Хочу, но не радует: почему дофамин обманывает, и как вернуть настоящие удовольствия

Вы когда-нибудь ловили себя на том, что страстно хотите купить вещь, а получив её, чувствуете… ничего? Или открываете соцсети с предвкушением, а через полчаса скроллинга остаётся только раздражение? Знакомо: желание было острым, а удовольствие — призрачным?

Почему мы так часто стремимся к тому, что нас не радует? И можно ли научиться хотеть то, что действительно приносит счастье, а не то, что просто щекочет дофаминовые рецепторы?

Вы узнаете:

• Почему в мозге «хотение» и «нравится» — два разных процесса, и как их путаница управляет нашими покупками, привычками и настроением
• Как дофамин заставляет нас гнаться за иллюзорными наградами, а опиоидная система — молчит
• Почему зависимость (от еды, соцсетей, отношений) — это не слабость, а биологическая ловушка, встроенная в нашу мотивацию
• Практические приёмы, чтобы отличить навязанное желание от истинного и перестать тратить ресурсы на пустые цели

Если вы устали от бесконечного «хочу» без насыщения — эта статья поможет вам разобраться, что происходит внутри и что с этим можно сделать.

MINDCRAFT PSYCHOLOGY™

Нейробиология систем Wanting и Liking: почему мы хотим то, что не приносит радости, что с этим делать, и можно ли вернуть способность радоваться?

«Я понимаю, что мне не нужно это покупать / соглашаться на эту встречу / проверять телефон, но рука сама тянется. А когда получаю — чувствую опустошение. Как будто меня обманули». — Знакомо?

В этих словах — не просто бытовая усталость или слабая воля, лень. За ними стоит фундаментальное устройство нашего мозга, которое эволюция проектировала миллионы лет, а современный мир научился эксплуатировать с невероятной точностью.

Давайте посмотрим правде в глаза: мы не всегда хотим того, что нам нравится, и не всегда получаем удовольствие от того, к чему стремились. Это не сбой. Это особенность архитектуры.

Две системы: дофаминовый драйв и опиоидное спокойствие

В нейробиологии последних десятилетий произошло важное уточнение, которое до сих пор не дошло до большинства популярных статей. Оказывается, в мозге существуют две разные системы, отвечающие за мотивацию и за удовольствие [1].

Первую — мотивацию, «хотение» (wanting) — обеспечивает дофамин. Но не так, как любят писать в глянцевых журналах: «дофамин — гормон счастья». Дофамин — это гормон предвкушения, стремления, придания значимости. Именно он заставляет нас нажать на ссылку, дойти до кассы, открыть холодильник. Он не даёт удовольствия, он даёт мотивационный импульс, драйв [2].

Вторую — удовольствие, «нравится» (liking) — обеспечивают опиоидные системы мозга (и, частично, эндоканнабиноидные). Это те самые механизмы, которые дают ощущение тепла, насыщения, умиротворения после вкусной еды, объятий, глубокого разговора и т.д. Они работают тихо, но именно они создают чувство, что всё хорошо [3].

Эти две системы могут работать синхронно, а могут — независимо. И вот тут начинается самое интересное.

Как дофамин обманывает нас: история сенсибилизации

Представьте себе человека, который листает ленту соцсетей. Каждый раз, когда он видит (или выкладывает) новый пост, мозг выбрасывает дофамин в ожидании возможной награды — лайка, интересного контента, социального одобрения. Дофаминовая система сенсибилизируется: она становится всё более чувствительной к сигналам, которые предвещают награду.

Но сама награда — удовольствие от прочитанного — может не наступать. Пост оказывается скучным, лайков мало, сравнение с чужими успехами вызывает раздражение. Однако дофаминовый импульс уже запущен. И человек продолжает скроллить — не потому, что ему хорошо, а потому, что система желания уже разогрета [4].

