Эту историю рассказал мне Коля - мы учились в одном классе, потом потерялись на двадцать лет, а встретились случайно в очереди. Разговорились, и он вдруг говорит: "Слушай, я теперь кошатник. Хотя никогда им не был". И рассказал вот что.
Это было в конце октября. Не в самое страшное время года, но уже холодно - градусов восемь, небо затянуто, асфальт мокрый после ночного дождя. Коля ехал с работы, остановился у заправки на объездной, вышел размять ноги и купить кофе.
Дорога там широкая, четыре полосы, машины идут плотно. Обочина узкая - метра полтора между отбойником и крайней полосой.
Он шёл обратно к машине и боковым зрением заметил что-то у основания металлического отбойника. Маленькое. Два пятна - рыжеватое и серое.
Сначала не остановился. Дошёл до машины, открыл дверь, сел. Закрыл. Посидел секунд десять, допил кофе. Потом вышел обратно.
Котята сидели там, где он их и видел - прижавшись к холодному железу отбойника, вплотную друг к другу. Один рыжий с белыми передними лапами, второй серый, полосатый, с тёмной спинкой. Оба маленькие - Коля потом говорил, что на вид им было недель семь, может восемь. Никак не больше.
Они дрожали. Не от ветра - ветра почти не было - а так, мелкой постоянной дрожью, которая бывает от холода и от страха одновременно. Рыжий смотрел на Кольку, не отводя взгляда. Серый уткнулся мордочкой в бок рыжего и не смотрел никуда.
Коля присел на корточки. Котята не побежали - только рыжий чуть отодвинулся, насколько позволял отбойник, то есть никуда.
Он протянул руку. Рыжий потянулся к ней носом, понюхал. Мокрый нос, холодный. Потом коротко, почти без звука, мяукнул - и это был такой слабый звук, что Коля говорит, у него что-то внутри перевернулось.
Он взял рыжего двумя руками, осторожно. Тот не сопротивлялся совсем - просто обмяк, как тряпочка, и прижался к его куртке. Лёгкий был - Коля сравнил с пачкой сигарет, только мягкой. Потом взял серого. Серый сжался, попытался втянуть голову, но тоже не царапался, не кусался. Просто терпел.
Коля сунул их обоих за пазуху, под куртку. Они замерли там, прижавшись к его свитеру.
Пока он нёс их к машине - метров двадцать, не больше - рыжий начал дышать чаще и ровнее. Серый всё ещё дрожал.
Дома у Николая в тот момент не было никаких животных. Никогда не было. Он жил один в однушке, работал в логистике, по вечерам смотрел футбол. Кошки в его планы не входили вообще никак.
Он положил котят на пол в коридоре, на старую флисовую кофту. Достал из холодильника варёную куриную грудку, которую держал для себя, и мелко нарезал. Налил воды в блюдце. Поставил перед ними.
Рыжий сразу пошёл к мясу. Ел быстро и жадно, почти не жуя. Серый не двигался минуты три. Потом медленно, очень осторожно подошёл к блюдцу с водой и начал пить. Долго пил - Коля говорит, он думал, что тот вообще не остановится.
Потом серый тоже подошёл к мясу. К тому моменту рыжий уже съел почти всё, но немного оставил - или просто не заметил, что осталось, и отошёл. Серый доел молча, не спеша.
Ночью Коля постелил им в углу кухни - сложил старые полотенца, поставил рядом ещё одно блюдце с водой. Когда лёг спать, слышал из кухни возню - они там что-то делали, ходили, шуршали. Потом стихло.
Утром он нашёл их обоих под кроватью. Забились в самый угол, прижались друг к другу. Спали.
Первые дней пять они почти не выходили из-под кровати. Коля ставил еду и воду рядом с кроватью - на ночь блюдца пустели. Он старался не делать резких движений, не хлопать дверями, не включать телевизор громко.
Рыжий первым начал выходить. Сначала высовывал голову, осматривался. Потом стал выходить полностью, но при любом звуке - шаги, звонок телефона, кашель - мгновенно разворачивался и нырял обратно.
