Щучка и бабки-информаторы.
Конец сентября в Центральной России — это та самая золотая пора, которая в соцзащите называется «подготовка к отопительному сезону», обычно появляются много новых клиентов, требующих внимания и ухода , но это все позже, после заслуженного отпуска, а в душе нашей героини — «время пить кофе по утрам неспеша , вечером чай и вспоминать море». У нее еще неделя отдыха.
Лариса, сорок шесть лет, 15 лет в разводе и пять лет как начальник отдела, влетела во двор родной девятиэтажки, как торпеда. Такси остановилось у подъезда. Водитель вытащил огромный чемодан и сумку из богажника машины , хлопнув дверцами и обдав выхлопами исчез за поворотом двора. Лариса взглянула на любимый Volkswagen Tiguan, ожидавший ее на парковке , направилась к подъезду.
Чемодан на колесиках отчаянно подпрыгивал на стыках плитки. Она была прекрасна. Загар лежал ровным слоем, как масло на бутерброде, волосы , слегка отросшие и выгоревшие на жарком солнце,струились из-под модной шляпы , а каблуки (потому что комплекс маленького роста — дело святое) добавляли ей сантиметров и уверенности. Сама про себя Лариса думала про себя так: «Не вобла, а щучка вкусная». И это было чистой правдой. Глаза цвета грозового неба сияли, фигура радовала округлостями там, где надо, и отсутствием острот там, где не надо. Рыбка! Неуловимая, но учень вкусная! Не ягодка! А именно щучка.
— Лара! Ларочка! Золотце!
У подъезда, как положено, заседал наблюдательный пункт — соседки-старушки. Баба Нюра, баба Зина и баба Клава. Три грации пенсионного возраста, которые знали всё и про всех. Если бы они вели колонку светской хроники, глянцевые журналы разорились бы еще в двухтысячных. Склероз и деменция им точно не грозили. Их памяти позавидовали б молодые. А аналитическим выводам и наблюдательности...ФСБ тихо плачет за углом их дома.
— С юга? — спросила баба Клава, щурясь, как ящерица на солнышке.
— Из Турции, — пропела Лариса, чмокая бабу Нюру в морщинистую щеку. — Жарища, красотища, всё включено.
— А мужики там есть? — деловито поинтересовалась баба Зина, у которой характер был самый боевой.
— Зин, ну как всегда, — отмахнулась Лариса. Они не любили это бабушка или отчество. Они ж...ягодки...перезлелые, но ягодки. — Я ж за анимацией не ездила, я за спокойствием ездила. Отдыхом. У нас в администрации и так их засилье. Начальство достало, знаешь ли. Мужики! Что с них возьмешь!
Но бабки переглянулись с таким видом, будто сейчас скинутся и купят ей путевку на Кудыкину гору. Там есть нормальные мужики и...психотерапевты. Так говорят. Лариса насторожилась. Этот взгляд она знала. Так они смотрели, когда в соседнем подъезде поселился бывший зэк, когда у почтальонши муж ушел к продавщице и когда в доме отключили горячую воду на три недели. Без предупреждения, без согласования с ними.
— А у нас событие! — торжественно объявила баба Нюра. — Квартиру-то твою соседскую продали! Слышишь? Сорок четвертую!
— Ну и флаг им в руки, рада за них.— пожала плечами Лариса. Лишь бы не алкаши и не музыканты с репетиционной базой. — Кого Бог послал?
— Красавец! — выдохнула баба Клава, прижимая руки к груди. — Такой... статный. Бывший военный. Выправка, плечи! Сразу видно — мужчина!
— А машина у него! — подхватила баба Зина. — Чёрная, большая. Я в таких не разбираюсь, но явно не «Лада-Калина».
— Интеллигентный, — сделала резюме баба Нюра. — Здоровается. В шляпе ходит. В шляпе, представляешь? Как артист. Ну в такой...как у Баярского.
Лариса закатила глаза.
— Ну и чудненько. Он лысый что ли? - представила Баярского в их доме.- Будет кому снег перед домом чистить. Мужские руки в хозяйстве пригодятся. И ...если как Боярский, то точно не мужик. Я в смысле...возраст уже ...болезни. Жизнь потрепала...
Бабки снова переглянулись. Повисла пауза, во время которой даже воробьи перестали чирикать.
— Да ну тебя! Он молодой! Только он... того, — баба Зина понизила голос и постучала себя по горлу. — Не пьет, нет. Вдовец он. Одинокий. Несчастный. Он ...не Боярский! Да простит меня Мишка. Он красивше. И без усов.
