Приветствую, жертва маркетинга и спонсор многомиллиардной индустрии. Сегодня поговорим про корма для животных, в частности про кошечек и собачек.
Ты, взрослый человек, способный взять кредит на шаурму и даже иногда платить за свет, каждую неделю тащишь из магазина мешок сухарей и корм с непонятным паштетом, от аромата которого твой мохнатый император, вертит нос, а потом идет и с аппетитом жрет муху. Твой пес, существо с душой святого и желудком промышленного шредера, готов сожрать носок, но к этим сухарям притрагивается с видом, мол, ну ладно, уговорил, кожаный, но с тебя еще что-нибудь из вон того помойного ведра.
Почему так? Зачем вообще придумали эту индустрию, если испокон веков Барсики и Шарики доедали за нами и выглядели при этом куда бодрее, чем ты после двух недель на доставке пиццы? Кто этот гениальный злодей, подсадивший питомцев на корм, как на наркотик, и почему мы, разумные вроде бы люди, продолжаем верить, что в пакетике с надписью «ягненок с розмарином» действительно есть ягненок, а не только его воспоминания?
Сейчас мы все это разберем и разложим по полочкам…Все началось не с любви к животным, а с банальной предпринимательской жилки и острого желания срубить деньжат на пустом месте. Представь себе Лондон, 1860 год. Грязь, смог, дамы в кринолинах и джентльмены с бакенбардами. На сцену выходит американец Джеймс Спратт.
Чувак приехал в Англию продавать не что-нибудь, а громоотводы. Бизнес, видимо, шел так себе. И вот однажды в порту он увидел, как бездомные собаки с аппетитом грызут твердые матросские галеты — сухари, выброшенные с кораблей.
В голове Спратта, словно молния, которая не помогла ему продать громоотводы, сверкнула идея: А не замутить ли мне печенье для собак?. Сказано — сделано. Он замесил тесто из пшеничной муки, добавил туда для приличия немного овощей, свекольного сока и... барабанная дробь... говяжьей крови. Получились невзрачные квадратные галеты, которые он гордо назвал «Мясные бисквиты Спратта для собак». Мяса в этих бисквитах было примерно столько же, сколько у меня в кармане акций Газпрома, но упаковка и слово патент сделали свое дело.
Гениальность заключалась не в рецепте, а в маркетинге. Спратт был пиарщиком от бога (или от дьявола, с какой стороны посмотреть). Он не стал втюхивать свой товар рабочему классу. Он пошел к английским лордам — тем самым, которые тратили на своих охотничьих псов больше, чем среднестатистический рабочий на всю свою семью. Спратт заручился отзывами, где владельцы борзых и терьеров клялись, что их чемпионы побеждают только благодаря этому чудо-печенью. Он даже умудрился получить королевский патент от самой королевы Виктории, чьи собаки, по слухам, тоже хрустели этими бисквитами. Это был успех.
И если ты думаешь, что корм для кошек появился тогда же? Ха! Коты ждали своего часа еще 70 лет! Только в 1930-х годах до кого-то дошло, что эти надменные пушистые засранцы тоже хотят жрать из пакетика, а не доедать мышей и хозяйскую сметану. Первый коммерческий корм для кошек появился лишь в 1936 году и назывался Kal Kan (позже переименованный в Вискас, чтоб его). По поводу кал кана мнения в тырнете расходятся, где-то пишут, что там был только корм для собак, но не суть. До этого котов кормили по старинке: что дадут, то и жрут, а не дадут — пойдут и найдут. И, заметь, выживали и даже выглядели получше нынешних аллергиков с их беззерновыми диетами.
