Завершу небольшой обзор творчества господина Спицына (Начало здесь - «Учебник» Спицына как «масонский заговор» против исторической правды | Александр Степанов | Дзен ).
Еще раз подчеркну, что изначально я не был каким-то принципиальным критиком этого человека. И более того, не имея времени познакомиться со всем его творчеством, я верил на слово его почитателям, которые объявили его «засоветским» историком, чуть ли не коммунистом.
Однако знакомство со спицынским учебником показывает, что перед нами откровенный реакционер и антисоветчик, видимо изменивший риторику под влиянием нынешней конъюнктуры, когда постоянно ругать советский период стало уже не модно. Однако прежние взгляды Спицына из текста вылезают постоянно.
СПИЦЫН И КОРНИЛОВ
Открываем третий том, который охватывает события с 1917 по 1945 годы. Сразу оговорюсь, целиком разбирать его нет ни сил, ни желания. Достаточно несколько примеров, сразу бросившихся в глаза.
Например, на странице 31 Спицын пишет о «корниловщине». Цитата:
«Надо сказать, что в советской исторической науке события 25-30 августа 1917 г. всегда презрительно называли «корниловщиной». Уже в самом этом названии четко проявлялась однозначная и резко негативная оценка тех событий...Так называемый «корниловский мятеж», был не «заговором против революции», а попыткой генералов-патриотов спасти страну от неминуемой катастрофы и гибели, которая не увенчалась успехом».
Раз «патриоты» не победили, то логически рассуждая, Спицын считает, что страна-то погибла! Замечательный «просоветский историк», что и говорить! Защищать Советскую власть, подразумевая, что она «погубила Россию», — это надо уметь.
Кстати, в гражданской войне именно войска «генерала-патриота» Корнилова первыми стали не брать пленных, это взбунтовавшееся русской быдло. Видимо наш великий историк и безусловный патриот Евгений Юрьевич Спицын об этой мелочи просто не знает...
Или вот любопытный пассаж: «Надо сказать, что в советской исторической науке традиционно утверждали, что первое советское правительство сплошь и рядом состояло из блестяще образованных людей, члены которого знали несколько иностранных языков и закончили ведущие университеты страны. Однако, как верно отметили многие западные советологии ряд российских историков, подавляющая часть большевиков в годы своей тревожной юности, которая отличалось бессистемным обучением и чтением положительно всего и вся, отменно усвоили лишь политическую риторику и идеологическую софистику и в силу этого печального обстоятельства были не способны расширить свой политический горизонт за пределы марксистской социалистической доктрины».
Это пишет «левый», который за социализм? Ссылаться на западных советологов как на высшую инстанцию истины в оценке большевиков — это сильно. Это как просить волка дать характеристику овчарке.
Просто заметим, что характеристика большевиков как узких догматиков, не способных к управлению, направлена не на научный анализ, а на обесценивание всего советского проекта в целом. Я уже не говорю о том простом факте, что «узкие догматики» в реальной жизни выиграли, а «генералы-патриоты» позорно проиграли.
Неужели не видно, что в данном случае господин Спицын последовательно транслирует самые антисоветские и антикоммунистические взгляды?
ПРО БЕЛЫЙ И КРАСНЫЙ ТЕРРОР
Эта тема для определения позиции автора одна из самых принципиальных. Приведу всего три цитаты, в учебнике их больше.
Итак, 43 страница: «Кстати, в тот же день, 5 января, на Марсовом поле меньшевики, эсеры и кадеты предприняли попытку провести манифестацию в защиту «законного органа верховной власти страны», которая обернулась для их сторонников жуткой трагедией: она была хладнокровно расстреляна латышскими стрелками и балтийскими моряками. В результате этого расстрела по официальным данным, опубликованным «Известиями ВЦИК», погибло более 50 человек…»
Про известные события в Крыму, это 83 страница: «Значительная часть белогвардейских войск во главе со своим командармом генералом П.Н. Врангелем в самый последний момент сумела покинуть полуостров. Однако около 12 тысяч солдат и офицеров Русской армии, не пожелавших расставаться с Родиной, были расстреляны в ходе невиданного по своей жестокости террора, которым руководили Иосиф Драбкин, Розалия Землячка и Бела Кун».
И 101 страница: «Восстание крестьян Тамбовской и Воронежской губерний, которое возглавил бывший начальник кирсановской уездной милиции Александр Сергеевич Антонов… В ноябре 1920 г. - апреле 1921 г. части регулярной армии, милиции и ВЧК так и не смогли уничтожить этот мощный очаг народного сопротивления… В мае - июле 1921 г. части и соединения РККА, используя все средства, в том числе массовый террор, институт заложничества и ядовитые газы, буквально утопили в крови тамбовское народное восстание, уничтожив несколько десятков тысяч воронежских и тамбовских крестьян».
