После новогодней поездки Евгений стал приезжать часто. Раз в неделю, а то и два. То с рыбой — поймал на Ишиме, то с медом — знакомый пасечник дал хороший, то просто так, посидеть вместе, поговорить о том о сем.
Людмиле эти визиты были в радость. Она замечала, как мама стала другой — мягче, приветливее. Раньше Наталья Петровна ворчала на гостей: «Опять посуду мыть, опять убирать». А теперь сама доставала из погреба варенье, пекла пироги.
— Хороший мужик, — сказала она однажды, когда Евгений уехал. — Спокойный. Работящий. Таких теперь мало.
Люда промолчала, но мамино одобрение было важно. Может, важнее, чем она сама себе признавалась.
В один из февральских вечеров они сидели на кухне. За окном кружил снег, на плите кипел чайник, пахло мятой и медом. Евгений листал на телефоне фотографии из новогодней поездки — Люда с Алисой у елки, Зинаида Петровна в сугробе, они вдвоем на фоне заснеженных гор.
— Хорошо мы тогда съездили, — сказал он, откладывая телефон. — Надо бы повторить. Весной, когда потеплеет.
— Куда? — спросила Люда.
— Не знаю. Куда глаза глядят. Ты же у нас путешественница, тебе виднее.
Люда улыбнулась. Она заметила, что Евгений часто называет ее «путешественницей». Сначала ей было неловко — какая она путешественница, всего пара поездок. Но потом привыкла. И даже понравилось.
— Денег бы накопить, — сказала она задумчиво. — Путешествия — это хорошо, но они денег стоят.
— Это да, — Евгений кивнул. — У меня с этим тоже небогато. Мастерская, запчасти, налоги. На жизнь хватает, а на лишнее — не очень. Как только отложу денег на круиз, то, как назло, или туалетная бумага закончится, или лампочка перегорит.
— Твоя правда! – рассмеялась Люда. А потом серьезно добавила. — Я вот думаю, — как это у меня получается? Вроде зарплата небольшая, а вон сколько уже съездила. И в Казахстан, и в Тобольск, и в Сочи. И с тобой на Урал. А считаешь — денег вроде и не было.
— Были, просто ты их не замечала, — сказал Евгений. — Копила потихоньку, вот и накопила.
— Да накопилось само как-то... — Люда замялась. — Раньше я думала, что для путешествий нужны огромные деньги. Что это для богатых, для молодых, для тех, у кого проблем нет. А потом поняла — это просто отговорки.
В комнату зашла Наталья Петровна. Она делала вид, что ищет что-то в шкафу, но Люда знала: мама пришла послушать. С тех пор как Евгений стал часто бывать, Наталья Петровна проявляла к их разговорам особый интерес.
— О чем это вы? — спросила она как бы невзначай.
— О путешествиях, мам. О том, как на них копить.
— Ну-ну, — Наталья Петровна села на табуретку, взяла кружку. — Покопишь тут на тридцать тысяч. Сама знаешь, куда деньги идут: квартплата, продукты, одежда. А путешествия — это баловство. Не для нашего брата.
Люда вздохнула. Она слышала эти слова с детства. «Не для нашего брата», «не по карману», «это для богатых». Мама говорила их всегда, когда речь заходила о чем-то, выходящем за пределы их маленького мира. И Люда выросла с убеждением, что путешествия — это роскошь, доступная избранным.
— А я попробую, мам, — сказала она мягко. — Откладывать понемногу. С каждой зарплаты по пять тысяч — и за год уже шестьдесят.
— Шестьдесят тысяч! — Наталья Петровна всплеснула руками. — Да где ж их взять, пять тысяч? На что жить-то? Тут уже возраст такой – о душе надо подумать.
— А путешествия — это тоже душа, — тихо сказала Люда. — И здоровье. Ты посмотри на Зинаиду Петровну. Вон сколько лет ей, а она как молодая. Потому что живет, а не сидит на месте.
