"Если Starship раскрошил бетон, то LM обязан был вырыть кратер" - звучит логично только до тех пор, пока не начинаешь считать. Площадка Starbase погибла не от "тяги вообще", а от конкретной конфигурации: струя била в бетон почти в упор, долго, в атмосфере и без защиты. На Луне бетон отсутствует, атмосферы нет, а режим посадки и отсечка тяги другие. Поэтому отсутствие "воронки как от взрыва" не доказывает фальсификацию - оно чаще всего доказывает незнание газодинамики и материаловедения.
Все эту красоту видели?
Почему-то есть мнение, что раз при старте супертяжа на Земле такие повреждения, то и на Луне при посадке лунного модуля должно быть так-же. Правда, как показали расчёты, на Луне не должно быть ничего особенного, но это мало кого интересует.
А почему такие разрушения на Земле?
Пункт первый, он-же последний - на площадке непосредственно под ракетой использовался ни чем на защищённый бетон. Ладно, ничем не защищённый железобетон, разница не драматическая. Ни газоотводов, ни водяной завесы, ни даже прикрытия металлом.
Не успели.
Подарок к дню рождения Ленина надо было сделать. Не знаю куда они спешили, но по каким-то причинам решили, что и так сойдёт.
Не сошло.
При нагреве бетона с ним происходят вполне материаловедческие вещи, из-за которых он резко теряет стойкость именно как тонкий поверхностный слой под факелом.
Сначала (примерно до 100–200 °C) уходит свободная и часть связанной влаги: вода в порах превращается в пар, давление в капиллярах растёт, и верхний слой начинает отслаиваться хлопьями, особенно если нагрев очень быстрый и пару некуда выходить.
В диапазоне ~200-400 °C деградируют продукты гидратации цемента (C‑S‑H гель), падает модуль упругости, растёт микротрещиноватость (да, есть такой термин).
Около 400-600 °C начинается разложение портландита Ca(OH)₂ и усиливается несовместимость теплового расширения цементного камня и заполнителя (песок/щебень), из‑за чего трещины быстро “раскрываются” по границам зерен. На практике это означает: даже если бетон не “плавится”, он быстро превращается в хрупкую, растрескавшуюся, легко выкрашиваемую корку, которую дальше добивает уже механика потока (эрозия/пескоструй, ударные волны, отрыв кусков).
А нагрев там был хороший. Тридцать три двигателя сжигают 27 (двадцать семь) тонн топлива в секунду, да ещё и выхлоп атмосферой обжат.
F / C = 269/330 = 0.815 тонны в секунду на двигатель. Двигателей 33. 0,815*33=26,9. Ладно, до двадцати семи я округлил. У лунного модуля в режиме висения перед самой посадкой расход 3.6–3.7 кг/с.
Что там происходило при старте
-6 - -3 секунды до взлёта
Под стартовым столом появляется яркое пламя, затем быстро растёт мутный буро‑серый “кипящий” шлейф у земли. Это первые секунды, когда поверхность уже начинает разрушаться: мелкая пыль/песок/цементная крошка выбивается из-под стола.
33 Raptor’а запускаются каскадом. Пока ракета стоит, струи бьют в грунт почти на месте.
Под столом нет классического газоотвода и на IFT‑1 не было полноценной водяной системы, сравнимой водяной завесой на традиционных космодромах.
Комбинация факторов: Акустика/ударные волны (огромные звуковые давления) создают микротрещины и “встряхивают” поверхность. Термоудар: верхний слой бетона нагревается очень быстро, внутри остаётся холоднее → появляются сильные растягивающие напряжения → отслаивание. Паровое отслаивание: остаточная влага в порах превращается в пар и "взрывает" верхний слой.
-3 - 0 c. Тяга нарастает до взлётной, разрушение ускоряется
Пыле‑дымовая “шторка” у земли становится плотной: это уже не просто конденсат/дым — это существенная доля минеральной пыли и крошки. Начинается вырыв более крупных фрагментов (пока ещё не “основные плиты”, но уже заметные куски).
Когда тяга растёт, под столом формируется крайне агрессивный поток: сверхзвуковые струи, отражение от земли, сдвиговые слои. Бетон после начала трещинообразования становится уязвим к эрозии потоком: горячий газ + твердые частицы (уже выбитый песок/щебень) начинают работать как пескоструй.
0 - 1 c. Отпуск зажимов, ракета “лениво” отрывается
В момент отрыва разрушение не прекращается, а часто выглядит ещё хуже: столб пыли расширяется, появляются “вылеты” крупного мусора из-под стола. На кадрах в этот период видно, что основание под столом буквально “кипит”.
Ракета уходит вверх не мгновенно; первую секунду она всё ещё близко к земле → факел максимально концентрирован у основания. В этот момент бетону особенно плохо из‑за:максимальной акустики, максимального теплового потока, и того, что поток начинает подсасывать всё, что уже отслоилось.
1 - 3 c Переход к выбросу крупных кусков, начинается "выкапывание"
Стартует стадия, которую потом увидели на фото: летят крупные обломки, некоторые — на сотни метров. Повреждение уже не “поверхностное”: начинает оголяться арматура/края, и видно, что материал уходит “ямой”.
Когда верхний слой сорван, под ним часто оказывается более слабый/пористый слой, швы, пустоты, либо подсыпка/песчаная подушка (используется в стройке для выравнивания). Горячий поток не просто “жжёт”, он механически вымывает материал. Как только поток прорезал путь в более рыхлый слой, скорость выноса возрастает лавинообразно.
3 - 8 c. Формирование "кратера"/полости под столом - основная катастрофа покрытия
Происходит то, что уже описывали как "кратер под стартовым столом": заметная часть покрытия/основания разрушена и выброшена. Пыльное облако становится гигантским, позже находили обломки бетона далеко за пределами площадки.
Здесь работает положительная обратная связь: Разрушение открыло слабые зоны/подсыпку. Поток начал выносить материал быстрее → образовалась полость. Полость меняет газодинамику: струи получают "карман", где усиливаются вихри и ударные структуры → выбивание ускоряется. Плюс "пескоструйный" эффект усиливается: выбитые частицы разгоняются и сами разрушают бетон дальше.
8 - 20 c. Ракета уже выше, но последствия продолжаются
Основная активная эрозия снижается по мере удаления ракеты, но мусор всё ещё летит/оседает, часть повреждений может развиваться по инерции (обрушение краёв, падение ослабленных фрагментов).
Пока поток мощный и близко к земле — идёт “выкапывание”. Когда источник ушёл, остаются механически ослабленные края, трещины от акустики, разогретые участки с потерей прочности.
Итого, почему бетон умер
Не потому что “бетон плохой”, а потому что в конфигурации IFT‑1 на него попало то, чего на обычных стартовых комплексах стараются не допускать:
- Прямое воздействие факела 33 мощных двигателей на грунт/площадку без газоотводная.
- Недостаточное подавление акустики и теплового потока водой.
- Длительное пребывание факела у земли из‑за того, что ракета первые секунды не успевает "убежать" далеко.
Итог — не "подкоптился", а словил сочетание термоудара + акустики + отшелушивания и пескоструйной эрозии, которое быстро переходит в "выкапывание" основания.
Выводы в Спейс-иксе сделали. Особенно после того как им авиационная комиссия по шее дала. Конструкцию исправили, водяную защиту добавили.