Пятница, три ночи. Я наконец-то свела текстурные слои в тяжелом проекте. Глаза пекло. Спина гудела. На столе ярко светился мой рабочий инструмент. Профессиональный сенсорный дисплей для рисования с цветовым охватом высочайшего уровня. Вещь тяжелая, с мощным покрытием из антибликового стекла. Оплаченная два месяца назад суммой в сто сорок две тысячи наличными без всяких рассрочек.
Утром в субботу нарисовалась Марина.
Резкий и долгий вой квартирного звонка ударил по ушам в одиннадцать. Моя старшая сестра вообще никогда не пользовалась домофоном, предпочитая ждать под дверью, пока соседи пустят ее в подъезд.
Открываю железную створку в домашнем худи. На пороге стоит родственница, а рядом крутится ее шестилетний сын Вадик. Пацан даже ноги не обстучал. Ошметки грязного снега с его кроссовок сразу полетели прямо на мой вымытый белый линолеум. Вязаный шарф висит до пола и тоже с комьями снега.
— Замерзли жутко. Давай чайник щелкай, — громко командует сестра.
И Марина стягивает с плеч свое длинное дутое пальто. Бросает прямо поверх моей обуви возле зеркала мимо пустого крючка вешалки.
Вадик мгновенно шмыгает мимо меня. В мокрой обуви, расстегнутой куртке. Прямым маршрутом до приоткрытой двери рабочего кабинета. А у меня там открыты системники, куча чертежей на столе и подключен тот самый экран со стилусом.
Я делаю быстрый рывок. Догоняю племянника прямо на пороге спальни, хватаю парня за шкирку толстовки и резко возвращаю обратно на чистый паркет в зону зала. Дверь закрываю до щелчка задвижки. Ключ вставить не успела.
Ну, Марине это ожидаемо не нравится. Она бросила телефон на комод и скрипнула зубами.
— Ты какая-то больная стала со своей работой! Отвратительная просто жадина. Пожалела малышу бумажки свои посмотреть. И пластмасски спрятала.
Стою. Смотрю на нее.
— Марин. Там аппаратура включена. Стоит целое состояние, плюс рабочий контракт не закрыт на понедельник. Пусть руки идет мыть, на кухне сухарики лежат, печенье.
Она громко фыркает в потолок.
— Хочешь из моего сына закомплексованного сыча вырастить! Вещи — это мусор, а малыш просто щупает грани среды вокруг. Вредно запрещать по каждому пустяку.
Иду заваривать пакетики в кружках. Щелкает кнопка кипятильника. Льется кипяток. Тихо звенит ложка. Проходит минуты четыре, пока я лезу за коробкой сахара наверх.
Оглушительный хруст пробивает стену и въедается прямо в барабанные перепонки. Громкий звук пластикового удара о ламинат. Треск стекла.
Сбегаю по коридору обратно в три огромных прыжка. Дверь кабинета настежь открыта.
На полу среди оборванных проводов лицевой стороной вверх лежит дисплей. Вадик сидит рядом с техникой на коленках. В правой руке мальчик держит огромный тяжелый офисный степлер с моей полки. В самом центре защитного покрытия экрана красуется глубокий черный скол, от которого в стороны разошлась густая белая сетка битого триплекса. Жидкие кристаллы вытекли под слоем огромной черной полосой. Племянник методично ковырял металлическим язычком степлера по микросхемам прямо внутри трещины. Пытался посмотреть огоньки.
Марина спокойно подходит сзади. Грызет сухарь из вазочки. Лениво изучает картину поверх моего плеча.
— Сам, наверное, на пол сполз, шнуры короткие! — отмахивается она. — Не надо так глупо на край стола технику ложить. Он потянул и шмякнулось стекло. Кнопки вон залипли. Сдашь в ремонт ребятам на перекрестке, пленкой заклей. Парень вон моторику как прокачивает за деталями, он инженером хочет стать!
Я даже не успела подумать, как же понедельника смогу сдать все рабочие долги и закрыть проект. В голове словно включился калькулятор.
Я медленно развернулась, достала из заднего кармана брюк свой мобильный телефон и вывела на экран электронный товарный чек с суммой из магазина.
— Марина, прямо сейчас ты открываешь свое банковское приложение и переводишь мне по номеру телефона ровно сто сорок две тысячи рублей, или через пятнадцать минут здесь будет сидеть участковый, писать бумаги и фотографировать порчу чужой собственности.
Сестра покрылась багровыми пятнами и начала громко визжать о родственных узах, но слушать её истерику я не стала. Я просто жестко вцепилась в рукав её толстовки, схватила куртку парня, выкинула эти вещи на площадку, а следом силой вытолкала из своей квартиры их самих. Тяжелый железный замок глухо закрылся на оба оборота, оставив за дверью весь шум и скандалы. Восстанавливать сроки заказа будет непросто, но это лучшая цена за осознание простого факта: защита своей личной территории в миллион раз важнее, чем поддержание связей с бесцеремонной родней.
🎀Подписывайтесь на канал. Ставьте лайки😊. Делитесь своим мнением в комментариях💕