Нет, тут скрыто что-то другое? А вот что именно замаскировано за личиной крымского татарина, надо выяснить…
(часть 1 - https://dzen.ru/a/aa0AxMiGDyIfM6el)
Значит, первым делом зашлём в Феодосию своих людей под видом бизнесменов и работников культуры, а затем поговорим с сотрудниками Национальной разведывательной организации (MIT), пусть пробьют по своим каналам всю подноготную Ильдара Ахметова: здесь в Феодосии, в Германии и в России.
Слишком многое будет поставлено на карту, если мы решим всерьёз заняться полуостровом и вернуть Крым… Коджаман выпрямился на стуле, допил компот и сказал:
– С заказом Гёкхана всё понятно! Идиот Тымюр поверил Сулейману, вошёл во вкус и в данный момент надеется на такой же успешный расклад, как получилось в Эссене. Но при чём здесь немецкий полицейский из Лейпцига?
Ахметов кивнул, подтверждая актуальность вопроса, и принялся объяснять:
– Тымюр сообщил только имя второй цели и место работы. В Лейпциге осталось много бывших русских военных, некоторые получили гражданство и устроились работать в полицию. Моим людям удалось выяснить, что инспектор по имени Вольфганг Мюллер (Wolfgang Müller) работал в территориальном отделе уголовного розыска, но недавно был переведён с повышением в Висбаден.
Гюллер перевёл и добавил от себя, что имя Wolfgang означает "Путь волка", а в Висбадене расположена штаб-квартира Федеральной уголовной полиции (Bundeskriminalamt или ВКА).
Кюрту (Волку…) Коджаману, ранее возглавлявшему полицейский директорат в провинции Трабзон, захотелось помочь немецкому коллеге. Конечно, не просто так, а только при условии ответной услуги.
Тут ничего личного, а всего лишь обмен оперативной информацией (я – тебе, ты – мне!), которую можно осуществить через потенциального пенсионера-следователя из Эссена.
Разговор между турками пошёл на родном: бывший контрразведчик Бундесвера подробно рассказал о структуре немецкой полиции, объяснив, что перевод в Висбаден означает только одно – карьера инспектора Мюллера резко пошла в гору.
Коджаман пропустил через себя информацию, немного подумал и резонно заметил, что его тёзку Вольфганга (все мы в этой жизни волки…) повысили в должности сразу после убийства Бекира Чакынджи и выхода Тымюра из лейпцигского изолятора (опыт не пропьёшь!).
Этот инспектор мог быть при делах? Может, они с племянником Чакынджи оказались ранее знакомы, раз работали в одном городе?
Ильдар с Рефатом сидели напротив, молча вникая в турецкий диалог. Настало время задуматься Мехмету.
После паузы директор детективного бюро в Кёльне предложил поговорить о Мюллере с тем же следователем Эллингом, но только после того, как мы завершим дело на площади перед Кёльнским собором (Kölner Dom). Иначе, можем вспугнуть обоих: и Тымюра, и Сулеймана!
При упоминании последнего глаза Кюрта потемнели. Главная цель! Коджаман после короткой паузы был вынужден согласиться со специалистом контрразведки, кивнул Гюллеру и обратился к Ильдару:
– Зачем тебе турецкий снайпер, если есть свой стрелок?
– Мой специалист наследил в Берлине! Криминалисты нашли волос в квартире, откуда стреляли в братьев Реммо. А это уже след ДНК…
– Как ты узнал? – В голове турка снова мелькнула мысль о специальном образовании крымского татарина.
– В Берлине, как и в Лейпциге, много бывших русских военных, оставшихся в Германии и которые не прочь посидеть за одним столом с хорошими людьми. Полицейские любят выпить и редко отказываются от угощения. Особенно, в виде русской водки…
– Тогда почему Тымюр согласился ликвидировать Гёкхана из той же винтовки, из которой стреляли в Бекира?
– Заказчик вначале хотел застрелить Сойкана в доме Чакынджи, а когда я объяснил, что сейчас не попасть на крышу музея, то сообщил, что знает номер стола в ресторане «Früh am Dom», за которым будет сидеть дед невесты, и предложил взорвать свадьбу.
– Idiot! – Мехмет не выдержал и, покачав головой, откинулся на спинку стула.
Ильдар пожал плечами и продолжил:
– Я сказал, что мы получим предложенные сто тысяч марок только за одну цель. Если Тымюр хочет взорвать ресторан в центре города, то пусть платит в десять раз больше. Один миллион!
