В 1989 году мне посчастливилось, будучи студентом, съездить по обмену в ФРГ (тогда это была именно ФРГ, отделённая от ГДР). Гуляя в свободное время по какому-то маленькому немецкому городу, я набрёл на что-то, типа нашего фотоателье, где снаружи, на стенде, хозяин разместил образцы своих работ.
Меня просто убили свадебные фото - на них не было ни одной молодой пары! В отличие от наших, русских свадеб, где, как в той самой песне "Был жених серьёзным очень, а невеста ослепительно была молодой", здесь оба "молодых", в 100 случаев, были, мягко говоря, совсем не молоды - мужчины с бородами и в теле, с залысинами или просто лысые, женщины с двойными подбородками и, на вид, глубоко за 30.
Мне потом уже рассказали, что тут, в Германии, отношение к браку совсем другое, нежели у нас, и люди сначала долго и упорно работают, создавая материальный фундамент для будущей ячейки общества, а уже потом сходятся для выполнения своего главного предназначения - рождения детей. Вот только случается это, как правило, очень сильно позже того, как они закончили школу и вуз. А не так, как в СССР или России.
Впрочем, нет, нельзя кидать камни в огород нашей родины, ибо тут есть куда как более глобальные закономерности. И их, в частности, описывает ЛИНИЯ ХАЙНАЛА, которая делит Европу, условно, на страны, в которых принято выскакивать замуж или жениться молодыми, и страны, где всё наоборот.
Условно эта линия проходит от нашего Санкт-Петербурга до Триеста на севере Италии (на рисунке она отмечена красным цветом). Правда, сам автор исследования, по итогам которого и была проведена "красная линия" - британский демограф и экономист Джон Хайнал - делал специальную оговорку: в той же Европе существуют районы, не соответствующие моделям Западной Европы. Например - на юге Италии как раз очень любят жениться в молодом возрасте. И на юге Испании тоже. И кое-где ещё.
Но суть от этого принципиально не меняется: вот вам огромные территории, на которых зарит западноевропейская модель брака, а вот те, где практикуется восточноевропейская. Почувствуйте разницу.
...Это очень удобная тема для спекуляций на тему взаимосвязи эффективности экономики тех или иных стран и принятой модели брака. Мол, потому в Германии и живут лучше, что они большую часть своего самого продуктивного периода жизни отдают созданию материальных и интеллектуальных ценностей, а не пелёнкам-распашонкам. Хотя, повторяю, та же Италия легко опровергает эти аргументы.
Сам Хайнал предложил эту модель (ЛИНИЮ ХАЙНАЛА) по итогам переписей населения населения ряда стран, проведённых в 1953 году. Долгие десятилетия учёные её подтверждали, однако в XXI веке пришли к выводу: как-то уж слишком всё это у него упрощено, а ведь жизнь - сложная штука! Например, в те времена британец не мог спокойно и беспрепятственно провести анализ результатов переписи и ознакомиться со статистикой вступления в брак в странах социализма - по причине того самого "железного занавеса". И был вынужден додумывать, а это как-то не по-научному.
Тем не менее, когда появилась такая возможность, и модель Хайнала дополнили за счёт стран Азии, оказалось, что он всё-таки прав. По мнению историков, в старые времена, когда продолжительность жизни была не в пример ниже нынешней, в брак стремились вступить пораньше, чтобы успеть нарожать детей и обезопасить род от вымирания. И такой подход практиковался везде. Но с определённого периода (по некоторым данным - с середины XIX века), стало всё более и более заметно то самое разделение по возрасту образования семьи. С этого момента в Западной Европе всё чаще и чаще стали жениться и выходить замуж всё позже и позже. А в остальных регионах просто всё осталось, как прежде. (И это, опять же, ещё один повод для спекуляции на тему "где же мы свернули не туда".)
Уместно спросить лично вас, уважаемые граждане и товарищи: а как по-вашему, всё-таки в каком возрасте лучше это делать - "как у нас" или "как у них"?
Джон Хайнал, он же Хайнал-Коньи (26 ноября 1924 - 30 ноября 2008) - британский учёный, демограф, математик, статистик, член Британской академии, член Международного статистического института.
Родился в Дармштадте, Веймарская республика, в венгерской семье. Поскольку они были не совсем венграми, в 1936 году им пришлось уехать из Германии, чтобы не попасть под раздачу еврейских благ. Семья Хайнал-Коньи разделилась: Джон перебрался в Нидерланды и поступил в квакерскую школу, а его папа с мамой и двумя сёстрами уплыли в Великобританию.
Но через год мальчику пришлось последовать за своими родичами, ибо в Нидерландах тоже было не очень комфортно. Там он поступил в университетский колледж в Хэмпстеде, затем перевёлся в Баллиол-колледж в Оксфорде, где получил степень по экономике, философии и политике.
В 1943 году Джон Хайнал устроился на работу в Королевскую комиссию по народонаселению, из которой его в дальнейшем, как специалиста по демографии, пригласили на работу в ООН в Нью-Йорк. Позже он работал в Управлении демографических исследований Принстонского университета.
Поскольку для работы ему очень не хватало математических знаний, Джон взял себе неполный рабочий день и принялся ликвидировать этот пробел в знаниях.
В Великобританию он вернулся уже с женой и ребёнком в 1953 году, и устроился на работу статистиком в Манчестерский университет, а потом стал преподавателем в Лондонской школе экономики, где проработал до пенсии.
К слову, Хайнал был специалистом по МАРКОВСКИМ ЦЕПЯМ, и широко применял их в своей работе.
А умер от лимфомы. Точнее, от последствий, вызванных этим заболеванием...