Фикус-свидетель, или как Щучка стала невестой.
Май выдался на удивление щедрым на тепло и свет. Первомайские праздники остались позади, впереди маячили День Победы и долгожданная встреча с детьми, но Александр решил не ждать. У него был свой план.
— Завтра вечером освободись по- раньше, — сказал он Ларисе как-то утром, за завтраком. — Сюрприз.
— Опять сюрприз? — она прищурилась. — Ты меня уже приучил: если ты говоришь «сюрприз», значит, готовится что-то масштабное.
— Масштабное, — согласился он, пряча улыбку. — Одевайся тепло. И красиво.
— А некрасиво нельзя?
— Нельзя, — он поцеловал её в макушку. — Хотя...ты и так самая красивая. В любой одежде. И без нее тоже.
---
Вечером, вернувшись с работы, Лариса застала Александра в беседке. Она была готова к чему-то приятному, но то, что увидела, заставило её замереть на пороге.
Беседка преобразилась. Вдоль перил мерцали гирлянды, на столе — букет алых роз (огромный, пышный, каких она никогда не получала), свечи в высоких подсвечниках, две тонких высоких бокала, бутылка шампанского в ведёрке со льдом , фрукты. И... фикус.
Тот самый фикус. Стоял в углу беседки, гордо выпрямившись, в новом горшке — красивом, керамическом, с узором. Лариса узнала горшок: она видела такой в интернет-магазине, но пожалела денег.
— Ты... — начала она, переводя взгляд с фикуса на Александра.
— Это он, — подтвердил Александр. — Как без него? Он стал причиной нашей войны. Пусть теперь будет свидетелем нашего счастья. Нашей любви.
Лариса подошла ближе, тронула лист фикуса. Тот, словно чувствуя торжественность момента, стоял ровно, будто на параде.
— Без него это случилось бы, — тихо сказал Александр, подходя к ней. — Обязательно. Но, возможно, позже. И дольше.
— Дольше? — переспросила Лариса, чувствуя, как сердце начинает колотиться быстрее.
— Дольше, — он взял её за руки. — Потому что я бы всё равно тебя нашёл. Или ты меня. Но фикус... он ускорил процесс. Спасибо ему.
Он опустился на одно колено. Лариса ахнула, прижала руки к груди.
— Лариса, — сказал он, и голос его был спокойным, но в глазах плясали чёртики — те самые, что она увидела в первый день их знакомства, — ты выйдешь за меня? Станешь моей женой? Моей Щучкой? Навсегда? Я люблю тебя! Ты это знаешь.
Он раскрыл коробочку. Кольцо было красивым — неброским, изящным, с небольшим бриллиантом. Таким, о котором она всегда мечтала, но никогда не говорила.
— Да, — выдохнула она, чувствуя, как слёзы текут по щекам. — Да, конечно, да! Я тоже тебя люблю!
Он надел кольцо ей на палец, поднялся и поцеловал. Долго, нежно, так, что свечи дрогнули от сквозняка.
- Все! Щучка почти моя! Попалааась!
Лариса рассмеялась сквозь слёзы. Александр обнял её, укрывая от всего мира — и от бабок, и от прошлого, и от страхов. Фикус в углу, казалось, одобрительно кивнул.
---
На следующий день они подали заявление в загс. День регистрации назначили на конец июня , после свадьбы детей, после их путешествия. Как завершение, как точка, которая на самом деле станет началом новой главы.
— Ты представляешь, — сказала Лариса Ирке по телефону, — я невеста. В мои-то годы.
— В твои годы, — передразнила подруга, — самое время. Нарадовалась одиночеством. Теперь радуйся любви.
— А что люди скажут?
— Люди? — Ирка хмыкнула. — Люди уже всё сказали. Бабки твои вон уже тост готовят. Так что не выдумывай. И давай, выбирай платье. Я тебе каталоги скинула, посмотри.
— Ир, какое платье? — смущалась Лариса. — Мы ж не в двадцать лет...
— А в пятьдесят, — отрезала подруга, — тем более надо быть королевой. Тем более ты у нас Щучка. Красивая, вкусная. Вот и одевайся соответственно.
Лариса смотрела каталоги, краснела, откладывала, снова открывала. В конце концов выбрала — нежно-кремовое, длиной чуть ниже колена . Скромное, но элегантное. И туфли — на невысоком каблуке, как велел Аркадий Семёнович, но такие красивые, что ногам, казалось, было не больно, а приятно.
— Александр одобрит, — уверенно сказала Ирка. — Он вообще тебя любую одобрит. Влюблённый дурак.