Кюрт усмехнулся и указал ладонью на стоявшую бутылку водки. Завороженный разговором Рефат плюнул на традиции и быстро разлил напиток. Мужчины одновременно подняли рюмки и выпили по пятьдесят грамм. После того, как главный гость закусил очередным салатом и поднял голову, Ахметов сообщил:
– Я предложил перенести заказ в Турцию, но сразу предупредил, что для устранения такой важной цели, как Гёкхан Сойкан, потребуется больше времени для подготовки. Не меньше месяца! Тымюр сам должен знать о налаженной охране и службе безопасности…
Начальник той самой службы, разгоряченный от разговора и водки, важно кивнул, соглашаясь с доводами. Крымский татарин продолжил:
– Тут в разговор вмешался Сулейман и потребовал не откладывать акцию. Я попытался объяснить, что у них срочный заказ и сильно сжаты сроки, а в Кёльне будет всего лишь один момент для выстрела. Поэтому мы элементарно не успеем заказать, пристрелять, а, главное, доставить новую винтовку в нужную точку. И ещё раз предложил застрелить босса в другом месте. Например, в той же провинции Трабзон. Но тут, понятное дело, задача усложнится, а наш гонорар вырастет в два раза.
Ильдар замолчал, Коджаман задумался, обдумывая разговор в немецком ресторане. Учитывая беременность Алтын (Золотая…) у Сойлу каждый день на счету, как во время боевых действий. Бывший сотрудник рыночной полиции понимает, что при таком раскладе Гёкхан, как только узнает о положении дочери, не станет долго размышлять над судьбой отца будущего ребёнка.
В таком случае Сулейману останется только мечтать о быстрой смерти.
Кюрт спросил:
– На чём в итоге остановились?
– Я уточнил размер площади перед собором и сказал, что, если договоримся, то у нас останется только единственная возможность ускорить процесс – повторно использовать американскую винтовку, спрятанную недалеко от вилы Крупп. Заказчики согласились, и мы обсудили наш гонорар: сто тысяч за Гёкхана и двести тысяч за полицейского.
Турки переглянулись, главный гость заявил:
– Никогда не слышал о таких ценах!
– В Германии не заказывают полицейских, и, тем более, из Bundeskriminalamt (из Федеральной уголовной полиции). Я думал, что Тымюр, услышав сумму, откажется от второй цели. Но заказчики пошептались и согласились передать деньги посредникам с условием получения гонорара после завершения дела. Я сказал, что мы не будем предпринимать никаких действий, пока вся сумма не окажется в руках палестинцев. На том и договорились!
– Деньги передали?
– Звонил вчера, все триста тысяч оставлены посредникам.
– Сможешь забрать?
– Палестинцы предупреждены с самого начала! Они не глупцы, никто не хочет иметь проблемы с кланом Сойкан… – Ильдар взглянул в глаза собеседника. – Предлагаю всю сумму, за вычетом комиссионных, оставить у нас в счёт будущих заказов от вас, уважаемый Кюрт.
Коджаман улыбнулся и кивнул. Сама идея ликвидировать следующих врагов за деньги Тымюра с Сулейманом сразу понравилась начальнику службы безопасности босса провинции Трабзон.
Осталось только проверить биографию Ахметова, и с ним можно будет работать в дальнейшем. Нам нужен свой человек на полуострове!
Может быть, даже оказать ему честь, предложив крымскому татарину стать членом "Bozkurtlar" (Серые волки…). Конечно, после того, как покажет себя в устранении двух идиотов, возникших на пути Кюрта.
– Ильдар, давай ещё раз обсудим наш алгоритм действий в Кёльне. С чего начнём?
Молодой человек с готовностью склонился над столом, рука рядом сидящего дяди потянулась к бутылке. Рефат всё больше и больше приходил в восторг от своего племянника. Жаль, Мустафа не видит…
После того, как к уточнению деталей операции, планируемой на площади Кёльнского собора (Kölner Dom), подключился Мехмет Гюллер (Mehmet Güller), начальник службы безопасности босса провинции Трабзон понял, что успех гарантирован.
Дни Тымюра сочтены, а бывший полицейский, похожий на киноартиста, будет долго умирать в подвале дома Чакынджи под единственную видеозапись, которая тут же успокоит нервы Гёкхана, расшатанные от событий в Германии.
Ну, если ещё добавить тот факт, что запись останется секретной гарантией спокойной жизни не только самого Коджамана, но и его сыновей, то можно считать, что сегодня день удался на все сто процентов.
Да ещё прекрасный обед в его честь! Кто бы мог подумать? Но, как-то всё неожиданно! Надо будет на обратном пути проанализировать сегодняшний день. Слишком всё гладко! Так не бывает…
Кюрт потребовал кофе, молодой участник застолья метнулся к двери и вызвал официантов. Вышколенные люди в строгой униформе возникли в сопровождении управляющего рестораном и принялись убирать стол.
