Предыдущая часть:
Вере хватило нескольких дней, чтобы вернуть себя в привычную колею городской жизни, с её вечной спешкой, пробками и бесконечными делами. За две недели её отсутствия на работе накопилась огромная гора нерешённых вопросов и срочных отчётов. Дубинина тоже успела соскучиться, в чём охотно призналась во время первой же совместной чайной паузы.
— Верочка, ты даже не представляешь, как меня всё это достало, — жаловалась она, размешивая сахар в чашке. — Такое впечатление, что моя жизнь превратилась в бесконечный, тоскливый день сурка. Каждый день — одно и то же: дом, работа, магазин, свекровь... Нет никакого просвета.
Вера слушала подругу, кивала в нужных местах и даже выражала ей искреннее сочувствие, но при этом всеми своими мыслями она была далеко — в Дубках, у дедова хутора. «Интересно, как там поживают дедовы пчёлы, — думала она. — Как сосед справляется с двойной нагрузкой? Не слишком ли ему тяжело?» Но постепенно посторонние, тревожные мысли угасали под напором текущих забот. Воспоминания о деревенских каникулах, о тех последних днях, проведённых с дедом, понемногу выветривались из памяти, затираясь новыми событиями и впечатлениями.
Поздней осенью, когда за окнами зарядили холодные дожди, добавил проблем и квартирный вопрос — нужно было решать, как разменять жильё. Ещё до развода с Олегом Вера часто думала, что им с мужем стоит серьёзно подумать о будущем их единственного сына. Однажды она даже поделилась с Олегом своими планами.
— Мне кажется, будет правильно, если мы нашу квартиру разменяем на две, — сказала она тогда осторожно. — Не за горами тот день, когда Денис окончит университет и захочет жениться. Ему нужно будет своё жильё.
Муж тогда с раздражением оборвал её, даже не дослушав.
— Пусть наш сын сам позаботится о своём будущем, — отрезал он. — Хватит ему на всём готовом ездить, пора и своим умом жить. Не маленький уже.
Тогда Веру удивила такая категоричная позиция мужа. Ей хотелось напомнить Олегу, что сам-то он в этой жизни немного добился, и квартира, в которой они прожили вместе почти двадцать лет, была свадебным подарком его родителей, а не его личной заслугой. Но ради семейного благополучия и мира Вера не стала тогда задевать мужское самолюбие супруга. Однако после его фееричной выходки с девицей, когда неизвестные злоумышленники обчистили их квартиру, Вера посчитала, что теперь она имеет полное право поступать со своей жилплощадью так, как сама сочтёт нужным.
— Мама, ты просто супер! — орал от восторга Денис, узнав, что теперь в его распоряжении есть пусть и маленькая, но собственная отдельная квартира.
Это обстоятельство, к удивлению Веры, вдохновило парня на поиски работы, о чём он раньше и не задумывался.
— Мам, мы с Женей решили подзаработать, — сообщил он ей как-то раз. — Хотим сделать в квартире приличный ремонт. У нас куча идей, но пока мы никак не можем прийти к общему мнению по поводу дизайна. Женя хочет одно, а я — другое.
Вера тоже пыталась продумать дизайн своего нового места жительства. В результате обмена ей досталась небольшая, но очень уютная и светлая квартира-студия. По сути, там можно было вообще ничего не менять, кроме разве что цвета стен, но Вере хотелось чего-то большего — такого, что радовало бы глаз и поднимало настроение. Она решила заручиться поддержкой профессионала и обратилась в дизайнерское агентство. Дизайнер, молодая энергичная девушка, внимательно выслушала её пожелания и спросила:
— Каким вы сами видите своё будущее жильё, Вера Петровна? В каком стиле?
Недолго думая, Вера ответила, даже не ожидая от себя такого:
— Хочется чего-то очень солнечного, тёплого и уютного. Чтобы это напоминало... ну, не знаю... пчелиные соты, что ли. Чтобы были эти золотистые, медовые оттенки.
Дизайнер одобрительно сверкнула улыбкой.
— Я поняла ваш запрос, — сказала она. — Постараюсь воплотить все ваши пожелания в проекте. Получится очень необычно и стильно, обещаю.
