Костя перевернул третью страницу, и сухие отчеты о зимородках окончательно сменились лихорадочными записями. В центре верхней строки жирным шрифтом был выведен заголовок: «Эксперимент №1. Порядок вещей». Ниже шел текст, больше похожий на инструкцию к оккультному ритуалу, чем на научный труд: «Я понял, что мир держится на привычке… Вещи годами врастают в свои места, создавая кокон предсказуемости. Мы, даже сами того не понимая, каждый раз возвращаем их на "правильные" места. Эксперимент показал, что в реальности можно пробить брешь — нужно лишь нарушить созданную симметрию. Если лампа всегда стояла слева — переставь вправо. Если стул у стола — вынеси к дверному проему. Наблюдая за откликом пространства, я заметил, как оно начинает сопротивляться, пытаясь вернуть утраченное равновесие… Но также я понял, что в эту игру могут играть двое: пространство и…»
Последнее слово Костя не смог разобрать. Скорее всего, это какой-то научный термин, который не был ему известен...
— Бред какой-то, — прошептал парень, но палец уже листал дальше.
На следующем развороте он увидел ту самую схему города, которую заметил раньше. Тонкие, как паутина, линии пронзали карту Великого Оврага, стягиваясь к одной точке в историческом центре, неподалеку от библиотеки — насколько Костя смог разобрать каракули ученого. В самом центре этого сплетения, прямо в чернильном кружке, стояло число «73».
Никаких пояснений... Ни дат, ни метров... Просто голое, пугающее своей конкретикой, число. Рядом на полях автор оставил едва разборчивую заметку: «73 — всего хорошего».
Костя откинулся на спинку стула... Его взгляд невольно упал на тяжелую лампу с зеленым абажуром, которая с первого дня стояла по левую руку от него... Он вспомнил, как бережно расставлял все вещи в первый день после заселения…
В голове запульсировала странная, почти детская мысль: а что, если это не сумасшествие? Что, если ученый нашел способ «взломать» скучную повседневность этого сонного города?
Костя протянул руку, обхватил холодное металлическое основание лампы и медленно, с каким-то внутренним трепетом, переставил её на противоположный край стола. В ту же секунду в глухой зимней тишине сада что-то тяжело рухнуло с ветки на снег под окном. Безмолвие в комнате стало каким-то ватным, давящим на уши. Костя замер, не отнимая руки от лампы... Сердце колотилось так, что пульс отдавался в висках...
— Просто снег сошел с ветки, — произнес он вслух, чтобы разрушить морок. — Ничего сверхъестественного...
Парень решительно перевернул следующую страницу тетради. Там, под заголовком «Эксперимент №5. Зеркальный отклик», было нацарапано: «Пространство не любит, когда на него смотрят прямо… Оно прячется за фасадами. Чтобы увидеть изнанку, используй отражение. 90 секунд — и я увидел не то, что есть… А то, что было... Или то, что будет».
Костя невольно глянул в темное окно. Стекло превратилось в подобие черного зеркала, в котором отражалась его комната: стол, кровать, шкаф и переставленная на правый край лампа. В отражении она выглядела чужеродно, словно пятно на чистом холсте.
Парень достал телефон, открыл секундомер. Палец завис над кнопкой «Старт».
— Глупости... Я взрослый человек, реставратор, — пробормотал он, но азарт исследователя уже взял верх.
Он нажал на пуск и уставился в окно, стараясь поймать взглядом отражение книжного шкафа за своей спиной.
10 секунд... 20... 30...
На 45-й секунде ему показалось, что тени в углах комнаты в отражении стали гуще...
На 60-й секунде по стеклу пошла легкая вибрация, будто где-то далеко проехал тяжелый грузовик, хотя улица, на которой он жил несколько месяцев, всегда была спокойной и тихой — никакие грузовики здесь сроду не ездили.
На 88-й секунде Костя в панике вскочил и выбежал из комнаты...
Он направился прямиком на кухню, стараясь не прислушиваться к шорохам старого дома. Там он вспомнил, что еще не ужинал после работы, и принялся разогревать борщ...
***
Горячая еда вернула Костю в реальность...
«Показалось, — убедил он самого себя. — Переутомился, в подвале надышался пылью, вот и мерещится всякое».
Вернувшись в комнату с дымящейся чашкой чая, парень снова сел к столу. Дневник лежал на прежнем месте, словно ожидая, когда же его продолжат изучать. Костя осторожно перевернул страницу, ожидая новых ужасов, но записи снова стали будничными. Ученый советовал: «Пространство инертно. Вещи нужно оставлять на новых местах несколько дней кряду, приучая реальность к иному порядку. Только на вторые или третьи сутки структура начала истончаться, и я заметил сдвиги в реальности».
Костя невольно усмехнулся своей недавней панике.
«Несколько дней? А я-то ждал, что прямо сейчас гром грянет, не меньше!» — подумал он с облегчением. Константин отодвинул тетрадь на край стола, решив, что на сегодня хватит с него сомнительных экспериментов. Его ждала настоящая работа.
Маргарита Сергеевна разрешила ему взять на дом старый детский журнал начала прошлого века — редкое издание с раскрашенными от руки иллюстрациями, которое готовили для новогодней выставки...
Костя бережно разложил на столе инструменты: тонкие кисти, кюветы с клеем, полоски японской бумаги. Он с радостью погрузился в привычный, почти медитативный процесс. Нужно было заменить сгнившие скобы и восстановить надорванные края страниц. Запах клея и старой бумаги окончательно вытеснил тревогу из его головы.Костя работал сосредоточенно, забыв о времени, и лишь изредка бросал взгляд на старую лампу, которая так и осталась стоять на «неправильном» месте, справа...
***
Костя работал допоздна... Лампа отбрасывала мягкий круг света на пожелтевшие страницы детского журнала. Мастерски орудуя тонким скальпелем, парень усердно вычищал остатки старого засохшего клея, когда его взгляд внезапно зацепился за одну из иллюстраций...
На полях, рядом с забавным стишком про зимние забавы, кто-то когда-то оставил крошечную пометку карандашом. На первый взгляд это было похоже на детские каракули. Костя придвинул лупу и замер: в углу был нарисован точно такой же символ, который он недавно видел в дневнике ученого — ломаная линия, пересекающаяся с кругом. А чуть ниже, едва заметно, стояло число 73.
— Опять они... — прошептал парень, чувствуя, как по затылку пробежал холодок. — Журнал из архивного фонда, дневник из подвала… Как они могут быть связаны?
Он быстро пролистал остальные страницы. Больше никаких пометок не было, но само совпадение выбило его из колеи. Работа больше не шла... Костя сложил инструменты, выключил свет и лег в кровать, слушая лекцию об исторических находках, пока не уснул....
Лампа же так и осталась стоять на «чужом» месте...
***
Ночью ему снился странный сон: он шел по бесконечным залам библиотеки, и все книги на полках были повернуты корешками внутрь. Он пытался найти хоть одну знакомую обложку, но стоило ему протянуть руку, как стеллажи начинали бесшумно раздвигаться, образуя лабиринт. В конце одного из коридоров стоял человек в старом пальто и внимательно смотрел на карманные часы, отсчитывая секунды.Костя проснулся от собственного вскрика. В комнате было серо от раннего зимнего рассвета.
— Приснится же! — Костя поднялся и пошлёпал стоптанными тапками на кухню. Остатки жуткого сна быстро развеялись, когда он выпил две кружки теплой воды.
Перед самым выходом на работу на телефон пришло сообщение: «Приезжай пораньше, Света привезет жениха знакомиться!»
Это было сообщение от мамы. Она ждала его на новогодние каникулы, которые теперь должны были начаться чуть раньше... А Света — его старшая сестра, которая уже год не могла познакомить семью со своим избранником.
—Но у нас зарплата…. Не раньше двадцать пятого… — задумался Костя. — Придется найти вторую работу…