К концу 1980-х годов трэш-метал из маргинального андеграундного явления окончательно превратился в серьезную коммерческую силу. На музыкальном ландшафте сформировалась четкая иерархия, во главе которой стояли четыре коллектива: Metallica, Slayer, Megadeth и Anthrax. У каждой из этих групп за плечами были монументальные, жанрообразующие альбомы. Однако к началу нового десятилетия баланс сил начал стремительно меняться.
Выпустив в 1989 году пластинку «...And Justice For All», Metallica совершила коммерческий прорыв, войдя в Топ-10 американского чарта Billboard 200. Стало очевидно, что группа Джеймса Хэтфилда переросла клубный формат и перешла в статус стадионных суперзвезд, оставив своих коллег по цеху далеко позади.
Гитарист Slayer Керри Кинг оценивал ситуацию тех лет с прагматичной прямотой. По его словам, Metallica оказалась в собственной лиге, выбрав свой отдельный путь и доказав, что рамки традиционного трэш-метала им стали тесны. Остальным лидерам жанра требовалось найти симметричный ответ, чтобы не оказаться на обочине индустрии. Этим ответом стал беспрецедентный в истории тяжелой музыки гастрольный проект, получивший название Clash Of The Titans («Столкновение титанов»).
Логистика и укрощение внутреннего эго
Идея объединить несколько крупных групп в одном туре не была новаторской. Десятилетием ранее гастроли Metal For Muthas помогли популяризовать Новую волну британского хэви-метала (NWOBHM). Однако масштаб Clash Of The Titans был иным. Идея заключалась в том, чтобы перевести Slayer, Megadeth (а в дальнейшем и Anthrax) из залов вместимостью от 2 000 до 5 000 человек на крупные крытые арены, вмещающие в среднем 16 000 зрителей. В одиночку ни одна из этих групп не могла гарантировать распроданные стадионы. Вместе они представляли собой коммерческий монолит.
Основатель концертного агентства K2 Джон Джексон вспоминал, что логистическое объединение таких амбициозных коллективов было сложнейшей задачей. Риск заключался не только в финансовых вопросах, но и в столкновении характеров.
Басист Megadeth Дэвид Эллефсон отмечал, что главной проблемой стало не противостояние с внешним миром, а внутренняя дипломатия. Музыкантам предстояло отказаться от части своих амбиций ради общего успеха. За кулисами велись жесткие переговоры о том, кто будет закрывать концерты, как распределить время на сцене и чей логотип будет доминировать на афишах.
Европейский полигон и испытание трезвостью
Первый этап тура стартовал в Европе в сентябре 1990 года. Хедлайнерами выступили Slayer и Megadeth, а на разогрев были приглашены Testament и кроссовер-трэш-группа Suicidal Tendencies. Гастроли проходили с аншлагами по всей Европе, от Великобритании до Швейцарии, совпав по времени с творческим пиком участников: Slayer готовились выпустить «Seasons In The Abyss», Megadeth работали над «Rust In Peace», а Testament выпускали «Souls Of Black».
Однако за кулисами атмосфера была далека от идеальной из-за кардинально разных образов жизни музыкантов. Лидеры Megadeth Дэйв Мастейн и Дэвид Эллефсон на тот момент только прошли курсы реабилитации от наркотической и алкогольной зависимостей. Их менеджер Рон Лаффитт выстроил внутри группы жесткую спортивную дисциплину, включавшую регулярные собрания общества трезвости прямо в гримерках.
Остальные участники тура придерживались традиционного рок-н-ролльного стиля жизни. Вокалист Testament Чак Билли позже признавался, что его группа, привыкшая к алкогольным вечеринкам, откровенно не понимала новых правил Мастейна, который требовал не курить в помещениях арены. Музыканты других групп воспринимали это как высокомерие, не осознавая, насколько тяжело давалась трезвость лидеру Megadeth в условиях масштабного тура.
Несмотря на личные трения (Керри Кинг открыто говорил о сложных, пульсирующих отношениях с Мастейном, которые варьировались от вражды до взаимного уважения), на сцене группы демонстрировали высочайший уровень профессионализма, мотивируя друг друга играть жестче и техничнее.
Американская кампания и инфраструктурная революция
К маю 1991 года тур перебрался в США. Состав был расширен: к Slayer и Megadeth в качестве третьего равноправного хедлайнера присоединились Anthrax. Группы договорились ежедневно менять порядок выступлений, чтобы никто не чувствовал себя ущемленным.
На роль открывающей группы был выбран коллектив из Сиэтла Alice In Chains. Это решение казалось крайне рискованным: публика на концертах трэш-метала отличалась радикальной нетерпимостью к любым инородным жанрам. Керри Кинг изначально был настроен скептически, зная группу лишь по телевизионным ротациям на MTV. Однако, увидев их выступления вживую, гитарист Slayer признал вокалиста Лейна Стэйли лучшим певцом своего поколения. Alice In Chains прошли через суровое испытание агрессивной аудиторией, что закалило их перед надвигающимся мировым успехом гранжа.