В нейробиологии это называется инцентивной салиентностью — свойством стимула казаться значимым, привлекательным, даже если объективно он не приносит пользы [1].

Эксперименты Кента Берриджа и его коллег на животных показали: если заблокировать дофамин, животные перестают искать еду, но если положить им кусочек сахара в рот, они всё равно проявляют мимическое удовольствие. И наоборот — если активировать опиоидные центры, удовольствие усиливается, но желание добывать еду не растёт [3].

Эти два механизма могут расходиться. И в повседневной жизни мы постоянно попадаем в эту ловушку.

Патология нормы: когда хотение становится самоцелью

Самый яркий пример диссоциации — зависимость. При хроническом употреблении веществ, которые могут вызывать зависимость (в том числе и алкоголь) дофаминовая система становится гиперактивной по отношению к сигналам, связанным с этим веществом. Человек испытывает непреодолимое желание достать ещё, но само употребление уже не приносит прежнего удовольствия — опиоидные системы истощены [4]. Это чистое «хотение» без «нравится».

Читайте также:

Амотивационный синдром. Нейромедиаторные механизмы измененных состояний сознания. Роль ПАВ в мотивации

Каннабис нарушает мозговую деятельность у людей, склонных к психозам

Невротическая зависимость: игромания

Но этот же механизм работает и в «нормальной» жизни:

• Вы идёте в магазин за новой вещью, потому что увидели рекламу. Дофамин зашкаливает в момент выбора и ожидания. После покупки — пустота.
• Вы проверяете уведомления в телефоне раз за разом. Каждый звук — дофаминовый спайк. Но содержание сообщений редко приносит радость.
• Вы съедаете сладкое, потому что «хочется», но уже после второго куска чувствуете пустоту, а не удовольствие.

В этих ситуациях мозг не даёт нам плохую систему. Он даёт то, что эволюционно было выгодно: гнаться за ресурсом, даже если ресурс оказывается пустышкой. В мире изобилия и искусственных стимулов этот механизм становится источником хронического недовольства.

Обратная сторона: когда удовольствие есть, а желания нет

Бывает и другая ситуация. Клинически она известна как ангедония — неспособность испытывать удовольствие. При депрессии, например, опиоидная система может быть подавлена: человек продолжает что-то делать (wanting частично сохраняется), но не чувствует радости от результатов. Это изматывает не меньше, чем само желание [5].

Но и без патологии мы часто оказываемся в позиции, когда удовольствие есть, а желание его получить — ослаблено. Например, вы знаете, что прогулка в парке вам нравится, но «собраться» трудно. Или вы цените глубокий разговор с другом, но чаще выбираете короткие сообщения. Здесь «liking» есть, а «wanting» не срабатывает — потому что дофаминовая система привыкла к более быстрым, хоть и менее ценным наградам.

Особый случай: когда хотение есть, а радости нет (РАС и не только)

До сих пор мы говорили о ситуациях, которые знакомы многим: дофаминовые ловушки, навязанная рекламой мотивация, истощение опиоидной системы при депрессии. Но есть группа людей, для которых разрыв между «хотением» и «нравится» — не эпизодическая проблема, а базовая особенность функционирования нервной системы.

Я говорю о людях с расстройствами аутистического спектра (РАС).

Исследования последних лет показывают интересную картину: у многих людей с РАС может сохраняться или даже быть повышенной мотивация к социальному взаимодействию («wanting»), но при этом само взаимодействие не приносит ожидаемого удовольствия («liking») [2][6]. Звучит знакомо, правда? Как в примере с покупкой, которая не радует. Но здесь механизм глубже и касается самого фундамента социальной жизни.

Долгое время в науке господствовала так называемая «теория социальной мотивации», которая предполагала, что люди с аутизмом просто меньше интересуются социальными стимулами [6]. Однако более тонкие исследования, в частности работа нейробиолога Джорджии Силани и её коллег, показали: проблема не в отсутствии интереса. Когда в качестве социального стимула использовали не абстрактные смайлики или похвалу, а базовое, понятное всем прикосновение — люди с РАС реагировали на него так же, как нейротипичные испытуемые [13].

