Уча в совейской школе въедливый стишок, поименованный в заголовке, будущий современный электорат вряд ли задумывался о его политико-идеологической подоплеке. А знай они историю не по хрущёвским методичкам - придали бы гораздо большее значение обстоятельствам его появления.
(я сейчас временно пишу с устройства, на котором нет возможности делать скрины, поэтому вместо них, привычных, - будут цитаты с сайта Википедия, статья "Ледовое побоище").
Итак, Ледовое побоище, якобы 1242 года,
если не ошибаюсь - современник "героической обороны Козельска", которую мы с вами недавно разбирали в свете Эффективной Истории:
Но данном случае летописные источники, почти современные событию - имеются; мы сейчас не будем ковыряться: а не подметные ли они, не фальшивые ли, а правильно ли они интерпретированы. Вокруг этого вопроса есть нагромождение всего, особенно интересно - у Новой Хронологии; материально-вещественные следы сражения на местности - не обнаружены, как и в случае с Куликовской Битвой. Наша задача сейчас совсем в другом, оставляя за бортом проблему достоверности "древних" источников:
почти современными этому событию являются записи о нём в Новгородской первой летописи старшего извода.
Описание Ледового побоища содержится также в Житии Александра Невского (составлено в 1280-х годах),
и «Старшей Ливонской рифмованной хронике» (конец XIII века).
К данным источникам в основном восходят более поздние упоминания сражения в русских летописях и ливонских хрониках.
Важнейшим немецким источником, содержащим описание хода битвы, является «Старшая Ливонская рифмованная хроника». При этом исследователи отмечают, что к известиям «Хроники» следует относится с определённой осторожностью. Ведь она создана как стихотворное произведение с характерным для этого жанра поэтическим языком. В ней присутствуют шаблонные эпитеты и сравнения, трафаретные описания
.
Итак, три источника марксизма (к которым в основном восходят все более поздние работы): Новгородская летопись, Житие Невского, и важнейший - Ливонская хроника, к которой следует относиться с определенной осторожностью - стихотворное произведение с характерным для этого жанра поэтическим языком, в котором присутствуют трафаретные описания и эпитетные сравнения.
Хорошо. Отлично. Но, как видим, поэты на этом не угомонились. А только сделали бо-о-ольшой перерыв. О данном событии ничего не писали Пушкин, Лермонтов, все Толстые и прочие классики-фальсификаторы истории.
Вообще не упоминали битву в своих трудах В. О. Ключевский и М. Н. Покровский
Как вдруг, за 4 года до вероломного нападения немцев на Соловецкий Союз, в сталинском искусстве, литературе, цирке и кинематографе внезапно грянул он - 1938 год от Рождества Христова, очень непростой в истории нашей страны, для разбирающихся в ней:
С меня при цифре "37" в момент слетает хмель
В 1938 году Сергей Эйзенштейн снял художественный фильм «Александр Невский», в котором было экранизировано Ледовое побоище. Именно он во многом сформировал у современного зрителя представление о битве.
Музыкальное сопровождение к фильму Эйзенштейна, написанное композитором Сергеем Прокофьевым, позже оформлено в одноимённую кантату для самостоятельного исполнения.
Поэма К. М. Симонова «Ледовое побоище» (1938).
Историческая повесть В. Г. Яна «Юность полководца» (1952).
Г. Н. Караев, А. С. Потресов «Загадка Чудского озера» (1966; 1976; 2018).
Весной 1942 года немецкий писатель-эмигрант Арнольд Цвейг в неопубликованном эссе сравнил поражение немецкой армии с Ледовым побоищем
.