Серый выходил позже и реже. Он вообще был другого характера - наблюдал, прежде чем сделать что-то. Если рыжий действовал, а потом соображал, то серый - наоборот.
На шестой или седьмой день рыжий впервые подошёл к хозяину сам. Тот сидел на полу у дивана, смотрел в телефон. Рыжий подошёл сзади, осторожно, и ткнулся носом в локоть.
Коля не пошевелился. Продолжал смотреть в телефон.
Рыжий понюхал локоть, потом руку, потом залез на ногу и свернулся. Коля ещё минут пять не шевелился, пока рыжий не начал мурчать - тихо, с перерывами, как будто пробовал.
С этого момента рыжий принял решение, что Коля - это безопасно. И начал везде за ним ходить. На кухню - за ним. В ванную - под дверью сидит. Лёг на диван - через десять минут уже рядом.
Серый присматривался ещё недели две. Потом однажды утром Коля проснулся и обнаружил, что серый спит у него на ногах поверх одеяла. Встретился с ним взглядом, серый поднял голову, подождал - и снова лёг.
Вот так и договорились.
Коля назвал рыжего Персиком. Говорит, само пришло - цвет такой, тёплый, немного размытый, и характер мягкий. Серого назвал Дымком. Тот был похож на дым - тихий, почти незаметный, появлялся и исчезал беззвучно.
Примерно через месяц Коля повёз их к ветеринару. Там выяснилось, что оба мальчики, оба примерно одного возраста - около двух месяцев на тот момент, - и оба здоровы, если не считать небольшого веса и лёгкого насморка у Дымка.
Врач сказал, что учитывая, где они были найдены и сколько времени провели на улице, им повезло.
Коля сделал все прививки, купил лоток, когтеточку, какие-то игрушки - мышь на верёвке, шарики с бубенчиками. Игрушки поначалу котята не трогали.
Потом Персик обнаружил шарик и несколько минут смотрел на него, двигая ушами. Потом ударил лапой. Шарик откатился, звякнул. Персик отпрыгнул, сел, опять уставился на него. Потом снова ударил.
Дымок наблюдал с дивана. Вниз не спустился.
Через неделю они уже гоняли этот шарик вдвоём по всей кухне в два часа ночи. Коля несколько раз просыпался от грохота. Говорит, ругался, но не сильно.
К декабрю - а это уже два месяца после того, как он их подобрал, - Коля говорит, он уже не представлял квартиру без них. Не то что привязался сильно, просто они стали частью быта. Персик встречал у двери - каждый раз, без исключений, прибегал на звук ключа. Дымок не прибегал, но всегда оказывался в коридоре раньше, чем Коля снимал обувь, - появлялся тихо, садился и смотрел.
Шерсть у обоих стала другой. Когда Коля их подобрал - тусклая, слипшаяся, на Дымке вообще были какие-то катышки. Сейчас Персик лоснился, рыжий цвет стал ярче и чище. Дымок - серый с правильными тёмными полосами, шерсть плотная, мягкая.
Глаза у них тоже изменились. Коля это особо отметил - говорит, поначалу у обоих взгляд был такой... сжатый.
Настороженный постоянно. Сейчас - нет. Персик смотрит открыто, часто щурится, что у кошек считается признаком спокойствия. Дымок по-прежнему внимательный, наблюдательный - но уже без той острой готовности убежать, которая была в начале.
Когда Коля рассказывал мне всё это, мы уже сидели в кафе рядом с автосервисом - оба ждали машины. Он показал фотографии на телефоне. Персик на подоконнике, толстый уже, рыжий, лапа свешена вниз. Дымок на спинке дивана, смотрит в камеру с видом человека, которого разбудили.
"Ты бы остановился?" - спросил я.
Он подумал. "Честно - не знаю. Я сам не понял почему вернулся. Просто вернулся".
Я посмотрел на фотографии ещё раз. Два кота на обочине оживлённой дороги в октябре - это был очень маленький шанс. И он сработал, потому что один человек прошёл мимо, но потом обернулся.