Вывод оказался неожиданным для многих: дело не в том, что человек с аутизмом «не хочет» общения. Дело в том, что дофаминовая система, отвечающая за придание значимости социальным сигналам, работает иначе. Она может не распознавать многие социальные стимулы как «награду», даже если сам человек когнитивно понимает их важность [1][6].

Нейробиологи связывают это с нарушением работы дофаминергической системы в проекциях вентральной области покрышки (VTA) к прилежащему ядру (nucleus accumbens) — тем самым путям, которые отвечают за придание стимулам «инцентивной салиентности» [6][13].

Проще говоря: мозг не маркирует социальные сигналы как «ценные», поэтому они не запускают дофаминовый драйв.

Но при этом сами гедонические центры (те самые «точки удовольствия», связанные с опиоидной системой) могут работать нормально [1][3]. То есть человек способен испытывать удовольствие от контакта, если контакт уже происходит, но у него нет внутреннего импульса инициировать этот контакт.

Клинически это выглядит как парадокс: человек может искренне скучать по близким, переживать из-за одиночества, но при этом не предпринимать попыток к общению. Или может с удовольствием проводить время с другом, если друг позвал сам, но никогда не позвонит первым. Или может радоваться подарку, но никогда не догадается сделать ответный жест — не потому, что ему не хочется радовать, а потому что сигнал «сейчас нужно сделать приятное» не возникает автоматически [2][3].

Это важно понимать не только специалистам, но и близким людей с РАС, а также самим людям, подозревающим у себя подобные особенности. Потому что это меняет оптику: вместо обвинений в «холодности» или «эгоизме» появляется понимание, что мотивационная система работает по другой схеме.

Любимая рубрика «яснопонятно, а делать то с этим что?»

Если вы узнаёте себя или близкого в этом описании — вот несколько подходов, которые могут помочь.

1. Перестать ждать, что желание возникнет само. Если вы знаете, что взаимодействие вам в итоге нравится, но хотеть его начать вы не можете — используйте внешние опоры. Календари, напоминания, ритуалы, договорённости с другими людьми («ты звонишь мне в это время, я звоню тебе в это»). Это не «неестественно», это компенсаторная стратегия.
2. Переводить абстрактное в конкретное. Для многих людей с РАС абстрактные социальные сигналы (улыбка, комплимент, намёк) не работают как «награда». Но конкретные — работают. Вместо «давай как-нибудь встретимся» — «давай в среду в 18:00 в кафе на Пушкинской». Вместо «я рада тебя видеть» — объятие, совместное действие, понятный ритуал.
3. Изучать свою карту удовольствий. Опиоидная система у людей с РАС может откликаться на очень специфичные стимулы. Для кого-то это глубокая беседа на любимую тему, для кого-то — совместное молчаливое занятие, для кого-то — структурированная игра по правилам. Попробуйте вести дневник и фиксировать, когда именно вы чувствуете тепло и удовольствие. Скорее всего, это будут не те моменты, которые вы «должны» любить по социальным нормам.
4. Использовать телесные каналы. Поскольку прикосновение часто работает как надёжный социальный стимул (в отличие от абстрактных знаков внимания), можно делать на него опору. Это не значит «заставлять себя обниматься», если не хочется. Но если тактильный контакт вам приятен — использовать его как якорь для социального взаимодействия.
5. Не путать «нет желания» с «не нравится». Это ключевое различение. Если вы не хотите идти на встречу, но на прошлой встрече вам было хорошо — вероятно, проблема в «wanting». Если вам было скучно и тяжело на прошлой встрече и не хочется сейчас — вероятно, проблема в «liking». Важно учиться различать эти сигналы.
6. «Микро-сигналы liking» (сенсорный)
   Смысл в обнаружении любых, даже самых слабых, телесных сигналов, которые могут быть остатками переживания удовольствия.
   Каждый день выбирайте 1–2 действия, которые вы делаете регулярно и которые теоретически могли бы быть приятными (горячий душ, чашка чая, рисование, растяжка, ритмичное движение). Сделайте их намеренно, а затем задайте себе один вопрос: «Какое самое простое телесное ощущение я могу заметить?» Не «нравится или нет», а просто: тепло, холод, покалывание, тяжесть, лёгкость, напряжение, расслабление. Запишите это слово. Если никакого ощущения нет — запишите «нет сигнала». Цель не получить удовольствие, а собрать данные: есть ли у моей системы хоть какие-то остаточные гедонические реакции, и в каких условиях они возникают.

