Весной 1941 года в Атлантику вышел линкор, который считался непотопляемым. Британское командование знало об этом — и всё равно выслало навстречу почти весь флот. То, что произошло за следующие девять дней, стало одной из самых драматичных морских охот в истории войн.
Выход в море
Операция получила название «Рейнские учения» — по-немецки аккуратно и без лишней помпы. Суть была проста: линкор «Бисмарк» и тяжёлый крейсер «Принц Ойген» должны были прорваться в Атлантику через Датский пролив и выйти на британские торговые маршруты. По замыслу «Бисмарк» должен был связывать боем охранение конвоев, пока «Принц Ойген» топил транспорты. Стратегия рейдерства, уже доказавшая свою эффективность, — теперь в исполнении самого мощного на тот момент линкора немецкого флота.
Командовать операцией был назначен адмирал Гюнтер Лютьенс. Он просил об отсрочке — хотел дождаться либо «Тирпица», заканчивавшего испытания, либо «Шарнхорста», стоявшего на ремонте в Бресте. С таким усилением операция имела бы куда более весомые шансы на успех. Главнокомандующий кригсмарине адмирал Редер отклонил просьбу. 18 мая 1941 года оба корабля вышли в море.
Немцы рассчитывали на внезапность. Её не получилось с самого начала. Уже 20 мая эскадру заметил шведский крейсер «Готланд» — нейтральный, но не немой: информация немедленно ушла дальше. В тот же день о двух крупных боевых кораблях сообщили норвежские подпольщики. 21 мая британский военный атташе в Стокгольме передал в Лондон конкретные сведения об обнаружении в проливе Каттегат двух больших немецких судов. Когда на следующий день английский самолёт-разведчик сфотографировал оба корабля на стоянке у норвежских фьордов близ Бергена, в Адмиралтействе уже точно знали: это «Бисмарк».
Примечательная деталь той стоянки: «Принц Ойген» дозаправился, корабли перекрасили под новый камуфляж. «Бисмарк» по неизвестным причинам топливо не принял — решение, которое впоследствии сыграет свою роль в развязке.
Гибель «Худа»
Командующий британским «Флотом метрополии» адмирал Джон Тови действовал быстро. Линкор «Принц Уэльский» и линейный крейсер «Худ» в сопровождении эсминцев пошли к юго-западному побережью Исландии на перехват. Крейсера «Саффолк» и «Норфолк» получили задачу контролировать Датский пролив. Лёгкие крейсера взяли под наблюдение пролив между Фарерскими островами и Исландией. Сам Тови в ночь на 22 мая вышел из Скапа-Флоу во главе соединения с линкором «Король Георг V» и авианосцем «Викториес».
Вечером 23 мая в плотном тумане Датского пролива крейсера «Саффолк» и «Норфолк» вышли на визуальный контакт с немецкой эскадрой. «Бисмарк» открыл огонь по «Норфолку», вынудив британцев отступить в туман, однако те продолжали вести оба корабля по радарам с дистанции в десять-четырнадцать миль, регулярно передавая координаты командованию.
Решающий бой состоялся на рассвете 24 мая. «Худ» и «Принц Уэльский» установили визуальный контакт с противником около шести утра и немедленно открыли огонь. Командовавший соединением вице-адмирал Холланд ошибся с опознаванием: его приказ бить по первому кораблю был исполнен, хотя первым шёл «Принц Ойген», а не «Бисмарк». На «Принце Уэльском» ошибку вскоре заметили и перенесли огонь. «Худ» продолжал обстреливать «Принца Ойгена» до самого конца — по всей видимости, приказ об исправлении просто не дошёл до центра управления огнём.
В 5:56 шестой залп «Принца Уэльского» достиг «Бисмарка» — снаряды пробили топливные цистерны, корабль начал оставлять нефтяной след. Почти одновременно в «Худ» попали снаряды третьего залпа «Бисмарка» и второго залпа «Принца Ойгена» — на борту вспыхнули пожары. К шести утра дистанция сократилась до шестнадцати километров. Пятый залп немецкого линкора накрыл «Худ» — и флагманский корабль британского флота, гордость Королевских ВМС, взорвался с чудовищной силой, переломился пополам и за несколько минут ушёл на дно. Из экипажа в 1417 человек спаслись трое.
«Принц Уэльский» остался один против двух немецких кораблей. Ситуацию усугубляло то, что линкор был совсем новым — орудийные башни ещё не были как следует отработаны, на борту находились заводские специалисты. Корабль получил семь попаданий, одна из башен главного калибра вышла из строя. Под прикрытием дымовой завесы «Принц Уэльский» вышел из боя. Тем не менее свой вклад он внёс: два попадания ниже ватерлинии серьёзно повредили «Бисмарк».
Погоня через Атлантику
Капитан «Бисмарка» Линдеманн предлагал догнать и добить подбитый британский линкор. Адмирал Лютьенс отказал — и приказал продолжать движение. Состояние корабля не располагало к агрессивным манёврам: вышел из строя генератор, в одну из бойлерных поступала забортная вода, два топливных отсека были пробиты, корабль шёл с дифферентом на нос и креном на борт. Лютьенс принял решение идти в Сен-Назер — французский атлантический порт с доком, способным принять линкор такого класса.
