Лучшие друзья, соседи и дальние родственники Михаил Пискарев и Иван Серов пошли в первый класс перед самой войной. Как и многие мальчишки в стране, они мечтали сбежать на фронт и стать боевыми командирами. Война закончилась. У друзей появились новые мечты, сменявшие одна другую. Они хотели стать то летчиками, то просто путешественниками, то строителями, то врачами. А в результате - ушли из школы после восьмого класса, пошли работать на стройку в одном из поселков, который был покрупнее их собственного села, а потом перешли на работу в совхоз, откуда было ближе добираться до дома. Сначала были разнорабочими, потом учились ремонтировать разную технику и водить машины, это занятие им нравилось.
Оба парня были черноглазые, черноволосые, коренастые, с сильными руками, как и их отцы. Оба очень любили читать и читали все подряд, что попадало в руки. И каждый парнишка был о себе очень высокого мнения. Иногда их путали, но, чем взрослее они становились, тем заметнее были различия между ними. Иван был более эмоциональным, немного суетливым и бесхитростным. Активно жестикулировал. Он не любил долго раздумывать. Михаил - напротив, долго прикидывал, что и как, не торопился принимать решения. У окружающих складывалось впечатление, что он - себя на уме. В какой-то степени, это так и было. Михаил, хорошо зная собственного друга, часто думал и за себя, и за него.
Когда ребят призвали в армию, их отправили служить в областной центр, находившийся примерно в пятистах километрах от их родного села. До армии подружками они не обзавелись, не до того было. Но каждый из них был уверен, что обязательно вернется после службы домой с красивой невестой, чтобы другие парни смотрели и умирали от зависти. Однако, получилось это только у одного из них. Это событие вызвало в селе волну слухов и изрядно "подмочило" репутацию самого жениха среди односельчан. Однако, не будем забегать вперед.
Получив увольнительную, друзья отправлялись в кино или в парк, где по выходным играл военный духовой оркестр и устраивались танцы, и где можно было познакомиться с симпатичными городскими девчатами. Узнав о том, откуда именно приехали солдатики, где они родились и в каких условиях выросли, девушки соглашались только на дружбу, но не на переезд в маленькое село, которое располагалось далеко от города и «от цивилизации». Как их можно было уговорить? Видимо, нужно где-то промолчать, а где-то приврать.
Открытый Иван не хотел никого обманывать, на все вопросы девчат он отвечал честно:
- Да, медведи водятся, а еще волки, лисы, рыси и росомахи. Будете в мехах ходить!
- А на людей эти животные нападают?
- Бывает и такое, но редко. Однажды наш председатель сельсовета, Вера Ивановна, сама шатуна застрелила!
- Женщина застрелила шатуна? Ты не врешь? А ваши мужчины где были в это время?
- Я же уже сказал: она - председатель сель-со-вета ! Характер у нее - кремень, она ничего не боится! Мужики там тоже были, но мешать ей не хотели! Она - потомственная охотница, как говорится, родилась с ружьем в руках! Но, если бы у нее ружья не оказалось, она бы, наверное, медведя голыми руками прикон.чила! Вера Ивановна у нас знаете, какая? Сама большая, как медведица, только белая. Блондинка она у нас. Она все село в кулаке держит, вот так!
- И что, такая же свирепая и страшная?
- Да нет, нормальная она! Только высокая очень, и кулаки у нее огромные. Как два моих! Нет, чуть меньше, как полтора ! А еще у нас танцы в клубе, каждую субботу! Захар Васильевич играет и поет. Ну что, вы хотели бы у нас в селе пожить?
- Нет, я не дура там зад.н.ицу морозить в туалете на улице! К тому же, у вас там, похоже, никаких достопримечательностей, кроме этой самой Веры Ивановны, и нет, - сразу отказалась практичная Олеся, за которой ухаживал Иван.
А Лизавета закусила губу и ничего не сказала. Михаил ей нравился. Но вскоре и она ответила отказом. Подруга убедила ее, что ехать в село им не стоит. В мехах ходить, конечно, - это хорошо, но танцы под гармошку, сильные морозы, туалет на улице и вода из речки - это не жизнь.
Михаилу вскоре надоело слушать неосторожные откровения своего друга, поэтому он сказал Ивану :
- Ванька, ты лучше молчи! Так с нами никто никуда не поедет, это точно. Надо рассказывать девчатам только о хорошем. А когда мы привезем их домой, то они привыкнут и никуда потом от нас не денутся.
- Мишка, ты как-то неуверенно говоришь об этом... Они могут обидеться за обман!
- Так и есть. Но если мы будем каждой рассказывать, что у нас не село, а медвежий угол, у нас вообще нет никаких шансов привезти домой невест!
