Дитя двух отцов
Общепризнанным «отцом» огнестрельного оружия считается порох — и, разумеется, считается по праву.
Но действительно массовым «огнестрел» стал только тогда, когда в игру вступил свинец. Поэтому, по сути, винтовки и револьверы — «дети двух родителей».
Вся история ручного огнестрела — это рассказ о том, как люди учились управлять взрывом пороха, а свинец постоянно подстраивался под новые и новые требования. Пройдя тем самым путь от круглого шарика до преследуемого экологами боезапаса.
Давайте вспомним эту старую, но занятную историю.
Порох, огонь и всякая дрянь: "мусорный" век без свинца
Порох придумали в Китае где-то в IX веке, экспериментируя с эликсирами бессмертия. Смесь селитры, серы и угля сначала использовали в фейерверках и религиозных действах, но очень быстро перешли к убиению себе подобных — зажигательными стрелами, огненными «ракетами», бомбами.
В западной научно-популярной литературе довольно долго правила бал схема: «китайцы использовали порох для фейерверков, а европейцы изобрели пушки». Но это миф: китайцы не дурнее других, и военное применение ими пороха задокументировано очень рано.
Достаточно сказать, что китайские военные трактаты типа «Wujing zongyao» (1044 г.) описывают не только формулу пороха и способы его массового производства, но и использование взрывных бомб, ракет и мин в осадной войне. А к XIII веку в Китае и Монгольской державе уже существовали первые пушки и ручные орудия: археологически фиксируются бронзовые ручные орудия конца XIII века (та же «ручная пушка» из Шанду / Xanadu, 1298 года).
То есть китайцы не только «додумались» до применения пороха в бою, но и на протяжении нескольких веков постепенно двигались от фейерверков к бомбам, огненным копьям, ракетам, артиллерии и ручному огнестрелу.
Китай изобрел и порох, и раннее пороховое оружие; Европа позже заимствовала у них технологию, и уже там развились классические пушки и огнестрел, которые изменили войну в глобальном масштабе.
Но первые пороховые орудия никакого свинца не использовали. Они поражали не пулей, а сочетанием «огня, дыма и мусора».
Так, огненные копья (huoqiang) — бамбуковые или металлические трубки, привязанные к древку копья, — выбрасывали струю огня и дыма на несколько метров. Это был, если хотите, эдакий одноразовый огнемёт.
Вот на этой буддистской иконе мужик в красных труселях со змеями на голове (родственник Горгоны?) как раз из него и палит.
К XII веку в пороховой заряд начинают закладывать всякую дрянь для использования в качестве поражающих элементов: разнообразные обломки железа, рубленые гвозди, керамические черепки. Вместо одноразового огнемёта получается что-то вроде одноразового дробовика, где порох выстреливает облаком осколков.
Свинец может присутствовать в виде случайных кусочков, но никакой особой роли не играет: он дорог, мягок и технологически не нужен.
Параллельно развивается артиллерия, но в пушках XIII–XIV веков (и в Китае, и в Европе) основной снаряд — каменное ядро. Поэтому пушки используются не для выкашивания боевых порядков противника, а как «таран на удалёнке» — исключительно для ломания стен и ворот.
В общем, огнестрельное оружие — это пока не для людей. Пока это ближе к телеге, чем к альтернативе луку или арбалету.
Чтобы дать солдату в руки компактный и смертельный инструмент, нужен был снаряд другого типа: маленький, но тяжёлый.
И тут на сцену выходит свинец.
Ранняя служба Марсу
Надо сказать, что наш герой начал работать дистанционным убийцей ещё в античную эпоху. Уже с V века до н. э. в греческом и римском мире широко используют снаряды для пращи из свинца — так называемые glandes plumbeae, то есть «свинцовые жёлуди».
Они пришли на смену речной гальке и прочим круглым камням. Почему?
Потому что они удобнее. Свинец выигрывал по двум причинам:
- Он очень плотный, поэтому при той же массе снаряд получался меньше, обеспечивая меньшее сопротивление воздуха.