— Сама ты дурак, — огрызнулась Лариса, но улыбалась.
---
Перед свадьбой детей Лариса позвонила бывшему мужу.
Она откладывала этот звонок, как поход к стоматологу, но понимала: надо. Сергей — отец Ильи, и он должен знать.
— Привет, — сказала она, услышав знакомый голос. — Как ты?
— Лара? — удивился он. — Давно не слышал. Что случилось?
— Ничего не случилось. — Она помолчала. — Илья женится. Ты знаешь?
— Знаю, — голос его был спокойным. — Он звонил. Я приеду.
— Вот и хорошо. — Она снова помолчала. — И я... я тоже выхожу замуж.
В трубке повисла тишина. Лариса ждала, готовясь к колкости, к сарказму, к чему угодно.
— Поздравляю, — сказал Сергей, и в голосе не было ничего, кроме искренности. — Ты заслужила. Он хороший?
— Хороший, — ответила Лариса. — Полковник в отставке.
— Полковник? — бывший усмехнулся. — Ну, хоть не генерал. А то совсем бы мне не тягаться.
— Сережа, — она не удержалась, — ты как? Один?
— Один, — коротко ответил он. — Но это неважно. Главное, что у Ильи всё хорошо. И у тебя. Я рад.
- Я звоню по делу. Дети хотят купить квартиру. Дарим им деньги. Ты согласен?
- Да. Мы уже с сыном это обсудили.
- Вот и прекрасно.
Они договорились о подарках. Сергей хотел оплатить свадебное путешествие молодым, но Илья, узнав, сказал: «Пап, лучше на квартиру». Сергей обещал подумать. И Лариса знала: он сдержит слово.
---
Свадьбу дети организовали сами.
Илья и Шура оказались на удивление самостоятельными и прагматичными. Всю подготовку взвалили на себя, только советовались иногда: «Мам, какие цветы?», «Пап, а музыку какую для вас заказывать?».
Гостей пригласили немного — только самых близких. Со стороны Шуры — отец и тётя Надя, которая, к удивлению Ларисы, согласилась приехать. Со стороны Ильи — мать, отец, Ирка с Лёней . Ещё несколько друзей из Питера. Камерно, душевно, без пафоса.
— Нам не нужен пафос , — сказала Шура. — Нам нужно, чтобы рядом были те, кого мы любим.
— Умница, — одобрил Александр. — Вся в отца.
— В отца, — улыбнулась Шура. — А упрямством — в маму. Но это я люблю.
---
День свадьбы выдался солнечным. Июньское солнце заливало всё вокруг, цветы в саду благоухали, птицы щебетали так, будто тоже радовались.
Лариса помогала Шуре одеваться. Девушка выбрала простое, но изящное платье — длинное, кружевное, с открытой спиной. Смотрелась в нём как настоящая принцесса.
— Какая ты красивая, — выдохнула Лариса, поправляя фату.
— Спасибо, мам, — ответила Шура и вдруг смутилась. — Можно я вас так буду называть? Мамой?
Лариса замерла. Сердце пропустило удар, потом забилось часто-часто.
— Можно, — сказала она, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. — Конечно, можно. Я буду рада. Дочь!
Они обнялись, и в этот момент в комнату заглянула Ирка.
— Ну, вы чего? — спросила она. — Там уже все собрались. Жених волнуется.
— Идём, — сказала Шура, беря Ларису за руку. — Идём.
---
Церемония проходила в небольшом ресторане за городом, с видом на лес и озеро. Лариса сидела рядом с Александром, сжимала его руку и смотрела, как Илья и Шура произносят клятвы.
Они были красивы. Илья — в строгом костюме, подтянутый, серьёзный. Шура — лёгкая, воздушная, счастливая. Лариса с Иркой незаметно смахивали слёзы, делая вид, что им просто в глаза что-то попало.
— Ты чего? — шепнул Александр.
— От счастья, — ответила она. — У нас всё получилось.
— У нас, — согласился он.- Получилось!
Потом были поздравления. Шура принимала цветы, подарки, улыбки. И когда она подошла к Ларисе, обняла и шепнула на ухо:
— Спасибо! Мама! За Илью. За папу.
Лариса не удержалась, расплакалась. Громко, всхлипывая, не стесняясь. Александр обнял её за плечи, Ирка протянула платок, заохала: «Ну что ты, всё же хорошо!».
— Хорошо, — сквозь слёзы сказала Лариса. — Очень хорошо.
---
Сергей приехал один. Лариса заметила его ещё до церемонии — стоял в сторонке, с букетом цветов, неуверенно, словно не зная, куда себя деть. Он постарел, поседел, но всё ещё был хорош собой.