Наталья Петровна замолчала. Люда знала, что эти слова попали в цель. Мама часто говорила о Зинаиде Петровне с уважением и завистью. «Вот это старуха, — говорила она. — Энергии на десятерых хватит».
— Ну, Зинаида Петровна — это особый случай, — проворчала мама, но уже без прежней уверенности. — У нее пенсия хорошая, да и дети помогают.
— А я и путешествую, и тебе помогаю, — Люда почувствовала, что разговор заходит в тупик. — И вообще думаю, что в следующий раз мы с тобой вместе поедем. Ты же хочешь на море?
Наталья Петровна посмотрела на дочь, потом на Евгения, который сидел молча, не вмешиваясь. Вздохнула.
— Ну, хочу. Только где ж мне, старой...
— Не старая вы, — сказал Евгений, и голос его был спокойным, твердым. — И не бедная. Просто думаете, что это не для вас. А на самом деле — для всех, кто хочет.
Наталья Петровна уставилась на него. Она не привыкла, чтобы кто-то перечил ей в ее же доме. Но в словах Евгения была правда, и она это чувствовала.
— Ладно, — сказала она, поднимаясь. — Спорить с вами — только время терять. Думайте, как хотите. А я пойду, пироги проверю.
Она вышла, и Люда с Евгением остались одни.
— Нелегко ей, — сказала Люда тихо. — Она всю жизнь прожила с мыслью, что деньги — это тяжелый труд, что тратить их можно только на нужное. А нужное — это еда, одежда, крыша над головой. Всё остальное — баловство.
— А что ты думаешь? — спросил Евгений.
— Я теперь думаю, что это неправильно, — ответила Люда. — Жизнь она одна. И если не тратить деньги на то, что делает тебя счастливым, то зачем они вообще?
Она помолчала, потом продолжила:
— Я когда в Сочи была, там поняла одну вещь. Деньги — они приходят и уходят. А впечатления — остаются. Они меняют тебя. Делают другим человеком. И вот это, наверное, самое важное. Не то, сколько у тебя в кошельке, а то, что у тебя в душе.
Евгений взял ее за руку, переплел пальцы.
— Я тоже так думаю, — сказал он. — Раньше я копил на машину, на дом, на технику. Думал, что вот это — главное. А теперь понимаю, что главное — это когда ты просыпаешься и знаешь, что через месяц поедешь куда-то. Что увидишь что-то новое. Что жизнь не проходит мимо.
— Вот и надо придумать, — сказала Люда, чувствуя, как в ней просыпается азарт, — как нам это сделать. Как найти деньги, чтобы путешествовать. Чтобы не один раз в год, а чаще. Чтобы маму свозить. И с тобой куда-нибудь поехать.
— Придумаем, — Евгений улыбнулся. — Не мы первые, не мы последние. Люди как-то справляются. И мы справимся.
Люда посмотрела на него, на его спокойное, уверенное лицо, и почувствовала, что он прав. Они справятся! Потому что теперь она не одна. Потому что у них есть желание. А где желание — там и возможности найдутся.
За окном кружил снег, на плите закипал чайник, а они сидели на кухне, держались за руки и мечтали. О горах, о море, о дорогах, которые еще не пройдены. И в этих мечтах уже не было страха, который так долго держал Люду. Был только свет. И надежда. И уверенность, что всё получится.
***
После того как Евгений уехал, Люда долго сидела на кухне, глядя на остывший чай и перебирая в голове их разговор. «Деньги — они приходят и уходят. А впечатления — остаются». Она знала это. Знала уже давно, но почему-то боялась признаться себе, что имеет право тратить деньги на свои мечты.
Она поднялась, прошла в свою комнату, достала из ящика стола свой старый дневник, где год назад написала: «Хочу побывать на море». Открыла на чистой странице и задумалась.
Куда она хочет? Когда? С кем?
