После пятидесяти на диспансеризацию ходишь каждый год. Как на работу, только без зарплаты.
В этом году список длиннее — добавили ещё проверок, что-то по сердцу, ещё один анализ крови. Я не вникала. Сказали «положено» — значит, положено. Записалась через Госуслуги, взяла полис, паспорт, бахилы свои — в автомате вечно заедает.
Поликлиника на Ленина, третий этаж. Хлоркой тянет с лестницы. Номерок Б-12, впереди три женщины — все моего возраста. Одна вяжет, вторая дремлет, другая листает телефон.
Вы же знаете эти очереди. Сидишь, ждёшь, слушаешь чужие диагнозы через дверь.
Кровь сдала, ЭКГ прошла, давление — сто тридцать на восемьдесят. Как обычно. Терапевт, женщина в очках, крупная — листала карту, кивала. Холестерин в норме. Сахар в норме. Печень — отрицательно. Чисто.
Протянула лист. Карта здоровья. Пробежала глазами цифры, графы, подписи. А внизу, мелким, другим шрифтом строчка.
«Рекомендовано: вернуть изъятое намерение. Кабинет 7-Б.»
— А это что? — спрашиваю.
— Где?
Показала. Она наклонилась, прищурилась.
— А, это из профиля.
— Какого профиля?
— Расширенного. Там иногда выгружаются рекомендации... не совсем медицинского характера.
Как про направление к окулисту. Буднично.
— А кабинет 7-Б это где?
Помолчала.
— Он не на этом этаже.
— А на каком?
— Совсем не на этаже.
Изъятое намерение. Сидела в коридоре, держала карту.
В 2001-м я хотела пойти на фельдшера. Курсы при медучилище, вечернее. Двадцать девять лет, дочке пять. Документы собрала и справку с работы взяла. А потом прикинула: смена в столовой до шести, дочь забрать из сада в половине шестого, курсы с семи. Кто заберёт? Толик работал.
Не пошла. Сказала себе, что в следующем году. Следующий год не наступил. Ни через год, ни через пять. Документы так и лежали в ящике. Выбросила при переезде. Даже не заметила когда.
Двадцать пять лет прошло. И вот строчка в карте.
Вышла. Март, сыро. У входа санитарка в зелёном халате. Голуби по луже.
В сумке карта здоровья. Всё в норме. Но строчка внизу никуда не делась.
Странно не то, что она там. Странно, что я сразу поняла, про какое намерение речь. Двадцать пять лет всё-таки, а оно вона — тут.
Зато здоровье в норме. Можно жить дальше. Как живётся.
А вы когда-нибудь чувствовали такое, что чего-то в вас больше нет? Не хворь, не усталость — а именно желание идти вперёд, которое куда-то делось?
Если после поликлиники вам тоже казалось, что в карте написано больше, чем проверяли, — оставайтесь.