Американская часть тура выявила серьезную инфраструктурную проблему в индустрии живой музыки США. В 1991 году большинство крупных крытых арен (включая легендарный Мэдисон-сквер-гарден) по-прежнему использовали сидячие места в партере. Менеджмент арен, опираясь на многолетний опыт проведения классических рок-концертов, категорически отказывался убирать кресла.
Гитарист Anthrax Скотт Иэн вспоминал, как предупреждал промоутеров о последствиях, но те игнорировали советы музыкантов. Результат был предсказуем: на каждом концерте толпа, устраивая агрессивный мошпит, уничтожала до десяти тысяч пластиковых сидений. Именно разрушительные последствия тура Clash Of The Titans вынудили американскую концертную индустрию навсегда изменить правила и внедрить концепцию танцпартера (festival seating) для мероприятий подобного формата.
Мэдисон-сквер-гарден: исторический кроссовер
Кульминацией американских гастролей стало выступление в Мэдисон-сквер-гарден в Нью-Йорке 28 июня 1991 года. Это событие освещалось телеканалом MTV и имело статус водораздела для всей тяжелой сцены.
В этот вечер группа Anthrax пошла на беспрецедентный творческий риск в своем родном городе. Музыканты пригласили на сцену хип-хоп исполнителей Чака Ди и Флейвора Флава из радикальной рэп-группы Public Enemy для совместного исполнения трека «Bring The Noise».
Выводить рэперов перед агрессивной аудиторией Slayer, состоящей из пуристов тяжелого металла, было опасно. Музыканты Anthrax всерьез опасались массовых беспорядков или агрессии со стороны зала. Однако эффект оказался обратным: появление Public Enemy на сцене вызвало колоссальный выброс энергии, навсегда легитимизировав слияние рэпа и металла в мейнстриме и проложив дорогу для жанра ню-метал в конце десятилетия.
От напряженности к братству
По мере того как тур продвигался по стране, первоначальная напряженность между музыкантами уступила место профессиональному товариществу. Дэвид Эллефсон описывал этот период как «лето любви хэви-метала».
Участники групп начали позволять себе закулисные развлечения. В историю вошла массовая битва едой, инициатором которой стал вокалист Slayer Том Арайя, запустивший свою порцию рыбы (по другой версии — запеченную индейку) в барабанщика Anthrax Чарли Бенанте.
Еще одним развлечением стали масштабные пейнтбольные войны. Начав с одиночных засад в коридорах отелей, музыканты втянули в игру весь технический персонал. Пиком этого противостояния стал инцидент в Индиане, где участники тура вышли на крышу отеля Hilton и расстреляли краской огромную фирменную вывеску здания. Счет за клининг составил 10 000 долларов, который группы молча оплатили в равных долях. За внешней брутальностью скрывались молодые люди, которые наконец-то начали наслаждаться своим статусом стадионных звезд.
Наследие и рождение «Большой четверки»
Американская часть Clash Of The Titans сделала для Slayer, Megadeth и Anthrax нечто большее, чем просто принесла финансовую прибыль. Тур продемонстрировал истеблишменту музыкальной индустрии, что экстремальный металл обладает достаточным коммерческим потенциалом для сбора многотысячных арен без оглядки на радиоформаты.
Историки музыки и сами участники событий сходятся во мнении, что именно по итогам этих гастролей в профильной журналистике окончательно закрепился термин «Большая четверка трэш-метала» (авторство термина приписывают британскому музыкальному критику Малкольму Доуму). Этот тур стал водоразделом, после которого статус этих четырех коллективов в истории рока уже не подвергался сомнению.
Clash Of The Titans оказался не только пиком, но и прощальным триумфом классической эпохи трэш-метала. Всего через несколько месяцев после окончания тура, осенью 1991 года, музыкальный ландшафт изменится до неузнаваемости. Альбом «Nevermind» группы Nirvana и взрыв популярности сиэтлского гранжа (включая тех самых Alice In Chains, выступавших на разогреве) радикально сместят фокус внимания прессы и публики, вынудив тяжелый металл уйти в долгую трансформацию. Но историческое значение тура 1990-1991 годов остается неоспоримым фактом в летописи современной музыки.
А как вы считаете, кто из «Большой четверки» (Metallica, Megadeth, Slayer, Anthrax) записал самый сильный альбом на рубеже 80-х и 90-х? И справедливо ли, что в эту компанию не взяли Testament или Exodus? Делитесь своим мнением в комментариях!
Понравилась статья? Ставьте лайк и подписывайтесь на канал — впереди еще много безумных и правдивых историй из мира рок-музыки!