Раньше эти вопросы казались ей бессмысленными. Хотеть можно было только то, что доступно. А доступно было только то, что рядом. Но теперь... Теперь она чувствовала, что мир открывается. Что можно мечтать не только о Сочи, но и о чем-то большем.
Люда взяла ручку и написала: «Мои путешествия. План на три года».
И замерла. Потом решительно продолжила:
— 2023 год. С мамой в Сочи.
— 2024 год. Абхазия. С Женей.
— 2025 год. Петербург. С мамой. Показать ей культурную столицу. Или с Евгением?
— 2026 год. Египет? Слишком смело. Но почему нет?
Она перечитала написанное и улыбнулась. Список получился скромным, но для нее — огромным. Раньше она боялась даже думать о таких планах. А теперь — написала. Первый шаг сделан.
На следующий день Люда заехала в районную библиотеку за новыми книгами. Но на этот раз — не для читателей, для себя. Она подошла к стеллажу с психологией и саморазвитию, долго разглядывала корешки. Взяла несколько, полистала.
Одна из книг попалась ей на глаза случайно — ее посоветовала Зойка, которая увлеклась личностным ростом. «Гибкое сознание» Кэрол Дуэк. Люда открыла первую страницу и прочитала: «Чем больше ты стараешься, тем лучше будет результат. Сознание человека может быть фиксированным или гибким. В первом случае мы убеждены, что все предопределено. Во втором — думаем, что если прикладывать усилия, то результат обязательно будет» .
Люда задумалась. Всю жизнь она жила с фиксированным сознанием. «Это не для меня», «у нас не получится», «мы не такие». А что, если попробовать думать иначе? Что, если она может изменить свою жизнь, просто поверив, что это возможно?
Она взяла книгу, а заодно — «Поток» Михая Чиксентмихайи, где говорилось о том, что счастье приходит, когда человек полностью погружен в то, что делает . И «Неотвлекаемые» Нира Эяля — о том, как управлять своим вниманием и не распыляться на пустое .
Дома Люда устроилась за столом с чашкой чая и открыла «Гибкое сознание». Читала долго, делала пометки в блокноте. Кэрол Дуэк писала о том, что люди с фиксированным сознанием боятся ошибок, избегают вызовов, сдаются при первых трудностях. А люди с гибким сознанием воспринимают трудности как возможность расти .
«Это про меня, — подумала Люда. — Я всю жизнь боялась ошибок. Боялась попробовать что-то новое. Боялась, что у меня не получится. А вдруг получится?»
Она взяла ручку и написала в дневнике: «Я меняю свое сознание. Я верю, что могу научиться копить, могу путешествовать, могу жить так, как хочу. Мои способности не фиксированы — они растут, когда я стараюсь».
В следующие дни Люда читала запоем. Она узнала о «правиле трех конвертов» — системе, которая помогает распределять бюджет и обязательно откладывать на мечту, даже при маленькой зарплате. Суть была проста: после получения зарплаты деньги делятся на три части. Первый конверт — обязательные платежи: коммуналка, транспорт, самое необходимое. Второй — повседневные расходы: питание, бытовые мелочи. Третий — накопления. Даже если откладывать всего 10 процентов, за год набежит приличная сумма .
Люда посчитала: при ее зарплате 30 тысяч десять процентов — это три тысячи рублей в месяц. За год — 36 тысяч. Плюс премии, плюс дополнительные заработки, плюс копилка мелочи. На поездку хватит. На небольшую, но хватит.
— А если откладывать не десять, а пятнадцать процентов? — спросила она себя. — Или двадцать?
Она представила, как отказывается от спонтанных покупок на маркетплейсах, как перестает покупать кофе в райцентре, как экономит на мелочах. И эти сэкономленные деньги превращаются в билеты, в новые города, в море.
— Это возможно, — сказала она вслух. — Это точно возможно.
