Глава 3
На встречу с Анатолием они пришли раньше на полчаса. Катя нервничала, Олег тоже — это было видно по тому, как он теребил салфетки. В кафе играла тихая музыка, пахло кофе и сдобой.
— А вдруг он не придет? — спросила Катя.
— Придет, — ответил Олег. — Звонил утром, подтвердил.
Катя снова посмотрела на дверь. Каждый раз, когда кто-то входил, сердце подпрыгивало. А вдруг это он?
В три ноль пять вошел высокий мужчина в джинсах и свитере. Оглянулся по сторонам, увидел их и направился к столику. У Кати перехватило дыхание — глаза у него были зеленые, как у нее.
— Олег? — спросил мужчина, подходя.
— Привет, Толя.
Они пожали руки как-то натянуто. А потом Анатолий посмотрел на Катю, и она увидела, что он волнуется не меньше нее.
— А это Катя, — сказал Олег.
— Привет, — тихо сказала Катя.
— Привет, — ответил Анатолий и сел напротив. — Можно я кофе закажу? А то руки трясутся от волнения.
Они заказали кофе и пирожные, хотя есть никому не хотелось. Молчали неловко. Катя украдкой разглядывала Анатолия — искала сходство. Глаза точно похожие. И нос, кажется, тоже.
Наконец Анатолий сказал:
— Я долго сомневался, стоит ли искать вас. Думал, может, лучше не лезть в чужую жизнь.
— А что передумать заставило? — спросил Олег.
— Развелся недавно. И понял, что жизнь короткая, а я, может быть, упускаю шанс узнать собственную дочь.
Катя поежилась от слова "собственную". Звучало странно.
— А детей у вас нет? — спросила она.
— Нет. Жена не хотела. Говорила, карьера важнее.
— А вы где работаете?
— Врач. Хирург в больнице имени Склифосовского.
Катя кивнула. Значит, от него у нее могли быть способности к медицине. Она всегда хорошо разбиралась в биологии.
— А ты чем увлекаешься? — спросил Анатолий.
— Читаю много. Рисую иногда. А еще хожу в секцию плавания.
— Плавание — это здорово. Я в молодости тоже плавал.
Разговор не клеился. Все старались быть вежливыми, но чувствовалось напряжение. Олег молчал в основном, только кивал иногда.
Через час Анатолий посмотрел на часы:
— Мне скоро на дежурство. Но я хотел сказать... Катя, если захочешь еще встретиться, я буду только рад.
— Не знаю, — честно ответила она. — Мне нужно подумать.
— Конечно. Вот мой номер, — он протянул ей визитку. — Звони, если что.
Когда Анатолий ушел, Катя с Олегом еще полчаса сидели в кафе.
— Ну как? — спросил он.
— Странно, — сказала Катя. — Он вроде нормальный, но... чужой какой-то.
— Это естественно. Вы же не знаете друг друга.
— А ты что думаешь про него?
Олег пожал плечами:
— Не изменился особо. Был спокойным, таким и остался.
Дома их ждала Марина. Бегала по квартире как зверь в клетке.
— Ну как? — набросилась она на них, едва они вошли.
— Нормально, — сказал Олег. — Познакомились, поговорили.
— И что он хочет?
— Общаться с Катей. Если она согласится.
Марина посмотрела на дочь:
— А ты согласишься?
— Не знаю еще.
— Катя, он чужой человек! Ты его не знаешь!
— Мам, ну хватит уже, — устало сказала Катя. — Я не маленькая.
— Ты еще ребенок! И не понимаешь, на что подписываешься!
— А на что я подписываюсь? — разозлилась Катя. — На то, чтобы узнать правду о себе?
— Какую правду? — вскричала Марина. — Что ты хочешь узнать?
— Всё! Почему ты врала столько лет! Почему не сказала ему, что ждешь меня! Почему обманывала папу!
Марина побледнела:
— Я не хотела никого обманывать...
— Но обманывала! — не унималась Катя. — А теперь делаешь вид, что во всем виноват Анатолий!
