Когда все было закончено и нападение гнусного демона было отражено, главнокомандующий Тобьер оглянулся по сторонам, но ничего подозрительного не заметил. Окинул взглядом своих подопечных, проверяя, нет ли пострадавших. Пожалуй, сегодня они отлично поработали. Быстрая реакция, никакого сомнения, решительность в каждом жесте. Этим поколением определенно можно гордиться. Но хвалить никого конечно не стал, даже скупой улыбки не отжалел, только оправил кожаную мантию свою и свел кустистые брови у переносицы.
начало:
-Заберите человека. - велел негромко и чинно двинулся к воротам.
-А... Э... А с этим мне что делать? - нерешительно поинтересовался подросток, один из младших адептов, стоило только Тобьеру войти в ворота.
Главнокомандующий опустил взгляд на мальчишку и сверток в его руках. Младенец?! Ребенок с нежно-рыжим пушком на голове, причмокнул пухлыми губами и распахнул заплаканные глаза. Чуть шевельнул ручками. Тобьер не сразу понял, что почувствовал. Умиление? Пожалуй. Нежность? Вот уж вряд ли. Сожаление и боль собственной утраты? Без сомнения. Но больше всего - удивление. Ему вдруг показалось, что с пальцев малышки свисает длинная алая нить. Сердце его испуганно сжалось.
Он приблизился так стремительно, что мальчишка, державший ребенка, испуганно отшатнулся. Тобьер схватил младенца за руку и поднял ту повыше к глазам. Что это? Показалось? Вместо нити - красная родинка. Маленький ротик искривился и ребенок зарыдал. Тобьер растерянно моргнул, не зная, как отнестись к увиденному.
Как раз в этот момент мимо него пронесли носилки с возлежащим на них мужчиной.
-Эй! Это твое дитя? - грубо окрикнул его Тобьер, пытаясь перекричать ор младенца.
-Моя дочь, моя дочь... - слабо лепетал Омран, и все шарил руками по своему телу и пространство вокруг. Он явно бредил, и в бреду искал самое дорогое. Адепты было приостановились рядом с Тобьером, но тот лишь нетерпеливо махнул рукой в сторону одного из корпусов. Что толку беседовать с бессознательным телом.
-К лекарю его. И... это. - Тобьер указал на девочку. - Это тоже отнесите к лекарю.
Он снова устало потер переносицу и быстрым шагом двинулся к главному корпусу, намереваясь немного подумать в тишине собственного кабинет. Пока его шаги эхом разлетались по пустому коридору, мозг был занят сотней мыслей. Это правда? Или же ему примерещилось? Но что, если да? Что если ребенок связан с демоном? Довольно давно, не меньше пяти десятилетий назад, к нему попали древние свитки. Что-то вроде летописи незапамятных времен. Культурное наследие колоссального значения. Немногие удостоились чести прочесть их. И Тобьер, тогда настоятель еще молодого но уже довольно сильного ордена, успевшего о себе заявить, был один из посвященных.
И в свитках этих хранилась любопытная информация. Нельзя сказать, что прочитав их, он удивился. Существование подобного проклятья не стала для Тобьера новостью. Скорее, из разряда легенд и непроверенных слухов перешла в категорию подтвержденных фактов. В последствии он находил множество подтверждений этому. И факты были таковы. С младенцем связан кто-то действительно могущественный, с кем невозможно справиться силой, только хитростью.
Если это так? Если сейчас у него в руках беззащитный ребенок, связанный красной нитью с кем-то из главных демонов? Какое решение ему принять? Одна человеческая, едва начавшаяся жизнь - не слишком большая плата за избавление мира человеческого от демонического отродья.
Это было нелегкое решение. Ему пришлось изрядно помучиться, прежде чем решиться на это. Но когда он смог доказать сам себе необходимость этого поступка, всякие сомнения отпали. Тобьер решительно направился в лазарет.
Сначала нужно было поговорить с мужчиной. Выяснить, кто таков, откуда. Где мать ребенка тоже не помешает выяснить. Кому-то ведь нужно будет передать папашу и... то что останется. Если останется. Возможно, сожжение единственно правильное решение. Нельзя допустить чтобы столь высокая жертва оказалась напрасной. Доподлинно известно, что демоны бояться огня.
Тобьер усилием воли заставил себя отринуть прочие мысли и решительно подошел к лекарю.
-Что наш гость?- спросил скрипучим голосом.
-Мне жаль. - вздохнул лекарь.- Заражение крови. Пару часов у него есть, но вряд ли больше.
-Он в сознании?
-Частично. Бредит но бывают и проблески.- лекарь пожал плечами и начал пространно рассказывать о тяжелом положении нечаянного пациента.
-Довольно. - перебил его Тобьер. - Что с ребенком?
-Осмотрели. Девочка здорова. Ей дня два от роду, я взял на себя смелость послать в деревню, разыскать кормилицу. А мать придется искать вам.
-Само собой.
Тобьер в нетерпении отдернул белую ширму, за которой маялся в бреду мужчина. Подсел поближе к кровати.
-Что ты знаешь? - зашипел зло почти в лицо. - Говори немедленно. Что ты знаешь? Ты ведь не зря принес ее именно сюда?
-Я виноват, так виноват...- забормотал мужчина. Схватил горячей рукой Тобьера, сжал его ладонь так сильно, как способен только человек в бреду. - Не названа. Не названа. Я виноват перед ней. Так виноват.
Потом его речь и вовсе сменилась лепетом, невнятным бормотанием, и Тобьеру пришлось как следует его встряхнуть.
-Говори, в чем ты провинился?!
Омран открыл глаза, на мгновение в них мелькнуло осознание.
-Ядвига. Дай ей имя моей матери. - прохрипел он умоляюще, и закрыл глаза. - Позаботься...
Позаботиться? Тобьер ощутил смутную радость от того, что мужчина умер раньше, чем стребовал с него обещание защищать девочку. Кодексом ордена было запрещено нарушать клятвы, данные у постели умирающего. Славно, что не придется нарушать этот запрет. Он даже может наречь ребенка. Чтобы душа ее оказалась в лучшем мире. Ядвига.