Через неделю Люда решилась на следующий шаг. Она достала старые журналы, которые годами лежали в шкафу — «Вокруг света», «Geo», туристические брошюры, которые когда-то брала в библиотеке и забыла вернуть. Разложила их на полу, села рядом и начала листать.
Ей нужны были картинки. Картинки мест, где она хотела бы побывать. Визуализация, как писали в книгах, помогает мозгу поверить, что мечта достижима .
Сначала она искала осторожно. Сочи, Абхазия, Петербург — места, которые уже были в ее планах. Вырезала пальмы, море, белые ночи, Эрмитаж. Наклеила на лист ватмана, который купила в канцелярском магазине.
Потом осмелела. Нашла картинку с пирамидами — Египет, о котором они говорили с Евгением. Вырезала. Потом — горы Алтая, которых она еще не видела. Потом — Байкал, синий, прозрачный, с торосами льда. Потом — Крым, с Ласточкиным гнездом.
Она листала журналы, и мир открывался перед ней. Не как что-то далекое и недоступное, а как что-то, что можно потрогать, приклеить, повесить на стену. Визуализация работала: она уже чувствовала себя там, в этих местах.
Люда вспомнила, что читала о картах желаний в интернете. Обычно их делят на девять секторов: деньги, слава, любовь, здоровье, дети, творчество, карьера, образование и путешествия . Но ей хотелось сделать что-то свое. Она решила выделить для путешествий целый ватман.
В центре она приклеила свою фотографию — ту, где она в Сочи, на фоне моря, счастливая, загорелая. Вокруг разместила картинки мест, которые хотела посетить. К каждой написала маленькую подпись.
Рядом с Сочи: «Я здесь уже была. И вернусь. С мамой. Чтобы она тоже увидела».
Рядом с Абхазией: «Зимняя сказка. Летний рай. Я хочу и то, и другое».
Рядом с Петербургом: «Культурная столица. Эрмитаж, белые ночи, развод мостов. Я увижу это».
Рядом с Алтаем: «Горный Алтай. Чуйский тракт. Горы, которые я люблю».
Рядом с Египтом: «Красное море. Пирамиды. Другая страна. Мы поедем вместе».
Она написала «мы» и задумалась. Евгений. Она представила, как они сидят в кафе где-то далеко, как он улыбается, как держит ее за руку. И поняла, что хочет этого. Хочет не только путешествовать, но и делить впечатления с ним.
Люда добавила на карту еще одну картинку — пару, сидящую на закате на берегу моря. И подписала: «Счастье — это когда есть с кем разделить дорогу».
Карта получилась яркой, живой. Люда повесила ее над своим рабочим столом, чтобы видеть каждый день. Теперь, когда она входила в комнату, первое, что бросалось в глаза — ее мечты. Они были здесь, на стене, рядом с ней. Не в книгах, не в фантазиях, а в реальном мире, на листе ватмана, приклеенные, осязаемые.
— Так! Это не волшебная палочка, — сказала она себе, вспоминая статью, которую читала о картах желаний. — Она работает только как визуализация. Я смотрю на нее и вспоминаю, ради чего стоит стараться .
Она достала блокнот и написала новые правила для себя:
«1. Я откладываю 15% с каждой зарплаты на путешествия. Это неприкосновенный запас.
2. Я веду учет расходов. Каждая копейка на счету.
3. Я ищу дополнительные заработки. Публикации, подработки, продажа ненужного.
4. Я не делаю импульсивных покупок. Каждая потраченная впустую тысяча — это потерянный день у моря.
5. Я верю. Я знаю, что мечты сбываются. Надо только очень сильно захотеть и сделать первый шаг».
Она перечитала написанное и улыбнулась. Год назад она боялась даже взять брошюру о Сочи. А теперь — у нее есть карта желаний, финансовый план, список путешествий на три года вперед и мужчина, с которым хочется делить дорогу.
