Нина Лебедева
Моя крёстная Люся, она же «тётя Люся» для сына с невесткой Петра и Наташи, и «баба Люся» для внуков Васи и Феди, – звонит Петру.
Вообще-то надо позвонить Наташе, но ей не удалось найти её номер, потому что у Люси в телефоне нет имён – только номера, да и те занесены в «контакты». У Люси свой стиль, она запоминает номера по последним двум цифрам: не умеет записать. Мою помощь отвергает.
– А зачем? Я и так всех помню: у тебя – две последние цифры «54», так? У Пети «22», или это Андрей?.. скажи?..
Словом, запуталась, система дала сбой, а надо позвонить Наташе. Перебрала все номера, не угадала, потому и звонит мне:
– Не могу дозвониться Наташе, какой у неё номер?
И, не дожидаясь ответа:
– Представляешь, только что с Петей поговорила, позвонил мне. Если честно, я первая ему позвонила, только он не ответил. А тут звонит: «Тёть Люсь, привет, – звонили? Случилось что?»
А я ему и отвечаю: «Да ничего не случилось, Петя (игриво смеётся). - Сижу жду своего смертного часа».
А он мне говорит: «Да поживите ещё, успеете помереть, не стоит торопиться!»
На следующий день приехали к ней в Ломоносов, помочь купить лекарства и продукты на неделю. Петя называет полочку с лекарствами в серванте – «Люсин уголок здоровья». Она с радостью подхватила его шутку и частенько повторяет её, с неподдельным смехом всякий раз.
Более полугода Люся не выходит на улицу, не может, падает, не держится на ногах, – стенокардия в последней стадии. Отвезла её в парикмахерскую на стрижку и в магазин, купить новое зимнее пальто. Купили – самое эффектное: из сверкающей ткани с пропиткой и натуральной чернобуркой.
Дома Люся хвалилась серёжками, которые высмотрела и заказала в ТВ-шопе, чем очень гордится:
– Представляешь, не сходя с дивана… и всё принесли прямо домой, с квитанциями, да ещё и скидку дали полторы тысячи, всё по уму. – И (не видя энтузиазма на моём лице) добавляет с улыбочкой: – Во всяком случае, я очень довольна!
Серёжки она примеряла в новом парике и платье, – шикарно.
Люся готовится «звездить» на новогоднем вечере в Совете ветеранов.
– Не беспокойся, сама доеду: до ресторана на такси, а там встретят. Опять все обалдеют от моего наряда! Будут восхищаться и обсуждать до следующего праздника.
Кокетливо блеснув глазами, рассмеялась:
– Вспомнила, как утром говорила Пете – «жду смертного часа». Ха-ха-ха…. А, помнишь, как в прошлый Новый год я была на празднике без зубов, да я рассказывала тебе! Когда красилась: глаза, губы, всё чин чином, стало плохо, ну я челюсть нижнюю (верхняя не мешает) и вытащила, чтобы прыснуть нитроглицерин, а тут такси приехало, заторопилась и про челюсть забыла. Представляешь, никто не заметил! Смеяться только не могла и жевать твёрдое. Жалко, не поела холодное из отварного языка. За весь вечер – только кусок торта и минеральная вода. Но натанцевалась... до упаду. В конце начала падать прямо в танце, но мой ухажёр, бывший офицер-подводник, успел меня поймать!
Нашей Людмиле Павловне – 78.
И что!
Акварель автора