— На себя посмотри! Корова, в это платье ты влезала еще до нашей свадьбы.
Голос Виктора резал слух с самого раннего утра. Надежда стояла у большого зеркала в узком коридоре и пыталась застегнуть молнию на темно-синем платье. Пальцы совершенно не слушались от сильной усталости. Вчера она закрывала сложные отчеты на работе до полуночи. А в шесть утра уже стояла у плиты и жарила ему сырники на завтрак.
— Витя, я просто спросила, нормально ли сидит вещь, — тихо ответила Надежда. — Зачем ты сразу начинаешь грубить?
— А кто тебе правду скажет, кроме меня? Ты в зеркало совсем не смотришь. Расползлась во все стороны, смотреть не на что. Куда ты вообще без меня денешься? Кому ты такая нужна в сорок лет?
Надежда медленно опустила руки вдоль туловища. В груди давно скопилась тяжелая и тупая обида. Год за годом, на протяжении всего брака, она выслушивала эти колючие фразы каждый божий день.
Она жестко экономила на себе. Покупала дешевые вещи на распродажах, отказывала себе в походе к парикмахеру. Все это делалось ради того, чтобы муж мог менять машины и ездить на отдых с друзьями.
Виктор подошел ближе и бесцеремонно вырвал из ее рук мобильный телефон.
— Опять деньги тратишь? Что это за списание на полторы тысячи? Я тебе для чего карту привязал к своему номеру? Чтобы ты семейный бюджет транжирила?
— Это витамины, Витя, — Надежда попыталась забрать телефон обратно. — У меня спина болит уже неделю, врач прописал лечение.
— Врач ей прописал! Раньше надо было думать, когда булки на ночь ела. Отдашь мне наличными с аванса. Я не собираюсь спонсировать твои болячки.
Дверь в кухню тихо скрипнула. На пороге стояла Клавдия Ивановна. Свекровь приехала к ним накануне из пригорода, чтобы пройти обследование в городской поликлинике.
Пожилая женщина стояла в домашнем халате и очень внимательно смотрела на своего взрослого сына. Ее лицо выражало крайнюю степень недовольства.
— Ты как с женой разговариваешь, герой? — сухо поинтересовалась Клавдия Ивановна.
Виктор раздраженно отмахнулся от матери:
— Мам, не лезь в наши дела. Я ее воспитываю. А то расслабилась совсем в последнее время. На мои деньги живет и еще смеет огрызаться.
— На твои деньги? — Надежда резко повернулась к мужу. — Я работаю наравне с тобой все эти годы! Только моя зарплата уходит на продукты, оплату счетов и бытовые нужды. А твои деньги уходят исключительно на твои личные развлечения!
— Рот закрой немедленно! — громко рявкнул Виктор на всю квартиру.
Он шагнул к жене вплотную. Его лицо перекосило от злости. Мужчина грубо схватил Надежду за плечо и с силой отшвырнул в сторону. Она потеряла равновесие и больно ударилась плечом о деревянный шкаф.
— Еще одно слово скажешь, вообще на улицу пойдешь в чем сейчас стоишь! — злобно прошипел Виктор. — Ты в моем доме находишься!
Клавдия Ивановна не стала долго раздумывать. Она подошла к сыну вплотную и звонко дала ему пощечину. Звук удара раздался на весь коридор.
— Собирай свои вещи, Надя, — ровным голосом скомандовала свекровь невестке. — Поживешь пока у меня на даче в поселке. А с тобой, сынок, у нас разговор окончен навсегда.
Виктор схватился за щеку и открыл рот от изумления. Он явно не ожидал такого отпора от родной матери.
— Мама, ты в своем уме? Ты из-за этой чужой бабы на сына руку поднимаешь?
— Она мне стала ближе родной дочери, — твердо произносила каждое слово пожилая женщина. — А ты вырос обычным эгоистом. Я долго терпела твой скверный характер. Но поднимать руку на женщину я тебе не позволю.
Уже вечером они сидели на маленькой кухне в старом загородном доме Клавдии Ивановны. Свекровь достала из старого серванта плотную папку с документами и положила на стол.
— Я все видела, Надя. Я долго старалась не вмешиваться в вашу семью. Надеялась, что он со временем поумнеет. Но сегодняшняя выходка стала последней каплей. Этот участок достался мне от моих родителей. Завтра утром мы едем к нотариусу, и я оформляю дарственную на твое имя.
Надежда посмотрела на бумаги широкими глазами.
— Клавдия Ивановна, я не могу принять такой подарок. Это же ваше имущество.
— Это мое личное решение. И я сама выбираю, кому оставить свое жилье. А он пусть сидит в своей бетонной коробке и любуется в зеркало на свое великолепие.
Развод проходил очень тяжело и грязно. В процессе раздела имущества Виктор пытался отсудить каждую мелочь, превращая все в балаган. Он делил тарелки, ложки и даже полотенца.
В один из дней мужчина демонстративно собрал вещи: забрал микроволновую печь, снял новые шторы в коридоре и увез телевизор. Надежда даже не пыталась с ним спорить. Ей было плевать на эти вещи. Она просто подписала необходимые бумаги, оставив ему их общую квартиру, лишь бы поскорее завершить этот кошмар и навсегда вычеркнуть его из своей жизни.
