Если вы читали «За спичками» или смотрели знаменитую комедию с Вициным и Леоновым, то наверняка держали в руках книгу, где на титуле значилось: «Майю Лассила. Перевод с финского». Но мало кто знает, что за этим переводом стоит одна из самых драматичных страниц в биографии Михаила Зощенко.
Сегодня поговорим о том, как опальный писатель, исключённый из Союза писателей и отлучённый от литературы, взялся за финскую повесть, не владея языком, — и в итоге создал текст, который сам Константин Симонов назвал «блестящим художественным произведением».
Как финская книга стала советским бестселлером
Повесть финского писателя Майю Лассила (настоящее имя — Альгот Унтола) «За спичками» (Tulitikkuja lainaamassa) вышла в 1910 году. В Советском Союзе она обрела невероятную популярность — во многом благодаря тому, за чьей подписью её впервые издали. Точнее, из-за того, что этой подписи долгое время не было.
Зощенко стал первым, кто перевёл Лассила на русский. Однако взяться за эту работу его вынудили обстоятельства, далёкие от литературного интереса.
1946-й: год, который перечеркнул всё
В августе 1946 года вышло печально известное постановление «О журналах „Звезда“ и „Ленинград“». Оно фактически запретило два крупных литературных журнала, а Зощенко и Анну Ахматову исключили из Союза писателей СССР.
Формальная причина для Зощенко звучала как обвинение в том, что он «изображает советских людей в уродливо карикатурной форме». На практике это означало полную литературную изоляцию: его перестали печатать, расторгли все договоры, а попытки устроиться на нелитературную работу пресекались, едва работодатели узнавали фамилию.
В одном из писем Зощенко прямо писал:
…Я пробовал устроиться на службу (не литераторскую), но и тут мне отказывали, узнав мою фамилию.
Четвертый год я нахожусь без работы и без заработка.
Спасительное письмо и рукописи из Карелии
В отчаянии Зощенко обратился к Александру Фадееву — тогдашнему главе Союза писателей и члену ЦК. Фадеев откликнулся и нашёл выход: опальному писателю предложили заняться переводами финской литературы. Рукописи пришли из Петрозаводска.
Первой стала повесть «За спичками». В 1948 году её напечатали в петрозаводском журнале «На рубеже», причём в двух номерах из трёх без указания имени переводчика. Только в 1949-м вышло отдельное издание, где на малой части тиража значилось: «Перевод с финского в литературной обработке М. М. Зощенко».
Сам Зощенко в письме режиссёру М. Э. Козакову (1953 год) сетовал, что большая часть тиража вышла вообще без фамилии переводчика и даже без пометки, что это перевод.
Секрет успеха: девушка, подстрочник и… «нейросеть» 1940-х
Самое интересное — как именно Зощенко переводил. Он не знал финского языка.
Позже в беседе с писателем Л. Ленчем он раскрыл свою «технологию»:
Финского языка я не знаю, пришлось работать над подстрочником. Привезла его мне в Ленинград из Петрозаводска, из издательства, симпатичная девушка, свободно говорившая по-фински. Я попросил ее подчеркнуть те места в финской рукописи, которые она считает наиболее смешными. Она это сделала, и я получил нечто вроде нотной партитуры моего будущего русского перевода. Это мне очень помогло. Ну, может быть, я еще кое-что добавил. От себя! Совсем немножко. И очень осторожно!
Это был классический метод работы с подстрочником — дословным переводом, который затем литературно обрабатывается. Если перевести на современный язык, Зощенко использовал нечто вроде высокоточного «Гугл-переводчика» в лице носителя языка, а затем доводил текст до художественного совершенства.
В среде профессиональных переводчиков такой подход считался спорным: работа с подстрочником воспринималась как неуважение к оригиналу. В идеале переводчик должен не просто передать смысл, но воссоздать авторский стиль, а иногда и обогатить родной язык новыми формами. Однако в СССР литературу «малых народов» часто переводили именно с подстрочника — просто потому, что квалифицированных специалистов не хватало.
Кто помогал Зощенко?
Имя той самой «симпатичной девушки», подготовившей подстрочник для «За спичками», окутано тайной. По одной из версии над подстрочником работала Лаура Виролайнен. Зато доподлинно известно, что над другой финской повестью «От Карелии до Карпат» Антти Тимонена подстрочный перевод делал Эйно Карху, тогда ещё студент, а впоследствии известный филолог.
Благодаря такой работе Зощенко выпустил не только «За спичками», но и «Воскресшего из мёртвых» того же Лассила.
Триумф, который вернул писателя
Читая «За спичками» в обработке Зощенко, невозможно не узнать стиль самого Михаила Михайловича: иронию, лёгкость, характерный ритм фразы. Порой кажется, что финский автор здесь уходит на второй план, уступая место советскому классику.
Сам же Зощенко относился к переводам как к «подённой работе». Но именно они сыграли решающую роль в его возвращении в литературу.
В 1953 году он подаёт заявление о восстановлении в Союзе писателей, перечисляя среди заслуг четыре книги переводов. Константин Симонов, который не слишком жаловал Зощенко после скандала 1946 года, на этот раз высказался неожиданно твёрдо:
Его переводческая деятельность во многом просто блестяща. Это тот случай, когда я принял бы в члены союза как переводчика за один перевод. Это блестящие художественные произведения.
Зощенко восстановили. Гонения прекратились. А «За спичками» продолжали переиздавать массовыми тиражами, и в 1980 году по повести вышел знаменитый советско-финский фильм с Георгием Вициным и Евгением Леоновым.
Вместо послесловия
История перевода «За спичками» — это не просто факт из биографии Зощенко. Это история о том, как литература может выживать даже в самых невозможных условиях, как ремесло становится искусством, а искусство — способом вернуть себе имя.
Сегодня, открывая знакомую с детства повесть, стоит помнить: за каждой смешной сценой, за каждым неожиданным оборотом стоит не только финский юмор Майю Лассила, но и опыт человека, который, находясь в опале, сумел превратить чужой текст в свой — и подарить читателям книгу на десятилетия.