Этот раздел важен не только для людей с РАС и их близких. Он показывает, что диссоциация wanting и liking — не «поломка», а вариант работы системы, который может быть более или менее выражен у разных людей. И понимание этого помогает не навешивать ярлыки («ты просто не хочешь со мной общаться») и искать работающие стратегии вместо бесплодных попыток «захотеть».

А теперь — от частного к общему. Умение различать «тягу» и «удовольствие» пригодится каждому, кто хочет перестать тратить силы на то, что не приносит радости. Независимо от того, как именно устроена ваша мотивационная система, есть несколько проверенных способов выйти из автоматизма и вернуть себе осознанность. Они не «исправляют» мозг — они дают вам инструменты навигации в его собственной логике.

Практические рекомендации: как перестать гнаться за пустышками

Понимание того, что «хотение» и «нравится» — разные процессы, даёт нам инструменты, а не просто диагноз. Вот несколько подходов, которые я использую в работе и которые помогают клиентам вернуть себе контроль.

1. Разделяйте ожидание и результат

Попробуйте простой эксперимент. В следующий раз, когда вас накроет сильное желание (купить что-то, зайти в соцсети, съесть что-то вредное), задайте себе вопрос:

«Если я это сделаю, сколько продлится удовольствие? Будет ли оно глубже, чем моё предвкушение?»

Часто ответ оказывается отрезвляющим: предвкушение сильнее, чем само переживание. Это нормально. Но когда вы осознаёте этот разрыв, вы перестаёте быть заложником автоматизма.

2. Отслеживайте «дофаминовые ловушки»

Обратите внимание, какие действия вызывают у вас предвкушение, но не приносят удовлетворения. Это могут быть:

• бесконечный просмотр новостной ленты
• покупки под влиянием рекламы
• общение с людьми, от которого потом остаётся чувство пустоты

Попробуйте вести дневник в течение недели: просто фиксируйте моменты, когда вы что-то сделали «потому что захотелось», и оценивайте по шкале от 1 до 10, насколько реально вам стало хорошо после этого. Вы быстро увидите свои личные «пустышки».

3. Тренируйте паузу между желанием и действием

Дофаминовая система работает быстро, но она же и угасает, если не получает немедленного подкрепления. Попробуйте технику «10 минут»: когда возникает сильное, но подозрительное желание, скажите себе: «Я сделаю это через 10 минут». Часто через 10 минут импульс проходит, а вы получаете возможность выбрать более осознанно.

4. Ищите «настоящие» награды

Опиоидная система активируется не ярко, но стабильно — через определённые виды деятельности: телесный контакт (объятия, массаж), глубокое погружение в хобби, вкусную еду в спокойной обстановке, качественное общение. Эти вещи редко вызывают сильное предвкушение (они не «дофаминят» сразу), но дают устойчивое чувство наполненности.

Попробуйте составить свой список таких занятий и специально выделять на них время — даже если «не хочется». Со временем дофаминовая система начнёт переучиваться, и желание делать то, что действительно приносит радость, будет расти.