Я сейчас не буду о цифрах. Например, по демонстрации в Петрограде цифра Спицыным явно взята из Википедии, другие авторы дают противоречивые оценки количеству погибших, разброс оценок колеблется от 8 до 21 человек. Не говоря уже повторяемом Спицыным перестроечном мифе о том, как большевики затравили тысячи тамбовских крестьян газами. (Об этом можно прочитать здесь - Так кто же русских крестьян газами травил? | Александр Степанов | Дзен ).
Не суть. Красный террор действительно был. Но ведь даже не то, что «засоветский», просто нейтральный историк просто обязан написать и о белом терроре! Ну там про расправы колчаковцев, еврейские погромы деникинцев или таких замечательных личностей, как атаманы Анненков или Семенов. Однако учебнике «просоветского историка» Спицына про белый террор я не нашел ничего! Ноль, пустота!
В общем, перед нами классический случай, когда антисоветчик, перекрасившийся в «советского государственника», не смог вылечить свою хроническую аллергию на красный цвет. Старые скрепы против советской власти так и остались торчать из его текста.
А давайте для сравнения откроем книгу реального политического оппонента красных Вадима Кожинова. Который сам себя определял как «неочерносотенца», однако стремился быть объективным. Например, описывая те же самые крестьянские восстания, опираясь на книгу К.Я. Лагунова, он сообщает:
«Дикая ярость, невиданные зверства и жестокость — вот что отличало крестьянское восстание 1921 года… Коммунистов не расстреливают, а распиливают пилами или обливают холодной водой и замораживают. А еще разбивали дубинами черепа; заживо сжигали; вспарывали животы, набивая в брюшную полость зерно и мякину; волочили за скачущей лошадью; протыкали кольями, вилами, раскаленными пиками; разбивали молотками половые органы; топили в прорубях и колодцах. Трудно представить и описать все те нечеловеческие муки и пытки, через которые по пути к смерти прошли коммунисты и все те, кто хоть как-то проявлял благожелательное отношение к Советской власти…»
И это не было особенностью именно сибирской повстанческой власти… Но в книге собрано и немало сведений о действиях порожденной народным восстанием власти. Проклиная свергнутую на время большевистскую власть, она объявила своей единственной целью благо народа. Однако, несмотря на то, что фактически эта власть просуществовала всего лишь 38 дней, она успела (и иначе не могло быть!) издать целый ряд приказов и постановлений, которые, как выясняется, мало чем отличались от большевистских: о «продуктовых карточках на все продукты, включая клюкву», о «сборе» денег, одежды и продуктов для Народной армии, о «свободе передвижения» только между 8 утра и 6 часами вечера, о беспрекословной «сдаче оружия», о мобилизации всех мужчин в возрасте от 18 до 35 лет и т. д. и т. п
К. Я. Лагунов сообщает в своей книге, хотя и лаконично, о том, что сибиряки очень быстро «разочаровались» в созданной в ходе восстания власти, и народ «не только спешил покинуть повстанческие полки, но и помогал Красной армии поскорее затушить пламя восстания… Народ запалил восстание, народ его и гасил».
Вот разница между книгами историков, старающихся быть объективными и той антисоветской агиткой, которую под видом учебника пытается нам выдать господин Спицын.
«ВАРВАРСКИЙ ЭКСПЕРИМЕНТ»
И пару цитат из раздела о развитии культуры после гражданской войны. На 164 странице Спицын пишет: «Не меньшую роль на культурную политику большевиков оказал и навязчивый лозунг мировой пролетарской революции, владевший умами практически всей русофобской верхушки РКП (б), который реально вылился в безудержное шельмование исторического прошлого».
Оцените стиль нашего автора. Но главное — вся русофобская верхушка РКП (б) в 20-е годы — это ведь и Ленин, Сталин, Калинин, Дзержинский, Молотов, Фрунзе… Это их «засоветский историк» Спицын имеет ввиду!
И еще одна цитата: «По сути, над всеми подданным бывшей Российской империи, особенно русским народом, осуществлялся варварский эксперимент по превращению его в «homo cominternicus» — граждан Всемирного Союза ССР, который неизбежно будет рожден в горниле мировой пролетарской революции».
Итак, перед нами жемчужина спицынской риторики: «варварский эксперимент», «русофобская верхушка РКП(б)», «homo cominternicus». Это не исторический анализ, а пародия на историю, написанная языком токсичного блога. Третья часть учебника Спицына — не про историю СССР, а про то, как современный консерватор пытается усидеть на двух стульях: «СССР — наша история» и «эти гады погубили Россию». Не сидится, знаете ли.
И всё это — под маркой «просоветского историка». Но маска не держится. Поэтому учебник Спицына стоит читать не как источник знаний, а как наглядное пособие по тому, как антисоветчина учится мимикрировать под государственность. И в этом его главная, хотя и невольная, ценность.