Время шло своим чередом. Надежда бережно ухаживала за свекровью, возила ее по врачам и помогала по хозяйству. Они часто сидели вечерами вдвоем за чаем, и Надежда не переставала благодарить эту мудрую женщину за поддержку.
Но возраст брал свое. Вскоре сердце Клавдии Ивановны остановилось навсегда. Для Надежды это стало огромной потерей — она долго стояла у ее кровати, держа холодную руку той, что заменила ей родную мать, и тихо плакала от несправедливости жизни.
Надежда осталась полноправной хозяйкой просторного загородного участка. Дом был очень старым, деревянным. Он требовал капитального ремонта и огромных вложений. Жить там одной женщине было физически тяжело.
После долгих раздумий она выставила участок на продажу. Покупатели нашлись довольно быстро, место было хорошим. На вырученные от сделки средства Надежда купила светлую и просторную студию в современном спальном районе города.
Она сделала отличный ремонт полностью под свой вкус. Никаких мрачных обоев, которые так любил клеить бывший муж. Никакой громоздкой и старой мебели. В новом едином пространстве преобладали светлые тона. Прямо у входа она установила огромное зеркало во весь рост. Теперь она могла любоваться собой каждый день.
Слухи распространяются очень быстро. Новость о продаже загородного участка дошла до Виктора через общих знакомых. Реакция не заставила себя долго ждать.
Ясным субботним утром в звонок новой квартиры настойчиво зазвонили. Надежда ждала доставку с новым креслом. Она уверенно распахнула створку и сильно удивилась.
На лестничной клетке стоял Виктор. Он выглядел осунувшимся, был одет в старую потертую куртку. Его глаза нервно бегали по светлым стенам ее новой прихожей.
— Неплохо устроилась! — с порога начал бывший муж и попытался пройти внутрь квартиры. — Значит, правду люди говорят. Продала мамин дом за моей спиной?
Надежда преградила ему путь рукой.
— Сделай шаг назад. Тебя сюда никто не приглашал.
— Это мое законное наследство! — сорвался на громкий крик Виктор. — Мама была не в себе, когда дарственную на тебя писала! Ты ее просто обдурила и обвела вокруг пальца!
Виктор тяжело дышал и сжимал кулаки.
— Ты сейчас жируешь на моих деньгах! Немедленно верни мою долю от продажи, иначе я по судам тебя затаскаю! Я докажу, что ты обманщица!
Надежда внимательно смотрела на человека, которого искренне боялась много долгих лет. И сейчас она не чувствовала к нему абсолютно ничего. Ни страха, ни жалости, ни обиды. Перед ней стоял обычный, жалкий и обиженный на весь мир человек. Он так и не научился брать ответственность за свои поступки.
— Клавдия Ивановна была в абсолютно здравом уме, — спокойно и ровно ответила Надежда. — Она оставила участок мне по одной простой причине. Она прекрасно знала, кто ты такой на самом деле.
— Да ты без меня полный ноль! — снова закричал он прямо ей в лицо. — Ты на свои жалкие копейки даже комнату в общежитии не смогла бы снять! Радуйся, что тебе так крупно повезло с моей глупой матерью!
Надежда не стала повышать голос в ответ. Она спокойно поправила пояс своего красивого домашнего костюма. Затем она перевела взгляд в огромное зеркало.
Там отражалась статная, уверенная в себе женщина с прямой спиной и спокойным взглядом. Никаких следов усталости или страха. А потом она посмотрела прямо в глаза бывшему мужу.
— Вот именно, Витя. Мне очень крупно повезло избавиться от тебя раз и навсегда. А теперь послушай меня внимательно.
Она указала рукой на свое отражение в зеркале.
— На себя посмотри. Я полностью исполнила твое самое главное желание. Теперь я смотрю только на себя. А ты можешь идти и искать себе новую удобную жертву.
Надежда решительно захлопнула железную створку. Когда она это сделала, Виктор ударил в дверь кулаком так, что задрожала щеколда.
— Я этого так не оставлю! Слышишь? Я найду адвоката! — донесся его искаженный злостью голос.
Надежда стояла, прижавшись спиной к холодной стене, и смотрела на входную дверь. Тишина. Потом послышались тяжелые шаги вниз по лестнице. Она выдохнула только через минуту.
Надежда уверенным шагом прошла в кухонную зону своей новой студии. Она налила в чашку прохладного яблочного сока. Женщина подошла к панорамному окну и посмотрела на улицу.
Солнечные лучи ярко освещали комнату. В квартире было спокойно и уютно. Никто не кричал над ухом. Никто не требовал убрать посуду из раковины в тот же миг. Никто не требовал отчета за каждую потраченную копейку в магазине. Никто не смел оценивать ее внешность и указывать на недостатки.
Она сделала глоток освежающего напитка. На душе было необычайно легко. В этой новой реальности главное правило звучало очень просто: она наконец-то выбрала себя, и этого было вполне достаточно для счастья.