- Его очень легко лить в стандартные формы, обеспечивая тем самым одинаковый размер «боеприпасов». Теперь пращнику больше не требовалось соизмерять силу броска с камнями разного веса и размера.
Вот так примерно выглядели смертоносные «свинцовые жёлуди».
Любопытно, что сегодняшняя традиция писать на снарядах всяческие пожелания берёт своё начало ещё тогда — во времена туник и сандалий. На множестве «жёлудей» были обнаружены надписи. Вот так, например.
Что писали? Как правило, что-нибудь короткое. Размер снаряда, извините, многословию не способствовал.
Хозяйственные мужики писали имя владельца. Любители шуток в Греции часто писали ΔΕΞΑΙ — «Лови!».
В Риме писали по-латыни: ACCIPE HOC! — «Получи это!». Были ещё варианты: «Это твоё» (греч. «ΣΟΝ») или аналогичные формулы.
Часто выпрашивали победу (ΝΙΚΗ — «Победа») или обращались к богам, рисуя их символы — громовые стрелы Зевса или трезубец Посейдона.
Ну и, наконец, как аккуратно пишут историки: «наносили откровенно матерные или издевательские надписи типа „Суй в…“ с очень грубым подтекстом».
С распространением брони пращники почти исчезли из состава вооружённых сил, но зато в Средневековье начались эксперименты с утяжелением наконечников стрел и болтов для арбалетов: свинцовыми втулками, обмоткой, вставками, особенно для усиления пробивной способности по доспеху и увеличения дальности.
В общем, использовали всё те же качества свинца — большой вес в сочетании с высокой пластичностью, которые позже сделают свинец идеальным материалом для пуль.
А теперь возвращаемся к новоизобретённому огнестрельному оружию.
Круглый шар и начало «свинцового века»
В Европе ручное огнестрельное оружие появилось во второй половине XIV века. Его ранние образцы — ручницы (или ручные кулеврины) — представляли собой примитивные железные или бронзовые трубки, закреплённые на деревянном ложе. Именно с ними связаны первые свидетельства применения свинца: ручные кулеврины стреляли круглыми свинцовыми пулями.
Позднее, в XVI веке, на смену ручницам пришли мушкеты — тяжёлое дульнозарядное ружьё, заряжавшееся круглой свинцовой пулей. Вес такой пули мог достигать 12 золотников (около 51 грамма), а калибр — 8,5 линий (около 21,6 мм). Процесс заряжания был сложным и долгим: в ствол засыпался порох, затем пыж, пуля, и сверху ещё один пыж, чтобы зафиксировать снаряд.
С XVI века, когда ручное огнестрельное оружие становится массовым, круглая свинцовая пуля превращается в стандартный снаряд для мушкетов, аркебуз и пистолетов в Европе.
То же происходит в России: стрелецкое войско вооружено пищалями и мушкетами, стреляющими свинцовым шариком.
Почему именно свинец?
- Он плотный: малая по диаметру пуля имеет значительную массу и хорошо сохраняет энергию в полёте.
- Он мягкий: при выстреле шарик чуть «обжимается» в стволе и даёт приемлемую герметизацию.
- Он легкоплавкий: при температуре плавления 327,5 °C переходит в жидкое состояние даже на костре, а пули легко отливаются в простейшие формы, известные как «пулелейки». Таким образом, боеприпасы можно изготавливать прямо в полевых условиях, любой солдат мог обеспечить ими себя самостоятельно, был бы свинец.
- Он относительно доступен в сравнении с более дорогими цветными металлами.
Несколько веков весь массовый ручной огнестрел Европы — до легендарного английского «Brown Bess», который «был дешёвым, как гвозди, и простым, как молоток»,
и русских капсюльных мушкетов образца 1845 года — стреляет именно круглыми свинцовыми шарами.
В тяжёлой артиллерии свинец не прижился: там каменные ядра постепенно уступают место железным, гораздо более прочным и разрушительным. И даже когда появляется картечь, в снаряды, как правило, закладывают не дорогую свинцовую дробь, а рубленое железо, которое дешевле на порядок, а вражеских солдат выкашивает ничуть не хуже.