Вера заплатила немалые деньги за этот проект, но результатом осталась совершенно довольна. Квартирка действительно превратилась в нечто солнечное, тёплое и невероятно уютное пространство, куда хотелось возвращаться снова и снова. Не хватало только лёгкого медового запаха, который напоминал бы ей о деде и его пасеке.
Андрей Миронов исправно, раз в неделю звонил Вере, и они подолгу болтали по мобильному телефону — иногда около часа, обсуждая деревенские новости и дела на пасеке. Андрей Андреевич вкратце рассказывал о событиях в Дубках, кто умер, кто родился, кто женился, и настойчиво приглашал её приехать в гости, погостить хотя бы денёк-другой. Она каждый раз обещала:
— Хорошо, Андрей, как только будет возможность — обязательно заеду в Дубки, проведаю и тебя, и пчёл.
Но в глубине души Вера больше не связывала себя с деревней, где её предки на протяжении полутора столетий наладили один из древнейших промыслов. Она считала, что та страница её жизни перевёрнута навсегда. Поэтому она была сильно удивлена, когда однажды весной, в начале апреля, ей позвонил отец и равнодушным, почти безразличным голосом сообщил:
— Твой дед, оказывается, сумел даже после смерти нас всех удивить. Он на тебя оформил завещание на дом и пасеку, о чём я узнал буквально на днях, случайно, когда заходил к нотариусу по своим делам. Так что ты теперь, дочка, единоличная владычица его ветхого терема, ульев с пчёлами и прочего неликвидного имущества.
Последняя фраза была сказана с откровенным сарказмом и обидой. Видимо, отца сильно задело и оскорбило последнее волеизъявление его собственного отца, который обошёл его, родного сына, в пользу внучки. Но Веру эта новость тоже мало обрадовала. Она уже вполне привыкла к своей новой уютной квартире и к одинокой, зато спокойной и предсказуемой жизни, где никто не обманывал и не предавал. И менять что-то, впускать в свою жизнь новые заботы и проблемы, ей совсем не хотелось.
— Тая, меня просто ужас берёт, когда я думаю про дедушкино наследство, — поделилась Вера с подругой своими переживаниями, когда они встретились после работы. — На фига мне всё это сдалось? Зачем мне дом в глухой деревне и какая-то пасека?
Таисия, которая любила пофилософствовать на отвлечённые темы, стала убеждать её, что если человеку выпал такой жребий, значит, это не случайно.
— Верка, пойми, ты ещё не полностью выполнила свою миссию на земле, — вещала она с умным видом. — Судьба что-то задумала, и ты обязана воплотить её планы, как бы тебе этого ни хотелось. От судьбы, как известно, не уйдёшь.
Вера позволила подруге высказаться, не перебивая, но в душе осталась при своём мнении.
Вера шла знакомой просёлочной дорогой, радуясь тёплому августовскому солнышку, которое припекало уже по-летнему. Конечно, в глубине души она радовалась и предстоящей встрече с соседом, которого по-прежнему за глаза называла про себя «ботаником», но теперь уже с теплотой и симпатией. Во время их последнего телефонного разговора Андрей Андреевич признался, что его диссертация находится на завершающем этапе, и он вот-вот собирается её защищать.
— Если бы не пчёлы, я бы вряд ли довёл начатое дело до конца, — сказал он тогда задумчиво. — Эти маленькие насекомые — отличный мотиватор. Их неугомонная, неустанная деятельность вдохновляет на созидание, понимаешь?
Вера ещё не определилась окончательно, как именно ей поступить с наследством деда. С пчёлами вопрос уже был решён — они оставались на попечении Андрея, который успешно с ними управлялся. Но что делать с самим домом — продавать, сдавать или оставить так, на неопределённое время, — женщина пока не знала. «Может, кто-нибудь из местных захочет купить? — размышляла она. — Было бы неплохо». Такой вариант был бы, пожалуй, самым лучшим и простым решением, но среди деревенских жителей желающих приобрести дедову халупу пока не находилось. Над этим непростым вопросом женщина ломала голову все последние дни, ища выход из сложившейся ситуации. Была у неё смутная надежда, что Андрей, как более опытный в деревенских делах человек, сможет помочь ей с этим вопросом.
Андрей Андреевич удивился, увидев Веру идущей по дороге пешком, а не на машине.