5. Проверяйте органику

Как и в случае с депрессией, прежде чем бороться с «неправильным» поведением, стоит убедиться, что за этим не стоят соматические причины. Хроническая усталость, дефицит железа или витамина D, гиперпролактинемия, нарушения работы щитовидной железы могут снижать и опиоидную активность («liking»), и дофаминовую регуляцию («wanting»), создавая картину апатии или импульсивности. Исключить эти факторы — первый шаг к тому, чтобы психологические приёмы заработали [5].

Разрешение на осознанность

Мне часто задают вопрос: «Если я понимаю, что моё желание — это просто дофамин, значит ли это, что я должен перестать его удовлетворять и стать роботом?»

Нет. Это значит, что вы получаете возможность выбирать. Не бороться со своим мозгом, а понимать его логику и иногда давать ему то, что он просит, а иногда — спрашивать себя: а что на самом деле мне сейчас нужно?

Мы не можем отменить эволюцию. Но мы можем перестать путать ажиотаж с радостью, голод по стимуляции с истинной потребностью. Это не делает нас слабыми. Это делает нас более честными с собой. И с другими.

Можно ли вернуть радость? Как восстановить систему liking

Вопрос, который неизбежно возникает после прочтения о разделении wanting и liking: «Хорошо, я понял механизм. Но что делать, если я уже застрял в этом разрыве? Можно ли вернуть способность чувствовать удовольствие?»

Ответ — да, можно. И это, пожалуй, главное, что важно знать: система удовольствия пластична. Она не «сломана навсегда», даже если долгое время была в тени гиперактивного дофаминового драйва.

Что говорит наука: осознанность как ключ

Исследования последних лет, особенно масштабные рандомизированные испытания под руководством нейробиолога Эрика Гарланда из Калифорнийского университета, показывают: практика осознанности (mindfulness) в сочетании с когнитивно-поведенческими техниками способна буквально «перепрошить» гедоническую систему мозга [1][3][12].

В исследовании, опубликованном в JAMA Psychiatry в 2025 году, участники с опиоидной зависимостью и хронической болью прошли 8-недельную программу MORE (Mindfulness-Oriented Recovery Enhancement). Результаты:

• Снижение тяги к веществу на 50% по сравнению с контрольной группой [7]
• Увеличение мозговой реакции на естественные сигналы вознаграждения (изображения улыбающихся младенцев, щенков, красивых закатов) [3][8]
• Снижение ангедонии и улучшение позитивного аффекта [12]
• Повышение способности регулировать эмоциональные реакции [12][7]

Нейрофизиологический механизм был зафиксирован с помощью ЭЭГ: у участников программы MORE увеличилась амплитуда позднего позитивного потенциала (LPP) — биомаркера, отражающего вовлечённость в обработку значимых стимулов. Проще говоря, мозг учился заново «видеть» ценность в обычных радостях [12][8].

Почему это работает: нейропластичность удовольствия

Система liking — это сеть, включающая опиоидные рецепторы в прилежащем ядре (nucleus accumbens), вентральной части бледного шара (ventral pallidum) и островковой коре. И эта сеть подчиняется тому же принципу нейропластичности, что и весь мозг: то, что мы часто активируем, укрепляется [3][9].

Когда мы годами стимулируем систему wanting яркими, быстрыми, искусственными наградами (соцсети, уведомления, шопинг, сладкое), гедонические центры, отвечающие за тихое, глубокое удовольствие, оказываются в дефиците практики. Они не «сломаны» — они просто атрофированы/разтренированы [1][9].

Осознанность работает как «тренажёр» для liking. Вместо того чтобы гнаться за следующим дофаминовым всплеском, практика осознанности учит:

1. Задерживаться в настоящем моменте
2. Направлять внимание на то, что уже здесь (вкус еды, тепло солнца, звук голоса)
3. Не убегать от ощущений, а проживать их

Именно этот навык — способность удерживать внимание на позитивном опыте — напрямую активирует опиоидную систему и укрепляет нейронные связи, отвечающие за удовольствие [1][12].