После этого парни начали расписывать новым знакомым девушкам только красоты своей малой родины : незабываемые рассветы и закаты, простор, звенящую тишину, чистый воздух, голубичные поляны (это была чистая правда) и некоторые другие преимущества, которые они сами и придумали.
Оба теперь заливались соловьями, но помалкивали об удобствах на улице, об отсутствии центрального водоснабжения и тротуаров, о большущих комарах и вездесущей мошке, и о том, что в их родном селе Тихое есть сейчас пока только начальная школа, а ребята постарше сами добираются в соседний поселок, где находится средняя школа, потому что учителей в Тихом не хватает, как и учеников. Не рассказывали они подругам и о том, в селе есть только маленькая амбулатория, где работает вечно пьяненький фельдшер, он же "певец" и "массовик - затейник", Захар Васильевич. Благодаря именно ему практически все жители поселка занимались самолечением, а многие родители научились сами оказывать первую медицинскую помощь своим детям, в том числе, и уколы делать. Не рассказывали никому друзья и о том, что до ближайших поселков и райцентра, где могут оказать квалифицированную помощь, было от четырех до пятнадцати километров, и добираться туда приходится чаще "на своих двоих" (ножками).
Ничего они не рассказывали девчатам и о том, что люди в селе привыкли отмечать каждый праздник или любое торжественное событие с размахом. Иногда этот "размах" продолжался несколько дней, или даже неделю напролет.
Садика в селе не было. Если за малышнёй не присматривали старшие дети, то родители просили о помощи соседей или неработающих родственников. Об этом Михаил и Иван тоже не захотели рассказывать своим подругам, потому что в разные годы в Тихом случилось несколько пожаров, когда родители запирали своих детей дома на замок, а сами уходили или уезжали куда-то по делам. Если происходило возгорание, то дети не имели возможности покинуть дом самостоятельно. Выж.ив.ших было мало. Друзья также хранили в секрете то, что однажды виновниками и жер.тва.ми пожара едва не стали они сами, когда они стащили спички и играли с ними в заброшенном старом доме на окраине села. Спаслись они тогда только чудом. Родители Мишки и Ваньки тогда чуть с ума не сошли, разыскивая поджигателя. А Вера Ивановна догадалась, чьих это рук дело. Подловила обоих пацанов и строго пригрозила :
- Я не стану сейчас выяснять, кто из вас чиркнул спичкой. Но, если в селе еще хотя бы раз начнется пожар, я буду знать, чья эта работа.
- Тетя Вера, а если это будем не мы, а кто-то другой? Все равно нам отвечать?
- Да, придется ответить. Пойдете в тюрьму вместе со своими родителями, но могут и расстрелять. Сами знаете, народ у нас в стране горячий, но справедливый.
- А как вы догадались про нас?
- Другие ребята держатся вместе, стайкой. Они все на виду. Только вы двое постоянно ото всех прячетесь и суете свой нос, куда не следует.
- Мы не будет больше, только родителям не рассказывайте!
Была в Тихом еще одна настоящая беда. В селе долгие годы не хватало невест, и это создавало определенную напряженность в отношениях односельчан. Девочек почему-то всегда рождалось меньше, чем мальчиков. Друзья не стали рассказывать и об этом своим знакомым девчатам : еще подумают, что парни так "оголодали", что им уже ничего не важно: ни внешность, ни характер девушки, лишь бы она просто согласилась с ними поехать.
Любая представительница прекрасного пола, какого бы возраста, внешности или комплекции она ни была, имела шанс построить в селе семью, даже если у нее уже были дети от предыдущих браков.
Жители Тихого очень гордились, что их селу уже больше ста лет. Сначала примерно половина жителей - это были представители коренных народностей Крайнего Севера, а другая половина - это русские, татары, украинцы, азербайджанцы, эстонцы и т.д.. Через некоторое время многие переженились между собой и перемешались. Наверное, если бы село Тихое находилось в полной изоляции долгое время, там бы образовалась какая-нибудь новая народность. Привычной была такая картина : за обеденным столом дружно сидят дети разного возраста, с разным оттенком кожи и разным цветом волос. Особенно часто такое случалось, если у родителей это был не первый брак.
Можно было утверждать, что подавляющее большинство жителей Тихого - это родственники, кровные или нет, близкие или, как говорится, седьмая вода на киселе. Бывало, что кое-кто из жителей говорил, что о своем родстве даже не подозревал, пока не находились какие-то старые документы, или кто-то из старожилов не напрягал свою память.
