Третий том поэзии Николая Степановича Гумилёва меня откровенно удивил. Удивил своей правдивостью, толикой безысходности, усталостью. Значительно реже можно встретить стихотворения, наполненные оптимизмом, окрылённой романтикой. В третьем томе полного восьмитомного собрания сочинений напечатаны стихи периода с 1914 по 1918 год. Годы, когда полыхала Первая мировая война. Когда революционная мгла охватила Россию. Перестало существовать объединение «Цех поэтов», которое возглавлял Гумилёв. Возникли сложности в отношениях с Анной Ахматовой, наскучила богемная жизнь, которую он вёл, вернувшись из Африки. В начале августа 1914 года Николай Гумилёв записался добровольцем на фронт. Вместе с ним на войну (по призыву) ушёл и его брат Дмитрий Гумилёв, который был контужен и умер в 1922 году. Примечательно, почти все именитые поэты того времени слагали или патриотические, или военные стихи. В боевых действиях добровольцами участвовали лишь двое: Гумилёв и Бенедикт Лившиц.
Том открывает красивая, во всех смыслах этого слова, поэма «Мик» об африканском юноше-рабе в чужом племени. Действие поэмы начинается с яркой сцены ночного набега. Автор сразу погружает читателя в стихию Африки, населяя её не только людьми, но и мифологическими существами. Враждующие племена, Дух Лесов верхом на огненном слоне, ярость битвы. Описывая поединок старого воина Ато-Гано с вождём племени Гурабе, поэт не просто иллюстрирует жестокость, но и вводит важный мотив перевоплощения:
Шептались воины потом,
Что под сверкающим ножом
Как будто огненный язык
Вдруг из груди его возник
И скрылся в небе словно пух.
То улетал могучий дух,
Чтоб стать бродячею звездой...
Мик находит родственную душу в другом изгое — огромном косматом павиане, пленённом тем же Ато-Гано. Именно здесь происходит одно из самых трогательных и глубоких сцен поэмы. Мир людей, где царит жестокость и сословное разделение, противопоставляется миру природы, где, как оказывается, у каждого, кроме обезьян, есть свой царь.
И клялся старый павиан
Седою гривою своей,
Что есть цари у всех зверей,
И только нет у обезьян.
Интересно, что яркость образов, понятный и простой стиль, закрученный в духе хорошего детектива сюжет с элементами волшебства позволили некоторым литературоведам отнести поэму к произведениям для детей. Соглашусь с ними, для совместного чтения, причем чтения с выражением, для детей поэма Н. Гумилёва «Мик» очень подходит. Необычен финал поэмы: у главного героя, мальчика Мика был друг белый мальчик Луи, который погибает. Мик отправляется на небо искать своего друга и… не находит. Мик узнаёт, что белых людей забирает к себе Христос.
Но нет нигде, нигде Луи.
Мик руки заломил свои,
Как вдруг он бросился бежать
Туда, где зверь улегся спать.
«Скорей вставай! — кричит ему. —
И отвечай мне, почему
Здесь только черные живут,
А белых я не видел тут?»
Зверь поднял страшные глаза:
«Зачем ты раньше не сказал!
Все белые — как колдуны,
Все при рожденье крещены,
Чтоб после смерти их Христос
Прекрасная поэма, я был тронут её добротой, каким-то лучом надежды среди людского зла.
В третьем томе мы находим пронзительные стихи о Первой мировой войне, полные безнадёги и смирения со своей судьбой
Ах, как это современно звучит! «Та страна, что могла быть раем,», вспоминая нашу жизнь до 2024 года. Да была напряженность, были отдельные проявления русофобии. И сейчас: какая-то звериная ненависть к России. Что-то пошло не так. Обратите внимание: как много исторических параллелей содержит только одно это стихотворение. Увы, не мог знать унтер-офицер Гумилёв, что большевики откажутся, отмахнутся от всех побед и жертв русского воинства Первой мировой. Подвиги и жертвы русского народа будут преданы забвению новой властью. Я очень хорошо помню заброшенные, заросшие в лесу могилы наших воинов Первой мировой. И лишь в 90-х, когда народ скинул коммунистов, в России вспомнили забытые имена и подвиги.
Пронзительные строки, посвященные сёстрами милосердия на войне. Это они пропускали через свои сердца всю боль страшных ран. Это их руки, как руки ангелов-спасителей, опускались на умирающих воинов, исцеляли их, возвращали к жизни.
И всё же, несмотря на ужас, кровь грязь фронтовых дорог, Николай Гумилёв остаётся романтиком жизни, любви и Женщин. Да, его романтика уже не возносится к древнегреческим легендам, она земная, иногда чуть насмешливая. Например, хороша концовка стихотворения «Старая дева». Образ смерти великолепен.
Или вот:
Так Вы, похожая на кошку,
Ночному молвили: «Прощай!»
И мчит Вас в Психоневроложку,
Гудя и прыгая, трамвай.
Да, любовь остается главной темой в творчестве Гумилёва. Но происходит осмысление жизни, в стихах чувствуется усталость. Уже нет стремления постичь любовь всей Земли.
Одно из последних стихотворений третьего тома резануло сердце. Гумилёв словно предполагал свой трагически конец. Привожу лишь отрывок из него.
Что сказать? Я очарован стихами Николая Гумилёва периода 1914 – 1918 годов. Впереди последний четвертый том его поэзии. Поймал себя на мысли, что несколько страшно его открывать. Последние стихи, оборванные большевицкой пулей. Ему было 35 лет.
P.S. Статья написана в рамках литературного марафона в честь 140-летия со дня рождения Н.С. Гумилёва. . Марафон организовала очаровательная хозяйка интереснейшего канала «БиблиоЮлия».
Благодарю Вас за то, что прочли статью. Всего Вам самого доброго! Будьте счастливы! Вам понравилась статья? Поставьте, пожалуйста, 👍 и подписывайтесь на мой канал