Что ещё работает: новизна и телесность

Норман Дойдж в книге «Пластичность мозга» подчёркивает: дофамин «любит» новизну, и именно новизна помогает активировать центры удовольствия [10]. Мы не можем просто «отключить» дофаминовую систему — она нам нужна. Но мы можем перенаправить её на более здоровые источники.

Когда мы вносим новизну в привычные действия — пробуем новый маршрут прогулки, меняем ритуалы, осваиваем незнакомое хобби — мы даём дофамину легальную «работу», а опиоидной системе — возможность включиться в переживание.

Кроме того, исследования показывают важность телесного канала. Поскольку прикосновение, дыхание, движение часто остаются доступными даже тогда, когда абстрактные социальные сигналы перестали работать как награда [4][11]. Поэтому телесно-ориентированные практики (йога, танцы, просто осознанное дыхание) могут быть особенно эффективны для восстановления liking.

Практический алгоритм: с чего начать

Если вы хотите вернуть способность испытывать удовольствие — не надо ждать, пока она «сама вернётся», а начать действовать:

1. Исключите органику. Как и в случае с депрессией, прежде чем работать с психологическими механизмами, убедитесь, что за ангедонией не стоят соматические причины — мы уже говорили об этом выше [5].
2. Начните с микро-практик осознанности. Не нужно садиться в позу лотоса на час. Достаточно 2–3 минуты в день: взять чашку чая и попробовать действительно почувствовать его вкус, не отвлекаясь на телефон. Или выйти на улицу и на минуту сосредоточиться на ощущениях от ветра, солнца, звуков. Главное — не количество, а регулярность.
3. Добавьте новизну в привычное. Сделайте что-то по-другому: поменяйте порядок утренних дел, попробуйте новое блюдо, сходите в незнакомый парк. Мозг реагирует на новизну выбросом дофамина — и это даёт опиоидной системе шанс включиться в переживание [10].
4. Ищите «тихие» удовольствия. Составьте список из 5–10 занятий, которые когда-то приносили вам радость, но не требуют яркой стимуляции. Прогулка, ванна, разговор с другом с психологом (шучу :)), рисование. И начните выделять на них время — даже если «не хочется». Желание придёт после того, как система начнёт получать позитивный опыт, а не до [9].
5. Фиксируйте удачи. Ведение дневника, куда вы записываете хотя бы один момент за день, когда вы действительно почувствовали удовольствие — мощный инструмент. Это учит мозг замечать позитивный опыт, который иначе проходит мимо сознания [12].

Важное предостережение

Если ангедония глубокая, длится месяцами, сопровождается нарушениями сна, аппетита, суточными колебаниями настроения — это может быть клиническая депрессия, где требуется медицинское вмешательство [5]. Осознанность и новизна здесь не заменят, а дополнят терапию.

Но если вы находитесь в спектре «бытовой» диссоциации wanting и liking — когда желания есть, а радости нет — описанные выше методы имеют серьёзную доказательную базу и могут работать самостоятельно (однако не стоит диагностировать себя по статьям в интернете, а лучше обратитесь к специалисту).

Главное не «сила воли», а направление внимания

Парадокс восстановления liking в том, что чем сильнее мы пытаемся «захотеть» радоваться, тем меньше у нас это получается. Потому что усилие — это дофаминовая стратегия, а удовольствие живёт в отпускании контроля.

Самый действенный способ — не заставлять себя чувствовать радость, а создать условия, в которых она может возникнуть:

• Регулярно направлять внимание на настоящий момент
• Вносить новизну в привычное
• Давать время «тихим» удовольствиям
• Тренировать способность задерживаться на позитивном опыте

Мозг пластичен. Система удовольствия — тоже. Она может «простаивать» годами, но она не исчезает. Вопрос не в том, можно ли её вернуть, а в том, какую практику вы выберете в качестве ежедневного тренажёра.