Вернемся к Спратту. Этот бизнес оказался золотой жилой. Спратт разбогател, вернулся в США и открыл там фабрику. Его примеру тут же последовали другие ушлые дельцы. В 1908 году некий Карлтон Эллис, изобретатель современного маргарина, придумал придать собачьему печенью форму косточки. И тут случилась магия. Собаки, которым до этого было глубоко плевать на форму еды, вдруг проявили к косточкам небывалый интерес. Сам Эллис потом с сарказмом писал: «До сих пор не могу понять, то ли мой пес действительно думает, что это кость, то ли он просто притворяется, чтобы порадовать хозяина». Вот с этого момента, дружок, и началось великое надувательство под названием индустрия кормов для домашних животных.
А теперь давай слегка окунем голову в науку, но не слишком глубоко. Кошки — это облигатные хищники. Звучит как название для какой-нибудь экстремистской организации, но на самом деле это значит, что их организм намертво заточен под переваривание животного белка и жира. Они не могут синтезировать некоторые аминокислоты (например, таурин), витамины (А, D) и жирные кислоты из растительной пищи, как это делаем мы, люди, или даже собаки. Их кишечник короткий, как разговор с обиженной женой, и предназначен для быстрого проталкивания мяса, а не для ферментации травы. Кошка, которую кормят кашей с овощами, медленно, но верно превращается в больное существо похожее на старый веник.
Собаки — совсем другое дело. Они факультативные хищники, или, говоря по-простому, всеядные с хищным уклоном. Тысячи лет эволюции рядом с человеческими помойками и кострами сделали свое черное дело. У собак развилась способность переваривать крахмалы (привет, картошечка), и они более гибки в плане получения питательных веществ. Они могут выжить на диете, где мясо — не единственный компонент. Но! Это не значит, что пса можно кормить исключительно хлебом и кашей. Это значит, что его рацион может быть более разнообразным, но основой все равно должен быть животный белок. И уж точно это не значит, что ему можно давать все подряд с твоего стола.
Вернемся к нашим баранам, то есть к кормам. После Второй мировой войны случился бум. Люди переехали в пригороды, обзавелись холодильниками и... чувством вины. Вдруг оказалось, что кормить любимого песика объедками — это моветон. Ему нужно что-то особенное, сбалансированное, из яркого пакета.
Производители быстро смекнули, что к чему. Сначала они использовали отходы мясного производства — то, что не пошло на колбасу для людей: субпродукты, кровь, костную муку. Все это перемалывалось, смешивалось с зерном, лепилось в забавные звездочки и колечки, сдабривалось ароматизаторами (чтобы кот, нюхнув, решил, что это благодать снизошла) и продавалось с наценкой в несколько сотен процентов.
Позже, в 70-х и 80-х, когда начали массово дохнуть питомцы от некачественных ингредиентов и афлатоксинов (грибков, поражающих зерно), грянули скандалы. Пришлось вводить контроль, стандарты и деление на классы. Появились «премиум» и «супер-премиум» корма, где мяса (или его более-менее приличных заменителей) стало побольше. А потом понеслось: корма для стерилизованных, для кастрированных, для старых, для молодых, для тех, кто живет в квартире, для тех, кто выходит на балкон, для вислоухих, для длинношерстных, для ленивых, для слишком умных и для клинических идиотов. Маркетинг победил здравый смысл с разгромным счетом.
Так зачем же придумали корм для кошек и собак, если они всеядные (ну, почти)? Ответ прост и циничен: для нашего с тобой удобства. Чтобы мы могли, не заморачиваясь с готовкой и расчетом баланса нутриентов, просто насыпать гранул в миску и пойти дальше читать этот канал. А еще для того, чтобы огромная индустрия могла зарабатывать миллиарды, играя на нашей любви к питомцам.
Так что, когда в следующий раз будешь стоять перед полкой с кормами, помни: ты — жертва гениального плана, придуманного электриком с громоотводами полтора века назад. И лучшая месть этому плану — не экономить на здоровье того, кто каждый день делает твою жизнь чуточку теплее и смешнее.
Всем сытых питомцев и пусть ваш питомец оплачивает себе корм сам. А то цены растут, а его недовольная морда довольней не становится.
Поддержать автора можно кликнув сюда.