В индивидуальном, ручном огнестреле ещё в позднем Средневековье формируется классическая формула:
«Порох + гладкий стальной ствол + круглый свинцовый шарик = дешёвое массовое оружие, которым легко можно вооружить 100500 пехотинцев».
Инновация разлетается по Европе как лесной пожар. От галантных испанцев и португальцев, любящих делать географические открытия, до бородатых поляков и московитов, обожающих драться между собой, — все срочно вооружаются ружбайками.
К чему это приводит?
К тому, что вчера ещё даром никому не нужный (кроме собирателей витражей) свинец становится всем срочно необходим.
Прямо позарез!
Массовый спрос на свинец и «мародёрство металла»
С XVI века и особенно в XVII–XIX веках государства потребляют свинец как не в себя.
Для линейной пехоты и кавалерии пули расходуются сотнями тысяч в каждой крупной кампании.
Исследователи, специализирующиеся на гражданских войнах времён Английской революции, отмечают, что свинцовыми пулями стреляли от половины до двух третей пехоты и почти вся кавалерия, а свинец для этого добывали в том числе «сдирая его с крыш».
Задокументирован случай, когда роялисты в Англии в 1640-х годах получали значительную часть свинца за счёт разборки свинцовых кровель строений — в том числе и церквей! Эта кощунственная «мародёрка» прекратилась только тогда, когда они отбили себе свинцовые рудники в Мендипских холмах.
И это не единственный случай. Локальные источники из разных стран упоминают реквизицию свинца с кровель, водостоков, витражных переплётов — всё, что можно превратить в пули и дробь.
А свинцовые рудники, разумеется, тут же были объявлены стратегическим резервом государства.
Свинец — это субъект геополитики, не больше, не меньше. Именно свинцу испанские конкистадоры обязаны покорением Америки,
а русские землепроходцы - завоеванием Сибири.
И это действительно так. Во всех присылаемых в Сибирский приказ «скасках» свинец — это даже не предмет первой необходимости, это вопрос жизни и смерти.
«И нам с теми богдойскими людьми (китайцами) дратца стало невозможно, потому что пороху и свинцу нет…» — так объясняет Онуфрий Степанов решение об отступлении.
А отправленная в Москву исповедь одного из этих ходоков «встречь Солнцу», которую и сегодня нельзя читать без волнения? «И будучи мы в посылках и походах, холод и голод смертной себе принимали, свинец и порох на свои пожитинки ценою дорогою, по 10 и по 15 лисиц фунт, покупали, и под иноземскими острожки от немирных иноземцов изранены на смерть бывали, и нашу братью многих служилых людей в те годы прибили».
Параллельно с «мародёркой», разумеется, быстрыми темпом растёт горнодобыча. Свинец часто сопутствует серебру и цинку, поэтому в горнорудных регионах Европы (Саксония, Тироль, Британские острова) и России (Урал, Алтай) его добыча возрастает вместе с прогрессом металлургии.
В России с развитием уральской металлургии в XVIII веке произошло то самое пресловутое «импортозамещение» — государство Российское закрыло потребность армии в свинце собственной добычей, а не за счёт импорта, как раньше.
Казалось бы — вот теперь уже всё хорошо.
Сделана величайшая сборка: «сухой порох + стальная трубка + свинцовый шарик», верно и безотказно служившая человеку несколько веков.
С порохом проблем давно нет, стальные стволы оружейники давно научились делать так, что они ещё и внукам прослужат, а теперь и со свинцом проблема снята.
Как любезно интересовался царь Иван Васильевич: «Чего тебе ещё надо, собака?».
Живи себе и радуйся!
Но — нет. Человек — это такое зловредное существо, что ему всегда чего-то не хватает. Зимою — лета, осенью — весны.
И вскоре свинец на службе Марсу ожидало новое испытание.
Но о нём — уже в следующий раз.