Вес утром 85
Меню такое же, как вчера.
Бесплатные рецепты с кбжу и точным количеством ингредиентов для этого меню и меню для самостоятельного похудения в max.
Просыпаюсь не от будильника, а от возни. Сначала не понимаю, что происходит, потом вспоминаю: у нас же теперь котёнок!
Он, похоже, считает, что утро начинается тогда, когда проснулся он, а не когда удобно всём остальным.
Выхожу на кухню — Аня уже там. Стоит сонная, лохматая, в пижаме, а этот серый комок трётся у неё в ногах и орёт так, будто его не кормили три дня.
— Доброе утро, — говорю.
— Очень спорно, — отвечает Аня. — Он встал раньше меня.
Я впервые за последние дни улыбаюсь не через силу.
Пока ставлю чайник, котёнок пытается залезть на табурет, соскальзывает, возмущается и делает вид, что так и было задумано. Аня начинает смеяться. Не громко, но по-настоящему. И я ловлю себя на мысли, что давно не слышала у нас дома нормальный утренний смех. Не вежливый, не натянутый. Обычный.
На завтрак варю кашу. Без особого вдохновения, но хотя бы что-то горячее. Себе наливаю кофе и заставляю себя сесть за стол, а не ходить с кружкой по квартире, как призрак.
Аня всё время поглядывает на котёнка.
— Мам, а как думаешь, он домашний или просто на улице родился?
— Понятия не имею. Но характер уже домашний. Видно, что рассчитывает на обслуживание.
— Можно я после школы с тобой схожу в зоомагазин?
— Можно.
— А если его никто не ищет, мы его оставим?
Вот тут я не отвечаю сразу. Не потому что против. Просто я ещё не привыкла к мысли, что в доме может появиться что-то новое. Всё и так, будто, стоит на зыбком месте. Но потом смотрю, как этот «временный» котёнок уже хозяйничает на кухне, и понимаю, что он, кажется, сам всё решил.
— Посмотрим, — говорю. — Но лоток купить всё равно придётся. Даже если он у нас только на один день.
После школы я, действительно, дожидаюсь Аню, и мы идём в зоомагазин. Это, казалось бы, ерунда, но я вдруг понимаю, что давно никуда не ходила просто так, по какому-то бытовому поводу, без тяжёлой цели, без разговоров про смерть, без натянутых лиц и сочувствующих взглядов.
А тут мы идём выбирать миску для котёнка.
В магазине Аня сразу включает режим ответственной хозяйки. Берёт всё очень серьёзно.
— Нам нужен корм для котят. И наполнитель. И, может быть, игрушка. Хотя бы одна.
— «Хотя бы одна» — это звучит как начало больших расходов, — говорю я.
В итоге мы покупаем маленькую миску, лоток, совок, пачку корма и смешную мышь на верёвке, потому что Аня стоит с ней в руках и смотрит на меня таким взглядом, будто это вопрос государственной важности.
По дороге домой она несёт пакет и говорит:
— Как думаешь, ему подойдёт имя Сёма?
— Почему Сёма?
— Не знаю. На него похоже.
— А если это девочка?
Аня задумывается.
— Тогда… всё равно Сёма. Просто с женским характером!
Дома начинается целая операция. Мы ставим лоток в ванной, миску — на кухне, пытаемся показать котёнку, где что. Он внимательно нас выслушивает, а потом идёт совсем в другую сторону, как любой уважающий себя кот.
Через десять минут мышь на верёвке оказывается под диваном, корм — в миске, вода — на полу, потому что кто-то очень активно учился пить, а Аня сидит на ковре и смеётся так, что у неё краснеют щёки.
Я тоже смеюсь. И это для меня почти неожиданность. Не истерически, не через слёзы, а просто потому, что это правда смешно.
В какой-то момент котёнок разгоняется, прыгает на мою домашнюю штанину, повисает на ней и смотрит снизу вверх с таким видом, будто это охота на медведя.
— Ну всё, — говорю. — В доме завёлся хищник.
— Нет, — говорит Аня. — В доме завёлся мужчина, который ничего не умеет, но уже везде главный.
Я закатываю глаза:
— Отлично. Нам только этого не хватало.
И мы опять смеёмся.
Потом я, всё-таки, вспоминаю, что вообще-то у меня есть план на день, и иду на кухню готовить суп. Самый обычный, с овощами и говядиной.
После обеда я решаю, что надо сделать ещё одну вещь: написать в домовой чат с фотографией котёнка. Вдруг его кто-то, всё-таки, ищет. Пишу коротко, без лишних слов: «Нашли вчера вечером у детской площадки котёнка. Если чей-то — напишите».
И почти сразу начинаются ответы.
Не от хозяев, конечно.
От соседей.
«Какой милый».
«Очень похож на нашего Барсика в детстве».
«Покажите ещё фото».
«Не отдавайте никому просто так».
А потом пишет соседка с четвёртого этажа, та самая, которая всегда здоровается так, будто мы с ней в одном сериале живём:
«Если оставите, могу отдать переноску и старую когтеточку. Наш кот не оценил».
Я читаю это и понимаю, что впервые за много дней общаюсь с людьми не потому, что случилось горе, а потому что у нас появился котёнок.
К вечеру приходит ещё одно сообщение.
От мужчины из соседнего подъезда:
«Если это тот, кого вчера дети таскали у песочницы, то он точно ничей. Его там с утра видели».
Вот и всё. Вопрос решён.
Я показываю сообщение Ане, и она делает такой вид, будто выиграла в лотерею.
— Значит, он наш?
Я смотрю на котёнка, который в этот момент спит в перевёрнутой крышке от коробки, хотя у него есть и полотенце, и плед, и вообще все условия.
— Похоже, наш, — говорю я.
— Тогда это точно Сёма.
— Ладно. Пусть будет Сёма.
Вечером я замечаю одну вещь: я впервые за последние дни не просто доживаю до ночи. Я правда, проживаю день. Да, кусками. Да, с провалами в мыслях. Да, иногда меня всё равно накрывает внезапно, просто от тишины. Но сегодня у меня есть ощущение, что я была внутри своей жизни, а не где-то рядом.
Я даже нормально ужинаю. Немного запеканки. Без удовольствия, но и без отвращения.
Аня делает уроки за столом, Сёма гоняет по кухне бумажку, а я сижу и думаю о том, что, наверное, так всё и происходит. Не внезапно. Не красиво. Не после «осознания». А просто в какой-то день ты идёшь в зоомагазин и выбираешь миску. Потом смеёшься, потому что котёнок упал с табуретки. Потом варишь суп. Потом читаешь сообщения соседей.
И в этой бытовой ерунде вдруг оказывается немного воздуха.
После я иду "налаживать" шаги с Леной. Она не замолкает ни на минуту. Рассказывает про работу, про то, что у неё "минус 4", про то, что она решила ужесточить своё питание! Такое ощущение, что она боится остановиться и дать мне подумать о том, что произошло. И я ей за это благодарна.
Перед сном Аня приходит ко мне в комнату с Сёмой на руках.
— Мам, он, кажется, уже считает, что живёт здесь давно.
— Это семейное, — говорю я. — У нас все быстро привыкают к хорошему.
Она улыбается.
— Спокойной ночи.
— Спокойной ночи....
Продолжение следует.... Подпишись!
Можно оставить чаевые, просто потому что это будет приятно и автору и вам