Итак, в пятидесятых годах в селе жителей было немного, не больше 600 человек ( их и сейчас примерно такое же количество), и там не хватало женщин. Поэтому холостые мужчины старались устроиться на работу в совхоз, в соседние поселки или в город, и приглядывали себе невест там. Молодежь после окончания школы ехала на учебу в областной центр или в соседние области, и там парни и девушки тоже пытались создать семью. Поэтому и Михаил с Иваном стремились найти себе пару, пока они служили в областном центре, чтобы, так сказать, раз "отстреляться", а потом спокойно жить и работать, а не мотаться туда-сюда по городам и весям. Но согласилась поехать с ребятами в Тихое только Мишкина невеста, Лида.
Не знаю, каким местом думали родители Лиды, когда разрешили ей уехать с женихом к нему домой. Возможно, узнав о бурном романе дочери, они решили, что молодые уже познакомились максимально близко, и воспользовались моментом, чтобы сбыть ее с рук поскорее, пока Михаил не передумал жениться? Или они на самом деле были рады, что их дочь нашла себе парня умного, рукастого и спокойного? Не могу точно сказать. Может быть, и то, и другое.
Лида была симпатичной блондинкой, с серыми глазами, большими, чуть навыкате, и высокого роста. Друзьям она очень напоминала Веру Ивановну, мечту каждого нормального мужика из их родного села. Школу Лида закончила почти со всеми "тройками", учиться дальше не захотела. Пока мама с папой работали и ждали, когда она определится с будущей профессией, вдруг в ее жизни появился завидный жених. Михаил рассказывал, что он - единственный ребенок в семье, что дом у них с родителями большой, есть хозяйство, куры, кролики и козы, всегда свежее молоко и мясо, что у них зажиточная семья. Но, как я уже писала ранее, о некоторых важных моментах он специально умолчал.
Договорились, что Лида сразу поедет с женихом, если уж у них уже серьезные отношения, познакомится с его родителями, проведет "разведку на местности". Если все ей понравится - начнется подготовка к свадьбе, родителям Лиды сообщат, когда состоится торжество. А те уже подъедут с вещами, с деньгами и подарками, все, как положено.
Михаил поклялся, что если его Лидусе в селе не понравится, они переедут в райцентр или вернутся в город. Лишь бы молодая жена была довольна. Он говорил так серьезно и убедительно, что усыпил бдительность родителей девушки. А уж Лида от счастья была сама не своя. Она радовалась, что ей теперь работу искать не надо : выйдет замуж, родит ребенка, а уж с домашним хозяйством будут возиться родители Миши. Надо сказать, как только Лида вышла с чемоданчиком из дома, Михаил позабыл обо всех своих клятвах. Ну, ляпнул - и ляпнул, зачем себе голову забивать всякой ерундой?
Мишка, Лида и Иван до своего отъезда в село почти всегда ходили втроем. Ивану эта девушка тоже нравилась. Он не был влюблен в нее, но, чем дальше, тем чаще он испытывал чувство стыда перед ней. Ему казалось, что, узнав , как живут люди в селе на самом деле, Лида будет очень обижена. Однажды, когда Михаил отошел на несколько минут, Иван попытался намеками рассказать ей, что Мишка кое о чем умолчал, что в селе жизнь достаточно тяжелая. Она рассердилась:
- Ваня, Миша - твой друг и родственник, мы любим друг друга, а ты мне такие вещи рассказываешь! Я тебе не верю. Но, даже если бы все было так тяжело, как ты говоришь, ты слышал, что любовь побеждает все? Я не расскажу своему жениху ничего только потому, что вы - друзья, и нам с тобой предстоит жить в одном поселке.
- Лида, я не вру. Если ты не веришь - не надо. Сама увидишь. Не говори потом, что я тебя не предупреждал.
- Привыкну, - махнула рукой Лида.
Мать помогла Лиде собрать маленький чемодан, только с самым необходимым, и дала ей с собой денег, на всякий случай, а также большую сумку с едой, чтобы можно было подкрепиться в дороге.
Молодые люди выехали на автобусе в час дня и прибыли в райцентр только часам к трем следующего дня. Водитель автобуса никуда не торопился, и это было правильно. Сам автобус напоминал старичка, который все время чихает, покряхтывает и поскрипывает. Так вышло, что дорога заняла больше суток, со всеми остановками, обычными и вынужденными. Естественно, продуктовые запасы парни быстро уничтожили. Лида ничего не ела, ее в дороге укачало. Она и не подозревала, что такое может случиться. Иван помог ей выйти из автобуса, потому что Мишка тащил два чемодана.
Пока ребята ловили попутку, девушка, сидя на лавочке, немного отдышалась, и даже подумала о том, а не перекусить ли ей. Но в сумке было пусто. Что же, придется потерпеть.