Ну, поименованные здесь Эйзенштейн и Прокофьев, имя которого носил Донецкий аэропорт, эти двое вообще без комментариев. Как и дореволюционный дворянин Янчевецкий, плодотворно творивший историю при Соловецкой Власти в качестве "детского писателя Василия Яна" - единственный, пожалуй, чьи фальсификации (конкретно - о воспетой им якобы битве с татарами под Оломоуцем) признаны фальшивкой официально и прижизненно. Как и потомственного дореволюционного дворянина и советского "учёного" Льва Гумилёва, о котором у меня недавно был соответствующий доклад:
Л. Н. Гумилёв, считал, что угроза для русских земель из Прибалтики была весьма серьёзной, он называет победу Александра Невского на Чудском озере в 1242 году знаменитой и ставит её в один ряд с победой Даниила Галицкого под Ярославом в 1245 году
Интересен в этом списке некто Караев, один из научных столпов легенды о Ледовом побоище, дореволюционный потомственный дворянин и советский "историк":
Георгий Николаевич Караев (1891, Петергоф — 1984, Ленинград) — советский военный историк, генерал-майор, кандидат военных наук, доцент, писатель. Являлся одним из немногих советских генералов, бывших беспартийными.
Родился в семье выходца из Северной Осетии, героя сербско-турецкой и русско-турецкой войн, награждённого 17 русскими, болгарскими, сербскими, румынскими орденами, Георгиевского кавалера, генерала Дудара Караева и дворянки Ольги Николаевны Лапшиной.
Окончил с золотой медалью гимназию в Петербурге (1910), затем Павловское военное училище (1912), выпущен подпоручиком
.
А, чем же командовал сын русской дворянки Ольги (не путайте его, пожалуйста, по этом признаку с фельдмаршалом Фёдором фон Боком, командующим ГА "Центр") - подпоручик сцарской армии и генерал-майор Красной Рабоче-Крестьянской, в годы так называемой Великой Отечественной войны? В 1941 ему было уже 50 лет. Полком, дивизией, корпусом? Ну в каком-то смысле да: легионом фальсификаторов истории:
В 1918 году добровольно вступил в Красную Армию. В годы гражданской войны начальник оперативного штаба 12-й и 13-й армий Южного и Кавказского фронтов.
В 1925 году окончил Высшие курсы командного состава «Выстрел».
Работал начальником кафедры истории военного искусства Военно-транспортной академии РККА.
С 1955 года был в отставке.
В 1959—1963 руководил комплексной научной экспедицией Института археологии Академии наук СССР на Чудском озере для определения места Ледового побоища
.
Наконец, прежде чем перейти к главному из упомянутых Википедии персонажей, которым в свете Эффективной Истории является конечно же Симонов, обратим внимание на ещё одного в списке воспевателей Ледового побоища: никому не известный "немецкий писатель-эмигрант Стефан Арнольд Шварценеггер Цвейг весной 1942 года сравнил его с поражением немецкой армии" - интересно с каким? На тот момент только начиналась Ржевская Мясорубка, так называемый Изюм-Барвенковский "котёл", трагедия 33-й армии генерала Ефремова под Вязьмой, и Власовской второй ударной - в Мясном Бору; безнадёжно торчали в блокаде Ленинград и Севастополь, которому уже недолго оставалось, а немецкие танкисты начинали железную поступь на Ближний Восток, чуть ли не мокрыми полотенцами гоняя перед собою жалкие остатки сразу нескольких советских фронтов:
И выбрал же время для сравнений! Можем Повторить! Или он подавал нам какие-то знаки, насчёт того что мы в перевёрнутом свете представляем себе и Ледовое побоище тоже?
Всё это меркнет перед провидчеством дореволюционного дворянина, сына княжны - и советского писателя, а как теперь выяснилось - и историка - Константина Симонова, автора вынесенного в заголовок стихотворения, который ведь в том же 1938 году предсказал и сражение за будущий Калининград:
Под Кенигсбергом на рассвете мы будем ранены вдвоём,
Отбудем месяц в лазарете, и выживем, и в бой пойдём:
Вот такой он был, урожайный на предвидения, 1938 год. Если конечно не допустить, что это было как бы и не совсем предвидение, а целенаправленный разогрев публики знающими людьми. Скоординированный так называемым Сталиным, или есть сомнения?