***
Мысль об английском пришла неожиданно. Люда сидела в библиотеке, перебирала новые поступления, и вдруг наткнулась на книгу Филиппа Бувара. Открыла наугад и прочитала: «Когда путешествуешь, не зная языка, начинаешь понимать, что значит родиться глухонемым и слабоумным».
Она задумалась. Путешествия по России – это здорово, но она же еще планирует побывать и в других странах. Как она там будет общаться с людьми? Как будет спрашивать дорогу или покупать что-то в магазинах?
— Мне нужно выучить английский язык. Я должна это сделать, — сказала она себе.
Проблема была в том, что в школе она учила немецкий. Десять лет немецкого, который так и остался в прошлом, вместе со школьной формой и выпускным балом. Английский для нее был чужим, непонятным, почти инопланетным.
— В общем, я решила учить английский, — сказала она Евгению вечером. — Начну с нуля. Не боги горшки обжигают.
— Ты же говорила, что языки — это не твое, — удивился он.
— Я много чего говорила, — ответила Люда. — И что путешествия не для меня. И что море я никогда не увижу. Ошибалась.
На следующий день она нашла в интернете бесплатное приложение для изучения языков. Скачала, установила, открыла первый урок. И поняла, что учить английский в сорок с лишним лет — это совсем не то, что в школе.
— The cat sits on the mat, — повторяла она шепотом, сидя в библиотеке между выдачей книг. — The cat. The cat. Кот. Сидит. На коврике.
Соседка по столу Зойка удивленно подняла бровь:
— Вы чего, Людмила Николаевна?
— Английский учу, — гордо ответила Люда. — В путешествие собираюсь.
— Так мы ж в селе живем. Кому тут английский сдался?
— Мне сдался, — отрезала Люда. — Я не только в селе живу.
Она установила себе правило: каждый день — полчаса. Никаких пропусков. Она учила слова, когда шла в библиотеку. Повторяла, когда полола грядки. Писала на листочках, вешала на стену над рабочим столом. Произношение не давалось, грамматика путалась, времена казались насмешкой над здравым смыслом.
— Зачем тебе это? — вздыхала мама. — В твоем возрасте...
— В моем возрасте, мама, люди на Эверест поднимаются, — отвечала Люда. — А я просто английский учу.
Через месяц она знала около двухсот слов. Могла представиться, спросить дорогу, заказать кофе. Через два — начала смотреть короткие видео на английском, сначала с субтитрами, потом без. Через три — поняла, что начинает думать на чужом языке. Нет, не говорить, не строить сложные фразы. Но отдельные слова, простые конструкции появлялись в голове сами собой.
— Я не стану полиглотом, — говорила она Евгению. — Но в туристической поездке не пропаду. Спрошу, где туалет, сколько стоит билет, как пройти к морю. Это уже победа.
— Это большая победа, — соглашался он. — Я бы ни за что бы не решился.
— А ты решишься, — Люда смотрела на него с вызовом. — Мы вместе учить будем. Я тебя научу.
— Меня? — Евгений засмеялся. — Зачем?
— А затем, что мы в Египет поедем. И ты должен знать хотя бы «hello» и «thank you». А лучше — «I love you».
— Это я и по-русски скажу, — ответил он, обнимая ее.
Люда закрыла глаза, чувствуя его тепло, и подумала: когда-то она боялась даже выйти из дома. А теперь учит английский, чтобы свободно путешествовать по миру. Как сказал Филипп Бувар, «язык — это ключ, который открывает любые двери». И она этот ключ подбирает. Медленно, но верно. К двери, за которой — целый мир.
За окном кружил снег, на столе горела лампа, а на стене висели ее мечты. И Люда знала: они сбудутся. Потому что она больше не ждет «когда-нибудь». Она делает шаги. Маленькие, но верные. Каждый день.
Это 6 глава романа "Чемоданное настроение"
Как прочитать и купить мои книги смотрите здесь