От райцентра до села Тихое было пятнадцать километров. Ребята поймали попутную машину до совхоза. Лида с удивлением смотрела на раскинувшиеся по обеим сторонам дороги бесконечные поля. Машины во время движения поднимали клубы пыли.
По дороге, больше похожей на стиральную доску, молодые люди добрались до поселка, где находился совхоз. Дальше машина не шла. Было жарко. Лиду в кабине грузовика еще сильнее укачало, теперь про еду она даже не вспоминала. Не дождавшись попутных машин в сторону села, два крепких парня, а также измученная и уставшая девушка, были вынуждены идти в Тихое пешком. Это была катастрофа. Если, сидя в автобусе, Лида успокаивала себя, то сейчас, шлепая по дороге, она прокляла все на свете.
"Да, чтобы я еще раз, когда-нибудь хоть куда-то уехала из родного дома ... Вот же дурища ! А ведь Ванька правду говорил..."
Теперь ей уже казалось, она ошиблась, выбрав себе не того парня, что невнимательный Михаил ей даже не нравился по-настоящему. Она старалась не думать о том, что с этим человеком ей придется постоянно делить постель. Единственное, что ей хотелось сделать, так это вернуться домой, в родительский дом, помыться в ванной, лечь на свой диванчик и забыть об этой поездке, как о страшном сне. Ее подташнивало, ей напекло голову. Если бы где-то рядом, у дороги, росли кусты, она бы сунула два пальца в рот - и все. Но кустов не было, и она шла, стараясь не отставать, следом за парнями, которые все дальше уходили вперед быстрым шагом, оживленно переговаривались между собой. А Лида плелась следом, пошатываясь, как пьяная.
На ней были новые босоножки, неразношенные, на каблуках. Миша попросил ее, чтобы она, как говорится, прибыла в его родное село при полном параде. Но о каком параде могла идти речь? Девушка не рассчитывала, что ей придется идти пешком. Она сбила свои нежные ножки, волосы ее хрустели от дорожной пыли, и платье уже не было чистым. Лида была готова снять босоножки и пойти по дороге босиком, по теплой пыли. Но она натерла себе кровавые мозоли, и поэтому побоялась разуться, чтобы грязь не попала в рану.
К тому же, ей сильно хотелось в туалет, но впереди нее шустро шагали два парня, за которыми она еле поспевала. Она просто постеснялась сказать им, что ей надо где-то уединиться. А сам Михаил будто ни о чем не догадывался.
На самом деле, это было совсем не так. Как только они вышли из автобуса, Михаил заметил недовольное лицо своей невесты. Он усадил девушку на лавочку с чемоданами, пока они с другом сбегали в старый туалет. О том, что Лиде тоже нужно было освежиться, никто и не вспомнил, а сама она напомнить постеснялась. Потом быстро подвернулась попутная машина, и времени на раскачку уже не оставалось. Михаил смотрел на Лиду и недоумевал: она не выглядела больше счастливой. Напротив, надулась, как мышь на крупу, шла молча, со злым и напряженным выражением лица. Явно хотела привлечь к себе внимание!
"Ага, сейчас! Барыня какая! Может, ее еще на ручки взять? Пусть спасибо скажет, что я ее чемодан несу!"
Михаил решил, что он будет делать вид, что ничего особенного не происходит, ей в наказание, пока она не станет вести себя иначе. Почему-то он решил, что если он не будет оглядываться и волноваться за свою девушку, проблема сама собой рассосется.
"А она , когда не улыбается, уже не выглядит симпатичной! Вся в пыли, еле ковыляет. Интересно, чем она мне понравилась? Еще опозорит меня перед всем селом!" - пронеслось в голове у Михаила.
В тот момент он даже позавидовал своему другу, что тот шагает и ни о чем таком и не думает. Когда Михаил решил на Лиду не оглядываться, его настроение сразу улучшилось. Теперь он был просто окрылен ожиданием встречи с близкими и болтал со своим другом Иваном, не обращая внимания ни на что. Девушка шла за ними следом, а потом начала отставать. Этого никто и не заметил. Наконец, она не выдержала и расплакалась, стоя прямо посреди дороги. А друзья уходили все дальше.
Продолжение следует…
Имена участников и некоторые обстоятельства событий изменены. Любое совпадение считать случайным.
Этот текст был впервые опубликован на моем канале "Лана Орловская. Солнце на парусах" на платформе "Яндекс Дзен" 01.05.2026 года. Копирование или иное использование текста, в том числе, его озвучка, без разрешения автора ЗАПРЕЩЕНО.