— Катя, прекрати, — вмешался Олег.
— Нет, не прекращу! — обернулась к нему Катя. — Вы все от меня что-то скрываете! Мама врет, ты молчишь! А я должна догадываться обо всем сама!
Марина заплакала:
— Катюша, я просто хотела, чтобы у тебя была нормальная семья...
— За счет лжи? За счет того, что папа тринадцать лет растил чужого ребенка, не зная об этом?
— Не чужого! — воскликнула Марина. — Ты его дочь, несмотря ни на что!
— По документам, да. А по факту — чужая.
Олег сел на диван и потер лицо руками:
— Хватит. Всё, хватит этого цирка.
— Какого цирка? — спросила Марина.
— Вот этого. Мы ходим вокруг да около, недоговариваем, врем самим себе. А Катя страдает посередине.
— Олег, что ты хочешь сказать?
— Хочу сказать, что пора честно поставить все точки над i. Марина, расскажи Кате всю правду. Всю, без утайки.
— Какую правду?
— Про то, что было тогда. Про Толю, про наши отношения. Про то, как ты решала, что делать. Пусть дочь знает всё.
Марина села в кресло:
— Зачем ей это знать?
— Потому что она имеет право. И потом... — Олег помолчал. — Катя, тебе нужно сделать выбор.
— Какой выбор? — не поняла Катя.
— Кем ты хочешь быть. Дочерью Анатолия или моей дочерью.
— Как это?
— Очень просто. Если хочешь знать биологического отца, общаться с ним, строить отношения — это твое право. Но тогда честно скажи об этом.
— А если не хочу?
— Тогда мы забудем про Анатолия и живем дальше, как семья.
Марина вскочила:
— Олег, что за бред? Она же ребенок! Как может ребенок делать такой выбор?
— Может, — твердо сказал Олег. — В тринадцать лет уже можно понимать, чего хочешь.
— Но при чем тут выбор? Катя может общаться с Анатолием и оставаться нашей дочерью!
— Нет, — покачал головой Олег. — Так не получится. Либо одно, либо другое.
Катя смотрела на них и ничего не понимала:
— Пап, а почему нельзя и то, и то?
— Понимаешь, котенок? Тринадцать лет я считал тебя своей дочерью. Растил, любил, переживал за тебя. А теперь выясняется, что ты не моя. И это... это очень больно.
Катя почувствовала, как у неё перехватило дыхание:
— Пап, но ты же сказал, что всё равно меня любишь...
— Люблю. И буду любить. Но не могу делить тебя с другим отцом. Это выше моих сил.
Марина вскочила:
— Олег, ты с ума сошёл! Она же ни в чём не виновата!
— Знаю, что не виновата. Но виновата ты. И я устал это расхлёбывать.
— Что значит — расхлёбывать?
— Твою ложь! — повысил голос Олег. — Тринадцать лет лжи, Марина! Я жил в выдуманном мире, где у нас была обычная семья. А на деле всё было неправдой.
Катя села на диван. Голова кружилась.
— Мам, расскажи, как всё было, — попросила она. — Честно расскажи.
Марина помолчала, потом села рядом:
— Хорошо. Слушай. Мне тогда было восемнадцать. Я училась на третьем курсе, была влюблённая дура.
— В кого? В Анатолия?
— В Толю, да. Он был старше, красивый, все девчонки на него заглядывались. А он выбрал меня.
— И что дальше?
— Встречались мы месяца три. А потом он сказал, что не готов к серьёзным отношениям. Что ему нужна свобода.
Олег хмыкнул:
— Классика.
— Не перебивай, — одёрнула его Марина. — Я тогда очень переживала. Плакала, не ела. А потом встретила твоего... встретила Олега.
— И влюбилась в него?
— Не сразу. Сначала просто было приятно, что кто-то обо мне заботится. Олег был добрый, надёжный. Не как Толя.
— А потом?
