Я не отвернулась. Не свернула вкладку. Не стала придумывать, что "просто смотрю вакансии для интереса". Сказала как есть.
- Резюме, ищу работу по профилю- сказала я. НАЧАЛО РАССКАЗА 👈
Гена подошёл. Наклонился к экрану. Читал молча, секунд десять. Я видела, как двигаются его глаза - строчка за строчкой. Стаж, навыки, зарплатные ожидания. Лицо менялось: сначала недоумение, потом что-то вроде обиды, потом - злость. Та самая, которая заканчивается хлопком ладони по столу.
- Ты это серьёзно? - спросил он.
- Серьёзней не бывает.
- И куда ты пойдёшь?
- Куда возьмут.
ПОДОШВА
Он выпрямился. Стукнул ладонью по столу - привычка. Только на этот раз звук получился глуше. Может, ударил не так сильно. А может, я просто перестала вздрагивать.
- А кто здесь будет работать? - голос поднялся. - Кто мне поставщикам будет звонить? Кто учёт будет вести? Кто с клиентами в Ватсапе будет сидеть? Ты хоть понимаешь, сколько бухгалтер стоит?
Вот оно. Я ждала этой фразы. Даже не знала, что ждала, - но когда услышала, то всё стало на свои места. Как последняя цифра в акте сверки, когда дебет сходится с кредитом.
- Тридцать тысяч, - сказала я. - Минимум. На аутсорсе. Я проверила.
- Ну вот! - он развёл руками, будто я только что доказала его правоту. - Тридцатку в месяц! Где я возьму?
- А давай посчитаем? - За семь месяцев - двести десять, - продолжила я. - Это я тебе сэкономила. Двести десять тысяч, Гена. Ты их не заплатил. Мне - не заплатил.
Он открыл рот. Закрыл. Открыл снова. Я впервые за долгие месяцы видела Гену без слов. Он всегда знал, что сказать. Всегда имел ответ. "У нас всё есть". "Не выдумывай". "После пятнадцатого".
А тут - цифры. Жанна была права. Цифры - это язык, который нельзя перекричать.
- Мы - семья, Люда! - выдавил он наконец. Последний аргумент. Единственный.
- Семья - это когда у обоих есть свои деньги и новая обувь.
Он на секунду замолчал. Посмотрел на мои ноги - рефлекторно, будто проверял. Потом тряхнул головой, развернулся и ушёл в комнату. Дверью не хлопнул. Телевизор не включил. Тишина.
Я сидела перед ноутбуком. Резюме на экране. Курсор мигал.
"Ты без меня не проживёшь", - сказал бы он, если бы остался. Я это знаю. Ипотека - на нём. Квартира - на нём.
Но двадцать три года стажа - на мне. И умение считать - тоже на мне. И шесть утра каждый день - на мне.
Я нажала "Опубликовать".
Экран моргнул. "Ваше резюме опубликовано". Потом ещё: "Рекомендуем обновить фото". Фото у меня не было нормального - последнее на паспорт, четыре года назад. Ладно, потом.
Гена вышел из комнаты минут через двадцать. Постоял в дверях кухни. Посмотрел на закрытый ноутбук. На карандаш на столе. На меня. Долго смотрел. Как на человека, которого видит впервые.
- Люда, - сказал он тихо. - Ты погорячилась.
Я не ответила.
- Ну ладно. Хочешь денег - дам тебе денег. Сколько? Пять тысяч в месяц? Десять?
Десять. Из двухсот десяти. Пять процентов от того, что я ему уже подарила. Щедро.
- Не надо, Гена, - сказала я. - Я на рынке стою тридцать пять. Не десять.
- Тридцать пять? - он покрутил пальцем у виска. - За что?
- За то, что я делаю с шести утра до девяти вечера. Каждый день. Без выходных. Семь месяцев.
Он молчал. Стоял в дверном проёме и молчал. Смотрел на меня так, будто видел впервые. И может, впервые - видел. Потому что семь месяцев я была частью обстановки. Ноутбук, принтер, Людмила. Всё включено.
- Если найдёшь бухгалтера дешевле тридцати - бери, - добавила я. - Удачи.
Он ушёл. Через минуту за стенкой включился телевизор. Тихо. Почти неслышно.
Я сидела на кухне. За окном темнело, фонарь во дворе горел жёлтым. На столе лежал карандаш. Не за ухом - на столе. Рядом - стопка Гениных накладных, которые надо разнести завтра. Или не надо. На экране телефона - два пропущенных от поставщика. Я не перезвонила.
Утром Гена ушёл в свой магазин молча. Ни "доброе утро", ни "посмотри Ватсап". Просто оделся и вышел. Я открыла ноутбук. Почта - три отклика. Два - "просмотрено работодателем". Один - "приглашение на собеседование". Маленькая фирма, оптовая торговля запчастями и расходниками. Бухгалтер на удалёнке. Тридцать две тысячи.
Я посмотрела на приглашение. Потом на стопку Гениных накладных рядом с клавиатурой. Потом на карандаш, который лежал на столе. Где ему и место.
Записала время собеседования в заметки. Четверг, одиннадцать утра. Встала. Подошла к прихожей. Достала из обувницы свои сапоги. Те самые, с трещиной. Провела пальцем по подошве. Суперклей побелел по краям, но держал. Пока.
Поставила сапоги у двери. Чтобы утром не искать.
"Завтра куплю новые", - подумала я.
Зарплату мне ещё не платили. Накоплений - ноль. Карточка - пустая. Но я точно знала: куплю. Может, на последние. Может, у Жанны займу. Может, аванс попрошу, если возьмут.
Но - сама. На свои.
В коридоре послышались шаги. Гена вернулся из магазина. Остановился у вешалки. Увидел мои сапоги у двери. Поднял один - тот, с трещиной. Повертел. Провёл пальцем по подошве - по тому же месту, где я провела. По побелевшему суперклею.
Посмотрел на меня. Я стояла на кухне с кружкой в руке.
Он поставил сапог обратно. Ничего не сказал. Ушёл в комнату.
А я открыла ноутбук. На экране - приглашение. Четверг. Одиннадцать утра.
Подошва - пока держится.
Как думаете - Гена передумает? Наймёт бухгалтера за тридцатку или найдёт способ вернуть бесплатную рабочую силу? И главное - Люда придёт на собеседование в заклеенных сапогах или всё-таки купит новые?👇
Понравилось? Лайк и подписка - лучшая благодарность автору.👇