— Привет, — сказал он, подходя к Ларисе. — Ты выглядишь... счастливой.
— Я счастлива, — ответила она. — А ты?
— Я? — он усмехнулся. — Радуюсь за сына. И за тебя.
Они помолчали. Лариса смотрела на него и думала: а ведь когда-то она любила этого человека. По-другому, не так, как Александра, но любила. И обида, которая долгие годы жила где-то внутри, наконец отпустила.
— Серёж, — сказала она, — спасибо, что пришёл.
— Я обещал, — ответил он. — Я, Лар, если честно, один давно. С Ленкой мы развелись, детей не случилось. Так что... у меня только Илья.
— Мне жаль, — искренне сказала она.
— Не жалей, — он покачал головой. — Я сам виноват. Но теперь... теперь я могу помогать сыну. И хочу.
Он подарил молодым толстый конверт, и Илья, посмотрев на отца, сказал:
— Спасибо, пап. Это поможет.
А потом добавил тихо, чтобы только Сергей слышал:
— Ты как? Приезжай в гости. Шура хорошая, тебе понравится.
— Обязательно, — ответил Сергей.
---
Тётя Надя, сестра Авроры, держалась весь вечер молодцом. Лариса видела, как ей непросто , она то и дело поглядывала на Александра, на Шуру, на неё. Но старалась улыбаться, поздравляла молодых, даже потанцевала с каким-то старым знакомым.
— Вы держитесь, — сказала она Ларисе, когда они остались вдвоём на минуту. — Я, конечно, не в восторге, но... вы, кажется, неплохая. И Шура вас любит. Это главное.
— Спасибо, — улыбнулась Лариса. — Для меня это важно.
Надежда кивнула и отошла. Лариса выдохнула. Значит, мир. Или хотя бы перемирие. И это уже немало.
---
Гости, как сговорившись, дарили конверты. Родственники, друзья, даже коллеги, которые из Питера. Деньги на квартиру, на новую жизнь.
— Они у нас прагматичные, — шепнул Александр. — Все в тебя.
— А ты не жалеешь? — спросила Лариса. — Что не настоящую свадьбу устроили, с караваем, с выкупом?
— Настоящую, — ответил он. — Самая настоящая. Когда любовь, а не понты.
Они сидели за столом, держались за руки, смотрели на счастливых детей и чувствовали, что всё правильно. Всё так, как должно быть.
---
Через два дня молодожёны улетели на недельку в Турцию — погреться, отдохнуть, побыть вдвоём. В аэропорту, прощаясь, Лариса обняла Шуру и шепнула ей на ухо:
— Внуков хочу. Если что — я готова даже работу бросить. А что? На минималку пенсию я уже заработала. Внуки — это ж... святое.
— Мам, — засмеялась Шура, — мы только поженились! Дай нам время!
— Время даю, — ответила Лариса. — Но не много. Мы с Полковником на даче внукам комнату приготовим. Так что...
— Хорошо, — пообещала Шура. — Подумаем.
— Вот и думайте, — Лариса поцеловала её. — Счастливого пути.
---
Они с Иркой , возвращаясь домой , обсуждали свадьбу, гостей, подарки.
— Ну что, — спросила Ирка, — сколько наскребли?
— Если всё сложить, — прикинула Лариса, — то на половину квартиры хватит. А если Сергей не обманет, то и без кредита обойдутся. Он выставил на продажу теткину квартиру, что досталась ему в наследство .Ребята уже присмотрели трешку в хорошем районе. Недорого, но уютно.
— Вот что значит умная женщина в семье, — хмыкнула Ирка. — Шурочка у тебя умница.
— У нас, — поправила Лариса. — Теперь она наша. Общая.
Ирка посмотрела на подругу, на её сияющее лицо, на кольцо на пальце.
— Ну что, Щучка, — сказала она, — добилась своего?
— Кажется, да, — улыбнулась Лариса. — Полковник сдался. Окончательно и безоговорочно.
— А ты?
— А я, — она помолчала, — я наконец-то разрешила себе быть счастливой.
За окном проплывали леса, поля, маленькие станции. Где-то там, впереди, была их дача, их дом, их новая жизнь. Жизнь, в которой есть место любви, надежде и, кажется, совсем скоро — внукам.
Лариса смотрела в окно и улыбалась. Всё будет хорошо. Теперь она это точно знала.
____________________
Если вам нравится моё творчество и вы хотите отблагодарить , можете сделать это с помощью донатов. Спасибо всем за дочитываение, лайки и комментарии.❤️