Марлен, став ещё уверенней, выслушал очередную похвалу уважаемых гостей и заверил присутствующих, что кофейные зёрна доставлены прямиком из Колумбии.
Когда банкетный зал заполнился чудесным ароматом, переговорщики оценили напиток, приготовленный по-турецки. Хотя Рефату больше хотелось традиционного чая, но разве можно было не согласиться с главным гостем? Да ещё в тот момент, когда его племянник перешёл к просьбам.
Ильдар после первого глотка поднял голову и произнёс:
– В Германию вернусь через Польшу на автобусе, остановлюсь в Гримме. У нас появятся несколько дней, пока полиция не установит за мной слежку. За это время успею встретиться с заказчиками в Эссене, уточню позиции для стрелка, а ваши люди к этому времени должны полностью обжиться в Кёльне и быть готовы. Затем, после завершения дела, доведём до следственной бригады информацию о заказе Тымюром инспектора Bundeskriminalamt, о смерти главного киллера Арутюнова в Берлине и о возникших следах и проблемах сбежавшего стрелка в России. В итоге так запутаем следствие, что я смогу выйти на свободу через месяц. Тут нам помогут москвичи, осталось только уточнить некоторые детали и даты. Мехмет сможет сам договориться с русскими, все живут в одном отеле, и у меня будет большая просьба…
Ахметов после перевода перевёл взгляд с одного турка на другого. Коджаман допил крохотную чашку и спросил:
– Какая?
– Когда меня арестуют, пусть моим адвокатом станет Эльза Гюллер. (Anwältin Elsa Güller)
Оба турка вновь уставились на крымского татарина. Конечно, больше удивился муж адвокатессы. Вроде об этом не договаривались?
Мехмет резко спросил:
– Почему Эльза?
– Понадобится отличный специалист, а у меня нет знакомых адвокатов. Получилось так, что кроме твоей жены я никому не доверяю. – Ильдар перевёл взгляд на главного гостя.
Кюрт решил принять сторону соплеменника.
– У адвокатессы есть муж! Пусть сам решает.
Господин Гюллер (Herr Güller) задумался. А почему нет? Неотложные вопросы раскидали супругов по разным странам: он здесь, в Крыму, Эльза вместе с Айгуль в Москве. Мужчина успел соскучиться по любимой женщине, да и здоровый секс с откровенным разговором не помешал бы расслабиться в объятиях друг друга.
Тогда почему не вызвать супругу в Феодосию и за счёт клана Сойкан не отдохнуть несколько дней на побережье Чёрного моря? Отдохнуть по-взрослому! Можно даже искупаться! Погода позволяет…
И как он сам не догадался? Как сейчас скажет Коджаман, так и будет. Да и представители "солнцевских" здесь живут, в том же отеле.
Ну, до чего же хитрый татарин! Какой же нормальный мужик откажет в такой просьбе? Супруг, как бы размышляя вслух, медленно произнёс:
– Тогда придётся звонить в Москву и вызвать Эльзу, чтобы здесь переговорить с москвичами и заодно обсудить линию защиты Ахметова.
Кюрт не привык откладывать дело в долгий ящик.
– Ильдар, проводи до телефона! А ты, Мехмет, скажи, пусть вместе с Айгуль прилетают. – Главный турок наконец-то обратил внимание на главу клана семьи Умеровых. – А мы с Рефатом поговорим о наших делах! И позовите в зал Венеру. Сами покурите пока.
Выйдя из банкетного зала, Ильдар подозвал Марлена и отправил Гюллера вместе с ним. А сам подошёл к столу семейства Джемилевых, ещё раз поздоровался с Заремой и дочерьми, затем попросил Венеру пройти к мужу на отдельный разговор.
Расслабленный русской водкой и благодарностью гостей Сейт-Мамут так посмотрел на жену Рефата, что Ильдар сразу догадался об искренних желаниях ресторатора.
В данный момент главе клана Джемилевых очень хотелось остаться лучшим другом клана Умеровых. Ну, что же! Пора переходить к следующему акту нашего балета.
Племянник усмехнулся, проводил тётю до дверей, успев шепнуть, что всё идёт по плану, остались только наши бизнес-проекты, но, похоже, у гостей возникли свои предложения. Надо соглашаться, потом обсудим!
Второй племянник в костюме с галстуком распахнул перед тётей дверь, закрыл и так взглянул на хозяина заведения, что тот сразу сник и под недовольный взгляд жены и дочерей потянулся к бутылке…"
(продолжение - https://dzen.ru/a/ad-dg4YApU-ZKr1o)