Литература

1. Berridge, K. C., & Robinson, T. E. (2016). Liking, wanting, and the incentive-sensitization theory of addiction. American Psychologist, 71(8), 670–679.
2. Schultz, W. (2015). Neuronal reward and decision signals: from theories to data. Physiological Reviews, 95(3), 853–951.
3. Berridge, K. C., & Kringelbach, M. L. (2015). Pleasure systems in the brain. Neuron, 86(3), 646–664.
4. Robinson, M. J. F., et al. (2014). The psychology and neurobiology of addiction: an incentive-sensitization view. Addiction, 109(9), 1425–1432.
5. Treadway, M. T., & Zald, D. H. (2011). Reconsidering anhedonia in depression: lessons from translational neuroscience. Neuroscience & Biobehavioral Reviews, 35(3), 537–555.
6. Chevallier, C., et al. (2012). The social motivation theory of autism. Trends in Cognitive Sciences, 16(4), 231–239.
7. Garland, E. L., et al. (2025). Mindfulness-Oriented Recovery Enhancement for Opioid Use Disorder and Chronic Pain: A Randomized Clinical Trial. JAMA Psychiatry.
8. Garland, E. L., et al. (2025). Neurophysiological mechanisms of mindfulness-based treatment for opioid use disorder: An EEG study. Biological Psychiatry: Cognitive Neuroscience and Neuroimaging.
9. Berridge, K. C., & Robinson, T. E. (2016). Liking, wanting, and the incentive-sensitization theory of addiction. American Psychologist, 71(8), 670–679.
10. Doidge, N. (2007). The Brain That Changes Itself. Viking Press.
11. Cascio, C. J., et al. (2012). Social touch and human development. Developmental Cognitive Neuroscience, 2(1), 121–129.
12. Garland, E. L., et al. (2024). Neurophysiological evidence of reward restoration after mindfulness-oriented recovery enhancement. Psychosomatic Medicine, 86(2), 112–121.
13. Chiappini, E., Massaccesi, C., Korb, S., Steyrl, D., Willeit, M., & Silani, G. (2024). Neural hyperresponsivity during the anticipation of tangible social and nonsocial rewards in autism spectrum disorder: A concurrent neuroimaging and facial electromyography study. Biological Psychiatry: Cognitive Neuroscience and Neuroimaging, 9(9), 948–957.

____________________________

© Александр Дей, 2026 г.

Все права защищены. Перепечатка возможна только с указанием автора и источника.

✅ Полезно? Интересно? — не забудьте поделиться и подписаться, чтобы не пропустить следующий выпуск!

Автор Mindcraft Psychology™ — Александр Дей.
Практикующий психолог, когнитивно-поведенческий психотерапевт (КПТ), специалист по коррекции тревожно-фобических расстройств (неврозов) и семейному консультированию.

_________________________

ОТЗЫВЫ КЛИЕНТОВ

Основные методы работы:

1. Когнитивно-поведенческая терапия (КПТ)
2. Схема-терапия (это метод из «семьи» КПТ)
3. Терапия принятия и ответственности (АСТ) — тоже «родственник» КПТ
4. Психодинамическая (психоаналитическая) терапия (для глубинных и долгосрочных изменений личности)

Пост-знакомство

С чем и как я работаю❓

Опыт — с 2009 года

Контакты:

• Telegram-канал

• Telegram: +7 (985) 744-31-01 ☎️

• Имя в telegram: @Alexander_Dei

• Дзен

• Vk: Александр Дей

• MINDCRAFT PSYCHOLOGY™

• https://taplink.cc/alexander.dei

__________________________________

Благодарность за мой труд:

Сбербанк: 2202 2062 5116 6133 (карта «Мир» привязана к номеру телефона. Подключена Система быстрых платежей)

В назначениях платежа укажите, пожалуйста, слово «донат», «подарок» или «благодарность».