Душа болела у Лиды за дочку, боялась, как бы та от всех переживаний чего не натворила. Она знала эту Иринину черту — замыкаться в себе, терпеть, молчать, а потом бахнуть так, что мало не покажется. И сейчас, когда дочь осталась одна в пустой квартире, Лида места себе не находила.
Она вертелась на кухне, то садилась, то вставала, то смотрела в окно, то на часы. Витя уехал к себе, пообещав на днях вернуться и помочь с переездом. Дети спали в комнате, тихо посапывая. А Лида не могла найти себе места.
— Надо было остаться, — прошептала она в пустоту. — Не слушать ее, не уходить.
Она подошла к телефону, взяла его, положила. Снова взяла. Набрала Ирин номер — не отвечает. Написала сообщение — прочитано, молчит.
— Господи, — прошептала Лида, глядя на икону. — Убереги ее. Не дай сломаться. Сама знаю, каково это — когда муж бросает. Но я хоть с Олегом счастье нашла. А она? Она только себя теряла все эти годы.
Лида вспомнила свой первый брак, отца Иры. Как он предал их. Как она плакала, как думала, что жизнь кончена. А потом встретила Олега и поняла, что настоящая любовь не требует жертв, не унижает, не заставляет чувствовать себя ничтожеством. Она просто есть — теплая, надежная, как печка в зимний вечер.
— Ирочка, ты же умница, — шептала Лида. — Ты справишься. Я знаю.
К Саше она всегда относилась настороженно, не сказать, что он ей не нравился вначале, но что-то в нем было такое, что заставляло внутренний голос шептать: «Осторожно, Лида, присмотрись». Но она не присматривалась, потому что Ира была счастлива, или делала вид, или верила, что счастлива. А она не такая мать, чтобы разрушать иллюзии дочери?
Лида тяжело вздохнула, села на табурет, обхватила чашку с давно остывшим чаем. Олега рядом нет, посоветоваться не с кем. Витя — молодец, конечно, мужик надежный, но он не Олег. Олег умел выслушать, не перебивая, и найти слова, которые ложились на душу ровно, без царапин.
— Олеженька, — прошептала Лида, глядя в темное окно, — если ты там, слышишь меня, помоги ей. Помоги моей девочке. Я знаю, ты не верил в эти чудеса, но я прошу. Ради меня.
За окном все падал снег, крупными хлопьями, мягко, пушисто. В отблесках уличного фонаря он казался серебряным. Где-то там, за этим снегом, сидела Ира, одна, и, наверное, плакала.
Вдруг телефон пиликнул. Лида быстро схватила его. Сообщение от Иры: «Нормально. Пью чай. Не переживай». Она выдохнула, прижала телефон к груди. Жива. С ней всё в порядке.
Лида убрала телефон, встала, прошла в комнату, где спали внуки. Димка раскинулся по-хозяйски, раскинув руки в стороны, одеяло сползло на пол. Алиска свернулась калачиком, прижав к себе игрушечного зайца, которого когда-то подарил Олег. Лида поправила одеяло, поцеловала каждого в макушку.
— Бабушка, — вдруг позвал Димка, не открывая глаз, — а папа придет завтра?
Она замерла. Сердце кольнуло.
— Спи, внучек, — тихо сказала она. — Завтра поговорим.
— Он обидел маму, да? — мальчик открыл глаза, серьезные, не по-детски взрослые. — Я слышал, как он кричал. Я не маленький. И тебя обидел. А девочек обижать нельзя, их надо защищать.
Лида села на край кровати, погладила его по голове.
— Дима, папа сейчас… Он не прав. Он сказал то, чего не надо было говорить. Маме больно. Ей нужна наша с тобой поддержка. Ты сможешь помочь?
— Смогу, — кивнул мальчик. — Я за маму всегда заступлюсь. И за Алиску.
— Молодец, — улыбнулась Лида сквозь слезы. — Спи.
Димка закрыл глаза и через минуту уже ровно дышал. Лида посидела еще немного, потом вернулась на кухню, допила холодный чай, выключила свет.
Она легла в спальне. В голове крутились мысли о завтрашнем дне. Нотариус, дети, работа, переезд в свой дом, и дочь, и зять. Всё это кружилось в голове в каком-то безумном хороводе. Столько событий за один день — и хороших, и плохих.
— Справимся, — прошептала Лида в темноту. — Все вместе.
Она закрыла глаза, и в тишине старого дома, где каждая половица помнила Олега, ей показалось, что она слышит его голос: «Справитесь, Лидуся. Вы же у меня сильные».
Она улыбнулась во сне и провалилась в спокойную, без сновидений темноту.
Утром первым делом Лида позвонила Ире. Дочь практически сразу взяла трубку.
— Мама, всё нормально. Я собираюсь на работу, — ответила она. — Ты отведешь детей?
— Конечно, — вздохнула Лида. — Ты что-то надумала?
— Да, живем дальше, — произнесла с усмешкой Ира. — Хорошего тебе дня, еще созвонимся.
— Да, конечно, — растерянно кивнула Лида.
Дочь положила трубку. А Лида задумчиво смотрела в окно, она так и не поняла слова дочери — то ли жить дальше с детьми, то ли с Сашей.
— Потом разберемся, — махнула она рукой. — Некогда рефлексировать, надо быстренько детей по учреждениям развести.
Лида действовала как заведенная. Быстро подняла внуков, умыла, одела, накормила завтраком. Димка собирался сам, серьезный и сосредоточенный, то и дело поглядывая на бабушку.
— Бабушка, а мама точно придет за нами? — спросил он, завязывая шнурки.
— Обязательно, — уверенно ответила Лида. — Она обещала.
Алиска еще спала на ходу, терла кулачками глаза и капризничала, отказываясь от каши. Лида уговорила ее съесть хотя бы несколько ложек.
В школу и детский сад они вышли загодя, чтобы не спешить. Морозный воздух ударил в лицо, заставил окончательно проснуться. Димка шагал рядом, важно, как взрослый, то и дело поглядывая на сестру. Алиска брела за руку с Лидой, хлюпала носом и жаловалась на холод.
— Потерпи, зайка, скоро придем, — уговаривала ее Лида.
После того как дети были сданы — Димка в школу, Алиска в садик, — Лида направилась в библиотеку. Нужно было отпроситься у начальства на пару дней, чтобы заняться переездом. Раиса Ивановна, пожилая строгая женщина, выслушала ее, покачала головой.
— Лидия Петровна, вы бы себя пожалели. Столько событий за короткое время — похороны, переезд, у вас еще дочь, внуки…
— Дочь уже взрослая, — перебила ее Лида. — Мне нужно взять пару дней на неделе, чтобы перевезти вещи.
— Берите, — вздохнула начальница. — И дай вам Бог удачи.
Лида направилась на свое рабочее место и тут же набрала номер Иры. Та не ответила. Написала сообщение: «Ира, мне за детьми вечером приходить? Или ты сама?»
Ответ пришел через минуту: «Я сама. Отдыхай. Спасибо».
Лида вздохнула. Хорошо, что дочь очнулась и не лежит пластом. Плохо, что не говорит ничего толком. Непонятно, что у нее на душе.
В обед она сбегала в местный МФЦ, записалась на прием, узнала, какие документы нужны для покупки дома. После позвонила хозяйке дома и сообщила дату.
— Вы сможете приехать? — с тревогой спросила ее Лидия.
— Конечно, даже если меня начальство не отпустит, ради такого я даже сбегу с работы, — рассмеялась Наталья.
Лида улыбнулась в трубку, услышав ее веселый голос. Наталья была женщиной легкой, и эта ее легкость сейчас казалась глотком свежего воздуха среди тяжелых, липких переживаний.
— Тогда договорились, — сказала Лида. — Я всё подготовлю, вы приезжайте.
— Обязательно, — пообещала Наталья. — И вы не переживайте. Всё будет хорошо.
— Я стараюсь, — вздохнула Лида.
Они попрощались, и она спрятала телефон в карман. Хорошо, что есть такие люди — простые, надежные, без подвоха. А ведь она совсем не знала Наталью, а уже чувствовала к ней доверие. Может, потому что та была дочерью Раисы Сергеевны, а та, в свою очередь, всю жизнь учила детей, сеяла разумное, доброе, вечное. Наверное, и дочь в нее пошла.
Остаток рабочего дня Лида провела в полудреме — сидела за столиком в читальном зале, раскладывала книги, но мысли ее были далеко. Она думала о доме, о переезде, о дочери, о внуках и о том, что жизнь, кажется, начинает потихоньку налаживаться. Не так, как хотелось бы, не быстро, но — налаживаться.
Вечером она зашла в магазин, купила продукты — молоко, хлеб, печенье к чаю. У кассы снова встретила бабу Зину. Та стояла с авоськой, полной пакетов, и радостно закивала:
— Лида, здравствуй! Как дела? Дом-то посмотрели?
— Посмотрели, — улыбнулась Лида. — Спасибо вам за наводку.
— Надумали что ли? — баба Зина засияла.
— Пока ничего не скажу, — ответила Лида.
— Ну и ладно, я не в обиде. Потом всё равно узнаю, — рассмеялась соседка.
Она вышла из магазина и побрела домой.
Вечером, когда уже стемнело, позвонила Ира.
— Мама, детей я забрала, всё нормально. Мы сегодня с ними поговорили. Сказала, что папа уехал в командировку. Надолго.
Лида помолчала. Тяжелый вздох вырвался сам собой.
— А сама ты как?
— Нормально, — голос дочери звучал устало, но ровно. — Подала заявление на развод.
— Так быстро? — удивилась Лида.
— Да, девчонки на работе подсказали, что надо всё сделать быстро, а то вдруг он еще кредитов наберет, а потом всё будет пополам делиться. Не хотелось бы еще и здесь попасть.
— Держись, Ира. Всё переболит и отвалится, — вздохнула Лида.
— Держусь, — хмыкнула Ира. — Ладно, мамуль, отдыхай и не обижайся на меня. Я тебя люблю.
— И я тебя.
Продолжение следует...
Автор Потапова Евгения