— Потом мы с папой… с Олегом поругались. Из-за чего – уже не помню. Я очень переживала и, на беду, встретила снова Анатолия. Он сказал, что ему плохо без меня. Я поверила. Мы снова стали встречаться. Но я все время думала об Олеге. Считала, что я во всем виновата, в той ссоре. Не выдержала и вернулась к Олегу. Он был рад. Я хотела ему сразу рассказать, что встретила снова Анатолия, но не смогла, видя на его лице счастье. Вскоре я поняла, что будет ребенок. Олег очень обрадовался. А я переживала – не знала, чей это ребенок. Даты сходились и с тем, и с другим.
Катя кивнула. Пока всё было понятно.
Марина замолчала и вытерла слезы.
— И ты решила промолчать, — догадалась Катя.
— Решила подождать. Думала, может, само как-то образуется.
— А когда я родилась?
— Когда ты родилась, я посмотрела на тебя и подумала, что неважно, от кого ты. Ты была моя девочка, и всё.
— А папа что думал?
Олег ответил сам:
— Папа думал, что у него дочка родилась. И был счастлив как дурак.
В его голосе была горечь, которую Катя раньше не слышала.
— Пап, а ты не подозревал?
— Нет.
Марина снова вытирала слёзы:
— Олег, ну зачем ты так? Я же хотела как лучше...
— Как лучше для кого? Для себя?
— Для всех! Для тебя, для Кати, для нашей семьи!
— Врала ради семьи? — усмехнулся Олег. — Интересная логика.
Катя встала и подошла к окну. На улице шёл осенний дождь, люди спешили под зонтиками. Обычная жизнь, а у неё дома всё рушится.
— И как мне быть? Как выбирать? — сказала она, не оборачиваясь.
— Не нужно выбирать, — быстро проговорила Марина. — Давайте забудем все и будем жить дальше… как раньше…
— Нет, — возразил Олег. — Как раньше не получится. Теперь мы все знаем правду.
— И что изменилось? — спросила Марина. — Катя твоя дочь, какая разница, кто её биологический отец?
— Разница в том, что теперь есть другой человек, который тоже имеет права на неё.
Катя обернулась:
— А если я не хочу ни с кем из вас жить?
Родители посмотрели на неё испуганно.
— Что ты имеешь в виду? — спросила Марина.
— Имею в виду, что вы все взрослые люди, а решаете мою судьбу без меня. Мама врёт тринадцать лет. Папа ставит ультиматумы. Анатолий вдруг появляется из ниоткуда. А я что, кукла?
— Котёнок, мы не хотели... — начал Олег.
— Не хотели, но получилось, — перебила его Катя. — Все думают о себе. Мама думает, как бы ей было удобнее. Папа думает о своих чувствах. Анатолий решил, что теперь хочет дочку. А что я хочу, никто не спрашивает.
— Так мы и спрашиваем, — сказала Марина. — Что ты хочешь?
Катя села обратно на диван:
— Хочу, чтобы всё было как раньше. Чтобы мы были обычной семьёй, и никто никого не обманывал.
— Но так уже не будет, — тихо сказал Олег.
— Почему?
— Потому что правда наружу вышла. И спрятать её обратно нельзя.
Катя кивнула. Это она понимала.
— Тогда я хочу время подумать, — сказала она. — Неделю. Без всяких разговоров про выбор и про то, с кем мне жить. Просто время.
— Хорошо, — согласился Олег. — Неделя так неделя.
— И в эту неделю я хочу ещё раз встретиться с Анатолием. Одна.
— Ни за что! — воскликнула Марина.
— Мам, мне нужно понять, что он за человек. Без свидетелей.
Олег подумал:
— Хорошо. Но в людном месте. И чтобы я знал, где ты.
— Договорились.
Марина смотрела на них как на сумасшедших:
— Вы оба спятили. Она ребёнок!
— Ребёнок, который вынужден решать взрослые проблемы, — ответил Олег. — По нашей вине.
И Катя поняла, что неделя будет самой трудной в её жизни. Потому что за семь дней нужно решить, кем она хочет быть и с кем жить дальше.
А выбор предстоял между тремя людьми, каждый из которых был прав по-своему.
Предыдущая глава 2:
Глава 4: