ФНС видит наши доходы из будущего? Странная строка в моем уведомлении

«Уведомление №88-41/13. Объект налогообложения: доход от невыбранного варианта. Сумма к учету: 2 400 000 рублей.»

Я перечитала трижды. Экран телефона светил холодным, синим. На часах — семь утра, суббота. Город за окном ещё не проснулся, только мусоровоз гремел баками во дворе.

В личном кабинете теперь считают не только то, что вы заработали.

По телевизору вчера сказали: ФНС теперь видит всё. Переводы больше двух миллионов в год будут проверять автоматически. Искать неясные источники.

Ну, у меня-то источников — только пенсия да старые накопления на «чёрный день», который всё никак не наступит. Решила проверить личный кабинет. Просто так. От скуки и тревоги. Будто знала, что там черти водятся в этих цифрах.

И вот. Нашла.

Утро субботы. В телефоне — уведомление, которое не просили.

Графа шла сразу. Дата: 14 мая 2028 года. Будущее. Казённым шрифтом, без тени сомнения. «Объект: нереализованный доход от отказа. Коэффициент потерь: 1.2. Итого к начислению — два миллиона четыреста тысяч.»

Я сидела на кухне. Чайник уже свистел, но я не вставала. Смотрела в экран. Странно. Как можно начислить налог на то, чего нет? И на дату, которая ещё в календаре не наступила.

Внизу стояла электронная подпись: «Тихонов С.И. Отдел 7-Б». Тот самый Тихонов. Его фамилия на всех моих странных бумагах мелькает. Как будто он за мной лично присматривает.

Уведомление №88-41/13. Сумма: 2 400 000. Подпись — Тихонов С.И.

Я набрала номер справочной. Думала, ошибка. Глюк системы. Трубку сняли быстро.

— Архив, Тихонова слушает.

Голос был сухой, как старый пергамент. Елена Петровна. Мы с ней уже «знакомы» по Соцфонду.

— Леночка, это Шукшинова Лидия. Тут у меня в кабинете... Налог на то, чего я никогда не имела. На доход от несбывшегося. На два миллиона четыреста. Это что, шутка такая?

— Никаких шуток, Лидия Михайловна, — ответила она буднично. Слышно было, как она очки на переносице поправляет.

— Это эхо из будущего. Расчётный вариант по вашему ателье.

— Какому ателье? — у меня в горле пересохло.

— Я на почте работала. В столовой.

— По системе проходит: две тысячи второй год, отказ от аренды помещения на Ленина, двенадцать. Вы тогда испугались, Лидия Михайловна. А ателье бы выстрелило. К двадцать восьмому году как раз бы на такую сумму вышли. Вот система и фиксирует. Налог на невыбранную жизнь.

Две тысячи второй год. Место, где ателье так и не открылось.

Я сбросила вызов. Две тысячи второй. Я тогда три ночи не спала. Толик смеялся: «Какое ателье, Лида? Сиди на почте ровно, там хоть зарплата стабильная». И я осталась. Сидела ровно. Наблюдала, как годы проходят сквозь меня, словно через сито.

А вот ведь, где-то там, в недрах налоговой, моё ателье процветает. Шьёт платья, платит взносы. Два миллиона четыреста тысяч. Цена моей трусости. Ровно в граммах. Ой, в рублях.

Я встала, выключила чайник. Насыпала заварки. Вот так. Живёшь и думаешь, что выбор — это просто слово. А выбор — это документ. Подшитый, пронумерованный, со штампом «Временное хранение».

Мы ведь все что-то не выбрали. Просто не все получают справку об этом. Хорошо, что платить пока не заставляют. Хотя с нашей налоговой — это только вопрос времени.

За окном пошёл мокрый снег. Суббота. Обычное утро. Надо бы Кате позвонить. Хотя нет, она скажет: «Мам, ну опять ты свои глюки в интернете ищешь». Она практичная, вся в отца.

Обычный снег за окном. Невыбранная жизнь осталась в системе.

Я закрыла приложение. Положила телефон экраном вниз. На кухне пахло чабрецом и старой клеёнкой. Кран на кухне капал — надо бы прокладку сменить. Но это завтра. Или в параллельном варианте.

А у вас бывало такое — смотрите на старое фото и точно знаете: если бы тогда не струсили, сейчас бы совсем в другом месте проснулись?

Если вам тоже кажется, что жизнь иногда выдает странные справки — оставайтесь в Архиве. Будем разбираться в этих тихих сбоях вместе.

В прошлый раз я рассказывала про странности с пенсией в Соцфонде. А сегодня — случай из личного кабинета налоговой, где цифры вдруг начали показывать будущее.