— Как есть сиротинушка, — вздохнула баба Клава. — Кто ж ему борщ сварганит? Пирогов. Кашку там. Кто рубашку погладит? Ходит сам по себе, как сыч. Жалко горемыку.
— А ты, Лара, одна, он один... — многозначительно начала баба Нюра.
Лариса подняла руку, останавливая этот консилиум.
— Стоп-стоп-стоп. Нюра, не надо сводить мою пятнадцатилетнюю свободу с каким-то лысым , старым сычом в шляпе. Я из Турции приехала, мне тут бархатный сезон нужен, а не сватовство. Я в отпуске. И хочу спокойно провести его конец. Спасибо за информацию, девчонки.
Она гордо вздернула подбородок (стараясь стать выше на каблуках) и покатила чемодан в подъезд.
- Так и мы про него...про конец...отпуска.- услышала тихий шепот и смешок Лара за спиной.
Но не стала реагировать, иначе пресс-конференция может затянуться на часы. А она не глава нашего государства. Это у него терпение...нервы как тросы из секретного сплава крепкие. Она б сразу послала некоторых...на третьей минуте ... Ох! Вот такого б... с такими тросами вместо нервов...Но таких умных, красивых и терпеливых земля рождает так редко, что даже очередь занимать не стоит.
Она вошла в прохладу подъезда, поднялась на лифте на свой этаж. Прежде чем войти в квартиру, взглянула и поздоровалась с огромным фикусом, который стоял на межлестничной площадке.
- Привет! Заждался? Весь в пыли. Завтра обещаю водные процедуры.
Лариса вошла в свою любимую квартиру. Сбросила туфли на каблуках, прошлась по комнатам. Чисто, она всегда наводила порядок перед отъездом, но пыль...За две недели ее много собралась на мебели. Затащила чемодан в спальню, сумку в кухню и в душ. Смыть пыль дороги. Потом крепкий чай с булочкой и звонок сыну.
- Илюш, я дома. Как ты?- услышала голос любимого мальчика и все остальное ушло на дальний план.
- Мам, все ок! Как отдохнули?
- Прекрасно , как всегда. Загорела, отлежалась, теперь отосплюсь за недельку и опять в бой. Ты там как ?Илюш, когда?
- Мам, не начинай! Я еще маленький! Ем нормально. Готовлю, машинка стирает, пылесос убирает, посуда моется регулярно...
- Илья! Я внуков хочу! Тебе уже двадцать пять! У тебя все есть для семьи.
- Говорю ж еще маленький. Всего то двадцать пять. А внуки...Мам , а я брата или сестру хочу!- Лара вздохнула и закатила глаза.
- Поздно. Да и ...не от кого было. Ладно. Мой маленький сын! Будь умницей.
- И я люблю тебя мам! А умный я в тебя.
- И я тебя люблю! И скучаю очень.
Остаток дня провела за уборкой. Потом на мойку , за продуктами.Пыль покрыла и ее любимую ящерку.(Volkswagen Tiguan- название из двух составлено из двух немецких слов- тигр и игуана. )Лара звала ее просто ящеркой. Быстрой, сильной и любимой. Она давно за рулем. Любила комфорт и скорость. После развода полюбила и себя. И так бывает. Сильная женщина, так многие говорят. Да и сама она это знала. Вся ее жизнь- преодоление. Сначала учеба , никто не верил, что поступит в один из престижных вузов, поступила и окончила с отличием. Потом работа...карабкалась срывая ногти в кровь. Еще ж и семья, муж и сын. Все успевала. Трудно было? Очень! Но она смогла! А потом...потом послала мужа ...на все стороны света. И словно гири с ног. Она не ревела в подушку ночами , как многие женщины , узнав про измену, она шла дальше, захлопнув дверь в прошлое и выбросив ключи. С ней рядом был главный мужчина ее жизни- сын. Она обязана была вырастить, выучить и оттолкнуть от берега в его самостоятельное плавание. Так и получилось. Илья вырос ответственным и серьезным. Окончил вуз, сейчас работает в крупной компании. После окончания вуза сыном, Лариса продала квартиру родителей и купила сыну однушку в спальном районе Питера. Пусть не хоромы, но свое жилье. Теперь ждет внуков. Только сын не спешит. Даже ни разу не знакомил ее с девушкой. Ну школа не в счет. Кто не любил в том возрасте!
Вечер провела сидя на лоджии , наслаждаясь последними теплыми вечерами сентября. У нее еще неделя отдыха и надо провести ее , чтоб потом не было мучительно больно за зря потраченное время.