Для британского командования гибель «Худа» стала потрясением. Флагман, символ морской мощи империи — на дне, в считанные минуты. Теперь к охоте за «Бисмарком» подключилось практически всё, что находилось в северной Атлантике: линкор «Родни», отозванный от конвоя, дополнительные линкоры и крейсера, соединение из Гибралтара. Крейсера «Саффолк» и «Норфолк» вместе с повреждённым «Принцем Уэльским» продолжали вести немецкий корабль по радару.
Вечером того же дня «Бисмарк» неожиданно развернулся в тумане и пошёл прямо на преследователей. Короткий бой ни для кого не оказался решающим, но британские суда на время потеряли дистанцию, и этого хватило «Принцу Ойгену»: крейсер сумел оторваться от погони и через десять дней благополучно достиг Бреста.
В тот же вечер адмирал Тови отправил вперёд авианосец «Викториес». В 22:10 девять торпедоносцев «Свордфиш» атаковали «Бисмарк» сквозь заградительный огонь зенитной артиллерии и добились одного попадания — торпеда ударила в главный броневой пояс и серьёзных повреждений не нанесла. Для экипажа линкора это была первая потеря за весь поход — один матрос. Ночью «Бисмарк» воспользовался тем, что британские корабли, опасаясь немецких подводных лодок, начали выполнять противолодочные манёвры, и оторвался от преследователей. На несколько часов он исчез.
Торпеда в корму
Снова обнаружить «Бисмарк» удалось лишь 26 мая, в 10:10 утра. Его засекла летающая лодка «Каталина» с американо-британским экипажем, вылетевшая с базы в Северной Ирландии. До Бреста линкору оставалось около 690 миль — и уже в пределах досягаемости немецкой береговой авиации. Времени почти не было.
Единственным соединением, которое могло перехватить «Бисмарк» раньше, чем тот войдёт под прикрытие люфтваффе, оказалось соединение «H» под командованием адмирала Соммервилля, вышедшее навстречу из Гибралтара с авианосцем «Арк Ройал». В 14:50 с его палубы взлетели торпедоносцы — и немедленно случился конфуз: пилоты не знали, что в том же районе находится британский крейсер «Шеффилд», пытавшийся установить самостоятельный контакт с немецким линкором. Одиннадцать торпед ушли по своему кораблю. К счастью, все промазали.
Повторный вылет состоялся в 20:47. На этот раз — пятнадцать «Свордфишей», уже зная о присутствии «Шеффилда» в районе. Несмотря на огонь, лётчики добились двух, возможно трёх попаданий. Одно из них оказалось решающим: торпеда ударила в кормовую часть и повредила рулевые механизмы. «Бисмарк» потерял управление. Корабль начал описывать широкие циркуляции, экипаж безуспешно пытался восстановить ход руля — водолазы работали в затопленных отсеках под огнём, механики пробовали управлять кормовыми винтами, импровизировали с парусами из подручных материалов. Ничего не помогло. Линкор, способный противостоять почти любому кораблю в открытом море, оказался обездвижен.
Последний бой
Утром 27 мая, в 8:47, с дистанции двадцать два километра «Бисмарк» атаковали линкоры «Король Георг V» и «Родни». Следом подошли крейсера «Дорсетшир» и «Норфолк». Немецкий линкор отвечал — по-прежнему точно и яростно, его первые залпы легли у бортов «Родни». Но перевес в силах был слишком велик.
За первые полчаса обстрела «Бисмарк» лишился всех четырёх башен главного калибра. Командные посты и надстройки горели. Корабль получил тяжёлый крен. В 9:31 смолкло последнее орудие. По свидетельствам немногих выживших, капитан Линдеманн отдал приказ открыть кингстоны — затопить корабль, чтобы он не достался противнику. Боевой флаг «Бисмарк» не спустил до самого конца, что позволило «Родни» подойти на дистанцию двух-четырёх километров и расстреливать беззащитный корабль в упор.
У британских линкоров заканчивалось топливо. Адмирал Тови, убедившись, что «Бисмарк» до Бреста не дойдёт, принял решение возвращаться на базу. Крейсер «Дорсетшир» выпустил три торпеды — все три попали в цель. В 10:39 «Бисмарк» завалился на борт и ушёл на дно. Из более чем 2200 человек экипажа спастись удалось чуть более ста десяти — спасательную операцию прервала тревога о немецких подводных лодках в районе.
Линкор, ради уничтожения которого Британия бросила десятки кораблей и сотни самолётов, пролежал на дне до 1989 года — когда его наконец обнаружила экспедиция Роберта Балларда на глубине около 4800 метров. Интересная деталь, которую установили исследователи: кингстоны действительно были открыты, и «Бисмарк» затонул во многом из-за действий собственного экипажа — британские торпеды лишь ускорили неизбежное.
Девять дней, тысячи миль погони, гибель легендарного «Худа» и более двух тысяч немецких моряков — такова цена одного рейда, так и не достигшего своей цели. «Бисмарк» не потопил ни одного торгового судна. Зато его гибель дала Черчиллю то, в чём страна остро нуждалась после шока от потери «Худа»: доказательство, что даже самый грозный противник уязвим — если охотиться на него всем флотом.
Было интересно? Если да, то не забудьте поставить "лайк" и подписаться на канал. Это поможет алгоритмам Дзена поднять эту публикацию повыше, чтобы еще больше людей могли ознакомиться с этой важной историей.
Спасибо за внимание, и до новых встреч!