- Послушай, Константинович, ты, вообще-то, включай мозги иногда! – услышал он почти сразу. – Не мое дело, конечно, но заниматься таким в кабинете…
- Да ничем я не занимался, Юра! – воскликнул Валерий. – Она упала и подвернула ногу. Притворилась, оказывается.
- Она проделывала это не один раз, - усмехнулся Юрий. – Два раза даже замуж выходила.
- Почему ее терпят на службе? – возмутился Валерий.
- А что ей припишешь? Аморалку? Но ведь и ты пытался оказать ей помощь вполне реально, правда? Или напишешь рапорт за попытку соблазнить тебя?
Валерий махнул рукой.
А Александр шел по причалу, оглядываясь: не хотел встретиться с Ларисой. Он специально вышел из дому пораньше – прибористы приходили, конечно, не к подъему флага.
Погода была пасмурная, над заливом нависли тяжелые тучи, готовые в каждую минуту прорваться снегопадом. На выходе из залива уже висела завеса, скрывающая берега и остров посреди залива. Саша ускорил шаг: идет заряд, во время которого смешивается в воздухе все, закрывая не только горизонт, но и ближайший к тебе борт корабля. Дежурный на трапе отдал честь, Саша взмахнул рукой к шапке.
Перед подъемом флага объявили «ветер-два», сход на берег отменили до улучшения погоды. Саша в глубине души был доволен этим: не хотелось лишний раз встречаться с соседкой, с ее острым языком, да и на Марину смотреть тоже было трудно. Пусть пройдет некоторое время, все уляжется. Да и он подзабудет все, что произошло… Только бы Лариса не появилась тут.
Но тут его желанию сбыться не было суждено. Часам к десяти появилась группа прибористов. Командир по трансляции вызвал командиров боевых частей и приказал обеспечить допуск к механизмам и приборам с одновременным сопровождением работников. Авдеев изо всех сил старался не смотреть в сторону Ларисы, ему казалось, что она все время ловит его взгляд. Но он напряженно смотрел только перед собой, стараясь слушать командира, не пропуская ни слова. Выходя из кают-компании, где проходило это собрание, он все-таки столкнулся с ней, резко остановился, пропуская ее вперед.
Лариса была в черных брюках и коричневом свитере, облегавшем ее стройную фигуру. Волосы были строго убраны в пучок на затылке. В сопровождении старшего лейтенанта Авдеева она прошла в машинное отделение, чем сразу привлекла внимание матросов, работавших там.
После обеда Александр вошел в каюту, снял китель, растянулся на койке. В «адмиральский час» можно было вздремнуть, если не на вахте. Саша делил каюту с таким же старшим лейтенантом, который сейчас находился в отпуске, поэтому он чувствовал себя совершенно свободно. Он почти задремал, когда услышал стук в дверь. Саша напрягся: дверь никогда не закрывалась на замок, поэтому тот, кто приходил, сразу после стука дверь открывал. Значит, это был кто-то, не знакомый с этим порядком.
Саша присел на койке, произнес:
- Войдите!
Дверь открылась, и на пороге появилась Лариса.
- Можно? – спросила она, переступая высокий порог.
Саша молчал. Лариса плотно закрыла дверь, повернув защелку.
- Саша, мне показалось, или ты действительно избегаешь меня?
- Ничего я не избегаю!
Саша чувствовал себя пацаном, которого уличили в чем-то нехорошем, и он вынужден оправдываться, хотя всем понятно, в чем дело. Лариса села рядом с ним на койку.
- У тебя нет кофе? – спросила она. – Или чаю?
- Нет, - коротко ответил Саша.
Лариса провела пальцем по его затылку, затем проникла за воротник… Она наклонилась к его уху и тихо спросила:
- Ты совсем забыл, как нам было хорошо тогда?
Через минуту их одежда была разбросана по каюте…
- Почему в каюте нет душа? – спросила Лариса, потягиваясь. – И в туалет нужно идти по коридору, что ли?
- А ты не знала, что на военном корабле нет дамских гальюнов и душа в каютах? – грубо спросил Саша.
Он опять ненавидел ее, ненавидел себя…
- Одевайся! – сказал он, натягивая брюки. – Я посмотрю в коридоре.
Он вышел в коридор, посмотрел направо и налево. Коридор был безлюден. Как долго она одевается! Он заглянул в каюту – Лариса была готова. Еще раз оглянувшись по сторонам, он выпустил ее в коридор, а сам тут же вошел в каюту. Лариса с усмешкой пожала плечами и пошла в предназначенную им каюту.
Саша упал на койку, прикрыл глаза. Уж тут-то соседка его видеть не могла! Он усмехнулся: вот так из верного мужа он превратился в изменника! Но тут же попытался оправдаться: физическая измена еще ничего не значит – это просто требование организма. Ведь душой и сердцем он с семьей, с женой. С этим он и уснул, хотя «адмиральский час» уже кончался.
… Когда Валерий вернулся домой, Ирина Леонидовна уже укладывала Гену спать. Валерий поцеловал сына и вышел в кухню. Через несколько минут туда вышла теща.
-Как дела? – негромко спросила она.- Ужинать будешь?
Валерий сказал, что перекусил бы чего-нибудь, и Ирина Леонидовна тут же собрала ему ужин. Она села напротив него и смотрела, как он ест.
- Геночка растет, становится совершенно похожим на тебя. Ничего от Танечки! – грустно произнесла она.
- Но он не перестал быть ее сыном, Ирина Леонидовна! И никогда не забудется Таня.
- Да нет, Валера, - продолжала Ирина Леонидовна, - он был слишком маленьким, когда ее не стало, он не помнит ее совершенно.
- Но мы-то с вами всегда будем ее помнить!
- Я – мать, это моя боль до конца моей жизни. А ты молодой мужчина, и тебе нужно все-таки создавать семью.
Она взяла тарелку, понесла ее к мойке.
- Я вот что подумала, Валера. Мы с Геночкой уедем, не дожидаясь весны. А ты останешься один, тогда сможешь устроить свою личную жизнь. А то что происходит сейчас? Ты не можешь пригласить сюда женщину – мы тебе мешаем! И не спорь! – остановила она его, видя, что он сделал жест против ее слов.- Именно мешаем! А ты приедешь к нам в отпуск. Один, а может быть, уже и не один…
Валерий не стал спорить с тещей, ведь она иногда говорит правильные слова. И сразу вдруг представил в этой квартире Марину.
А Марина в это время беседовала с соседкой, которая пыталась убедить ее в том, что она не врет! Марине надоело это слушать, и она ответила:
- Лена, успокойся! Я не буду обсуждать с тобой моего мужа. В его измену я поверю только тогда, если сама это увижу.
Лена дернула плечом:
- Смотри сама, конечно, чтобы поздно не было!