял у края кровати. Медленно, словно преодолевая сопротивление воды, его рука поднялась и потянулась к её лицу.
Холод. Нечеловеческий, невыносимый холод охватил её.
— Нет, — Юля закрыла глаза и отвернулась. — Нет. Уходи, пожалуйста. Я не могу. Не могу так.
Тишина. Долгая и звенящая...
Она лежала, уткнувшись лицом в подушку, и считала удары сердца. Сто. Двести. Триста.
Когда она наконец осмелилась повернуться, палата оказалась пустой. Никакого Саши.
Только холодный воздух у кровати и едва уловимый запах. Его одеколон. Тот самый, который она подарила ему на день рождения. Который он называл «вонючкой для хомяков», но наносил каждый день, потому что «ты же выбирала».
Юля уткнулась лицом в подушку и расплакалась. Это были первые настоящие слезы с того самого утра.
***
Он будет приходить снова. Она это знала.
Каждую ночь — тихий, застывший, слишком привычный. И каждую ночь она будет отворачиваться.
Смотреть на него невыносимо. Любить м ё р т в о г о — невозможно. Отпустить — ещё страшнее.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...
Дорогие читатели, пожалуйста, ставьте палец вверх, если вам понравился рассказ, мне как автору, важно понимать, что моё творчество нравиться читателям и это очень мотивирует. С любовью и уважением, ваша Ника Элеонора❤️
🎀Не настаиваю, но вдруг захотите порадовать автора. Оставляю на всякий случай ссылочку и номер карты: 2200 7019 2291 1919.