— Вера, чего это ты пешком? — спросил он, открывая перед ней калитку. — Машину сломала, что ли?
Она криво усмехнулась, пожимая плечами.
— Моя «тачка» совсем ни к чёрту стала, — ответила она с досадой. — Я вроде и отношусь к ней бережно, стараюсь, а она взяла за привычку ломаться в самый неподходящий момент. Сегодня утром опять свинью подложила, не завелась ни в какую. Вот я и решила добираться своим ходом, чтобы не менять планы.
— Надо было меня предупредить, я бы встретил тебя на своей машине, — сказал он с лёгким укором.
Мужчина пропустил гостью вперёд, а сам закрыл за ней калитку на щеколду.
Мы перешли на «ты» ещё прошлой осенью, во время долгих телефонных разговоров, и такая простая, без церемоний форма общения ещё больше сближала их. Но ни Андрей, ни Вера до сих пор не решались перейти ту самую невидимую черту, за которой начиналось нечто большее, чем просто дружба. Оба боялись сильного сближения, оба были обожжены прошлыми неудачными отношениями. Войдя в дом, женщина поразилась чистоте и порядку, которые царили в жилище ботаника.
— Андрей, смотрю на тебя и удивляюсь, — сказала она, оглядываясь по сторонам. — Уж не женился ли ты, пока меня не было? Такое впечатление, что здесь не обошлось без женской руки.
Мужчина рассмеялся, явно польщённый таким замечанием.
— Да чего же вы, женщины, такие проницательные, — ответил он весело. — Здесь действительно немного похозяйничала Елена Викторовна, наша соседка. Если бы она была чуть помоложе, возможно, я бы даже позвал её замуж, не раздумывая.
Мужчина впился в лицо Веры долгим, пристальным взглядом, в котором было нечто большее, чем просто дружеский интерес.
— Ты проходи в горницу, будем обедать, — сказал он, отводя глаза. — Елена Викторовна, кроме уборки, любезно согласилась приготовить нам первое и второе. Я попросил её, так как знал, что ты приедешь, хотел встретить тебя по-человечески.
— А что ты дал ей взамен за такие услуги? — поинтересовалась гостья, проходя в большую комнату и с интересом осматриваясь. — Я вижу, ты здесь ремонт сделал, свежие обои поклеил, мебель новую поставил.
Хозяин вздохнул, с видом человека, который не привык хвастаться.
— Надо же периодически хоть что-то в жизни менять, — сказал он философски. — А по поводу платы за мелкие услуги... Так у нас с Еленой Викторовной давний договор: ты — мне, я — тебе. Она мне яйца свежие регулярно приносит, а я ей — мёд и по мужской части помогаю, если что-то сломается или прибить надо. Правда, недавно у меня конкурент появился.
Вера удивлённо вскинула брови, не скрывая любопытства.
— Интересно, кто же это решился состязаться с тобой в обольщении женщин на старости лет? — спросила она с усмешкой.
— Угадай с одного раза, — загадочно ответил Андрей.
Женщина рассмеялась, качая головой.
— Даже напрягаться не хочу, — призналась она. — Сдаюсь, говори уже.
— Николай Дмитриевич Сусликов, собственной персоной, — сообщил Андрей. — То ли от скуки, то ли он и вправду решил приударить за вдовой, но навещает её теперь часто и не с пустыми руками.
— А афера с этими злополучными лужками, про которую ты мне рассказывал, на какой она сейчас стадии? — спросила Вера, меняя тему.
— Новый губернатор, который недавно пришёл к власти, не разрешил эту стройку, — ответил Андрей с удовлетворением. — Всем желающим иметь недвижимость в экологически чистой зоне он посоветовал выкупать бесхозные постройки или на месте таких объектов возводить для себя дворцы, а леса, луга и пашни — это, по его словам, народное достояние, которое продавать нельзя.
— Мудрое и своевременное решение, — заметила Вера и с грустью добавила: — Жаль только, что мой дедушка не дожил до этого дня. Как бы он радовался, узнав, что лужок удалось отстоять.
Миронов оживился, глаза его заблестели.
— Зато наш Сусликов теперь сделал крутой поворот, — сказал он с иронией. — Стал главным активистом, радеет за экологию, ходит на субботники. Так сказать, переобулся в воздухе во время прыжка.
После сытного обеда Андрей Андреевич пригласил соседку прогуляться и посмотреть на пасеку.
— Пойдём, поприветствуешь своих пчёл, — сказал он, подавая ей лёгкую куртку. — Они, наверное, уже заждались свою законную хозяйку.
Вера ухмыльнулась, но послушно накинула куртку на плечи.
— Они уже давно твои, Андрей, а не мои, — ответила она. — Мне бы ещё придумать, что делать с домом деда. Продать или оставить?
Он неожиданно взял её за руки, крепко сжав их в своих ладонях, и заглянул прямо в глаза.
— Вера, может быть, не стоит торопиться с продажей? — спросил он тихо, почти шёпотом. — Продать дом всегда легко, а вот приобрести заново то, что потерял, — гораздо труднее, почти невозможно.
Она тоже посмотрела ему в глаза, и в её взгляде мелькнуло сомнение.
— Андрей, и что ты конкретно предлагаешь? — спросила она прямо.
Мужчина лишь на несколько секунд смутился, но быстро взял себя в руки. Он давно, ещё с зимы, готовился к этому разговору и знал, что от того, насколько убедительно он сейчас всё объяснит, зависит не только его будущее, но и, возможно, их общее счастье.
— Вера, у меня есть к тебе одно предложение, и я очень прошу тебя внимательно выслушать меня, а уже потом дать ответ, — начал он серьёзно, не отпуская её рук. — Мы с тобой уже не юные, взрослые люди, и нам не пристало ходить вокруг да около, как подросткам. Я тебе никогда не говорил раньше... У меня уже был неудачный опыт, очень болезненный. Моя невеста сбежала буквально из-под венца, в самый последний момент. Она сама тогда заразилась идеей сыграть свадьбу в день Яблочного Спаса. Понимаешь, в стародавние времена на Руси именно с этого праздника открывался свадебный сезон. Иными словами, в этом дне был огромный символизм, а моя наречённая придавала таким вещам очень большое значение. И вот, когда всё уже было готово к обряду венчания в церкви и гости застыли в радостном ожидании, моя невеста вдруг во всеуслышание заявила, что она передумала. Она явилась в храм не в свадебном платье, а в обычном, повседневном одеянии, и вывалила всё это при гостях и родственниках. Сказала: «Андрей, я только сегодня утром, в последний момент, поняла, что совершенно не готова к семейной жизни. У меня всегда была мечта — сначала добиться чего-то серьёзного в карьере, сделать себе имя, а уже потом можно подумать и о муже, и о детях». Короче говоря, вот так она меня прилюдно унизила и опозорила. Наверное, лишним будет объяснять, что я тогда пережил и через какие эмоции прошёл.
— Даже трудно себе представить такую боль, — с чувством, полным искреннего сочувствия, промолвила Вера.
Теперь для неё многое в характере Андрея — его замкнутость, недоверие к женщинам, стремление к одиночеству — стало понятным. Но жалости к молодому учёному она не испытывала, скорее — грусть от того, что жизнь так жестоко с ним обошлась.
— Андрей, тебе просто очень не повезло, — сказала она мягко. — Ты встретил неправильную, эгоистичную женщину, которая обманула твои надежды и растоптала твои чувства. Но таких, как она, на самом деле не большинство, поверь мне.
Миронов скривился, словно от зубной боли, вспоминая те давние события.
— Вера, я много раз пытался себя убедить и успокоить, что тот случай — просто неудачный, досадный эпизод, который не стоит того, чтобы из-за него ломать всю жизнь, — признался он. — Прошло уже почти пятнадцать лет, а в моей личной жизни по-прежнему зияет огромная пустота. Огромное белое пятно, которое нечем заполнить. Конечно, у меня были женщины, были и такие, которые искренне хотели стать моими спутницами жизни, разделить со мной и радость, и горе. Но на определённом этапе, когда дело доходило до серьёзных решений, во мне происходил какой-то внутренний слом, и я сам всё разрушал, боясь повторения прошлого.
Он приблизился к ней настолько близко, что она чувствовала его тёплое дыхание на своей щеке.
— Вера, я не умею говорить красивых, пышных речей, я простой учёный-биолог, — сказал он почти шёпотом. — Но наша встреча на той самой поляне, когда ты меня высмеяла за моих «неправильных пчёл»... она всё во мне перевернула. Я понял, что ждал тебя всю жизнь, сам того не осознавая. Если ты не против, может, нам стоит попробовать? Попробовать быть вместе? Ты понимаешь, о чём я?
Мужчина смотрел на неё с такой надеждой и одновременно с таким страхом в глазах, что у Веры сжалось сердце. Но она не была готова ответить сразу, с ходу, как в дешёвом романе. Конечно, её женская интуиция давно, ещё по телефонным разговорам, подсказывала ей, что сосед по пасеке испытывает к ней далеко не дружеские чувства. Но к новому, серьёзному повороту в своей жизни, к новым отношениям она пока не была готова, не оправилась ещё после развода с Олегом. Андрей Андреевич, видимо, понял, чем вызвано её долгое, тяжёлое молчание.
— Ты теперь всё знаешь обо мне, — сказал он, отступая на шаг и давая ей пространство. — Я буду ждать твоего ответа столько, сколько потребуется. День, два, месяц, год — я никуда не тороплюсь, я уже привык ждать.
Мужчина развернулся и направился по тропинке к дому, оставив Веру одну посреди цветущего луга, в полном одиночестве и глубокой задумчивости. Когда женщина вернулась в дом, Андрей Андреевич, словно ничего не произошло, весело и беззаботно спросил:
— Ну что, на рынок вместе поедем или каждый будет торговать по отдельности, как в прошлый раз?
Своим видом мужчина совершенно не показывал ни растерянности, ни сильного волнения, словно и не было того серьёзного, судьбоносного разговора на пустыре за домом. Вера невольно улыбнулась его выдержке и такту, и ответила в том же лёгком тоне:
— Андрей, пчёлы давно уже находятся под твоим полным покровительством и защитой. Так что вези ты нас на рынок и торгуй сам, а я буду твоим помощником и консультантом.
Рынок в этот августовский день гудел от большого скопления народа — как продавцов, так и покупателей. Воздух был пропитан насквозь ароматами свежих яблок, груш, мёда и пряностей, и это удивительное сочетание запахов слегка кружило голову. Вера вспомнила, как ровно год назад она точно так же удачно и быстро продавала на этом же самом рынке дедушкин мёд, а потом с подарками ехала к нему на хутор, радуя старика выручкой. Эти тёплые, светлые воспоминания вызвали у неё лёгкую, светлую грусть. Андрей, стоявший рядом, поймал её задумчивый, отстранённый взгляд.
— Деда своего вспомнила? — тихо спросил он.
Она молча кивнула, не в силах говорить.
— Да, вспомнила, — прошептала она после паузы. — Всё здесь напоминает о нём.
— В жизни любого человека есть памятные события и даты, которые навсегда врезаются в память, — сказал он серьёзно. — Это правда. Но человеку под силу наполнить свою жизнь новыми смыслами и новыми, счастливыми воспоминаниями. Нельзя всё время жить прошлым, Вера.
Она ничего не ответила, только снова кивнула. Она рекламировала мёд, предлагала покупателям продегустировать сладкий, ароматный продукт, нахваливала его полезные свойства, а сама в это время усиленно думала о чём-то своём, о важном, о том, что ей только что открылось.
Вечером, когда они уже собрались домой, упаковав оставшийся товар в машину, женщина негромко, почти шёпотом позвала его:
— Андрей...
— Да, Вера? — он обернулся к ней с лёгкой тревогой в глазах.
— Я весь день думала над твоим вчерашним предложением, — сказала она, глядя ему прямо в глаза. — И если оно ещё в силе... я согласна. Давай попробуем. Попробуем создать что-то общее, что-то единое на основе наших лучших устремлений и надежд. Я не хочу больше быть одна.
В день свадьбы Вера и Андрей стояли в зале ЗАГСа в ожидании опаздывающих Дениса и Евгении. Держась за свой заметно округлившийся живот, Евгения едва поспевала за мужем, который шагал очень быстро.
— Денис, ты мог бы чуточку помедленнее бежать, — взмолилась она, запыхавшись. — Я так больше не могу, мне тяжело.
Мужчина, не оборачиваясь и не сбавляя шага, ответил:
— Мы и так уже опаздываем. Будет очень некрасиво, если мы с тобой явимся в ЗАГС под самый занавес, когда всё уже закончится. Всё-таки не каждый день и далеко не у всех мамы выходят замуж второй раз.
Евгения с вызовом, почти с обидой произнесла:
— Ты хочешь сказать, что это я во всём виновата? Это я тебя задерживаю?
Денис попросил её успокоиться:
— Женя, ну пожалуйста, не заводись, мы опаздываем. Кстати, тебе сейчас нельзя нервничать, врач же говорил.
— Это ты меня своими придирками нервируешь, — ответила она капризно. — Вот возьму сейчас и пожалуюсь Вере Петровне. Пусть она окажет на тебя своё родительское давление, пусть научит тебя, как правильно вести себя с беременной женщиной, которая ждёт ребёнка.
Денис остановился так резко, что Евгения чуть не налетела на него. В его голову пришла настолько неожиданная и странная мысль, что он даже рассмеялся.
— Хочу тебе заметить, моя дорогая, что я тоже жду ребёнка, — сказал он с самым серьёзным видом. — И мне тоже нужны покой и забота.
Евгения опешила от такой наглости, открыла рот, чтобы возразить, но не нашла слов.
Как и предсказывала его молодая, своенравная жена, они с Денисом явились в ЗАГС, когда торжественная церемония регистрации уже подходила к своему завершению. Вера с облегчением, почти со вздохом, выдохнула, увидев вбегающую в зал запыхавшуюся парочку. Андрей, стоявший рядом с ней, понимающе и ласково улыбнулся. Всего несколько минут назад Вера сильно волновалась и переживала за молодых.
— Андрей, а вдруг Евгения рожать начала? — шептала она ему на ухо. — Или у Дениса какие-то срочные неприятности на работе? Он ведь только второй месяц работает в новой фирме, и его вполне могли не отпустить на торжество. Да и разве нормальный начальник поверит своему сотруднику, если тот скажет честно: «Моя мама выходит замуж, мне нужно срочно на свадьбу»?
— Нормальный, поверит, — заверил свою взволнованную супругу Андрей и нежно чмокнул её в щёку. — Не переживай ты так, всё хорошо.
Хотя Вера решила не афишировать это событие, не приглашать много гостей, а отметить скромно, в семейном кругу, её верная подруга Таисия каким-то непостижимым образом всё равно пронюхала о предстоящей свадьбе. Она явилась к ЗАГСу с огромным, роскошным букетом белых роз, сияя от счастья за подругу.
— Верка, я желаю тебе всего-всего самого лучшего! — воскликнула она, крепко обнимая невесту. — И у меня есть для тебя одна замечательная идейка, которую я приберегу на сладкое, на закуску.
После ужина в небольшом, уютном ресторанчике, когда все гости уже поздравляли молодожёнов, Таисия Дубинина, вдохновлённая торжественной атмосферой, наконец описала суть своей идеи.
— Верка, я тут на днях в интернете вычитала, что некоторые продвинутые пчеловоды делают из натурального воска ароматные свечи, а прочие отходы пасеки перерабатывают на мыло ручной работы и лечебную косметику, — затараторила она воодушевлённо. — Я бы с огромным удовольствием занялась таким интересным и полезным видом предпринимательской деятельности. А то меня уже, если честно, достал этот мой бесконечный, тоскливый день сурка на работе.
Через два месяца в районном центре, в новом торговом центре неподалёку от рынка, торжественно и весело открылся небольшой, но очень уютный магазин косметики под названием «Медовый рай». Сама владелица торговой точки, дородная и обаятельная Таисия Дубинина, в окружении баночек и флакончиков, предлагала покупателям разнообразный и богатый ассортимент.
— Косметика, созданная на натуральной медовой основе, продлевает молодость и сохраняет красоту на долгие годы! — вещала она с улыбкой. — Не отказывайте себе в удовольствии быть красивыми и ухоженными.
Улыбка этой обаятельной женщины с округлыми формами и добрыми глазами говорила сама за себя: красота и настоящее женское счастье всегда ходят рука об руку.