25 марта праздновали День Театра. В этому году Большому Театру 250 лет. Эта история про Большой Театр и про его знаменитую балерину Майю Плисецкую. В прошлом 2025 году, звезде русского балета Майе Михайловне Плисецкой исполнилось бы 100 лет. Как оммаж великой балерине и сильному человеку я перевела главу из книги «Пуд соли», написанную японским журналистом NHK Кадзуо Кобаяси. Я получила эту книгу от него в подарок в 2014 году, но книга была издана в 2000 году.
Интересно, что сейчас я воспринимаю написанное несколько по -другому. Особенно строки касательно распада СССР и Горбачева. Интересно также почувствовать искреннее недоумение японца от того, как великая балерина, звезда Большого театра , в 90-е годы оказалась в Литве, на задворках Европы, а не блистала в своей стране. Да, такое было время.
Предлагаю прочитать главу про Майю Плисецкую в моем переводе. А впечатление от текста главы у каждого может быть свое (Перевод Светлана Хруцкая) :
“ БЕЛЫЙ ЛЕБЕДЬ, ПРОДОЛЖАЮЩИЙ БОРОТЬСЯ
Лично для меня первой в жизни заграницей стала служебная командировка в Советский Союз. Меня отправили в Москву на работу специальным корреспондентом японской общественной телерадиокомпании NHK. В аэропорту Ханэда меня провожала толпа коллег, друзей и родственников. Я отбыл из Японии с механической 16-миллиметровой камерой в руках. Сбылась моя студенческая мечта - я еду в служебную командировку! «Уж я всем покажу как я могу хорошо работать», - на таком высоком эмоциональном подъеме я ступил на землю своей первой заграницы - Союза Советских Социалистических Республик. Для того, чтобы охладить мой первоначальный пыл не потребовалось много времени. Явно не под силу одному журналисту, даже и очень энергичному, создавать новости по «ту сторону железного занавеса» в условиях, когда вся власть по информационному вещанию контролировалась и была сосредоточена в руках одной партии. Как бы ни старался новоприбывший западный журналист, все заканчивалось бессилием - или, как говорят в Японии - «скрежетом зубов сушеной иваси».
В такие моменты моим убежищем стал театр и музеи. Я сначала даже не знал, идти ли мне на оперу или на балет. «Это насмешка над искусством»,- скажете Вы. Но эта история как раз про то, как молодой, неискушенный в искусстве человек, при встрече с ним преображается и становится лучше. Место действия моей истории- Большой театр. Он построен во времена Царской Империи как храм оперы и балета. Большой театр - это гордость страны. Официальное название театра: «Государственный Академический Театр Оперы и Балета».
«Большой» - по-русски означает величину - 大. Это специальный термин, которым разделяют два театра, стоящих на одной площади. «Большой театр» - театр Оперы и Балета , и «Малый» (小)- драматический.
Большой театр был основан в 1776 году. Здание на нынешнем месте построено было в 1824 году. Театр по праву гордится своими традициями, которым более 200 лет. И в такое место отправился, можно сказать, деревенщина, искатель развлечений - мужчина, который ничего не смыслил в искусстве. Я пошёл смотреть гала-концерт балета. Как и ожидалось, все танцовщицы были красивы, с безупречной техникой. Из оркестровой ямы доносилась прекрасная музыка. Однако меня зацепило не только это. Когда я посмотрел «Умирающего лебедя» в исполнении примы-балерины Майи Плисецкой, мне до боли стало стыдно за самого себя, за то, каким неучем я был до сих пор. Поначалу про балет я думал, что это просто сказка с прекрасными принцами и красивыми принцессами. Тогда я думал, что вряд ли нормальные мужчины, которые из себя что-то представляют, могут пойти в балет. Лебедь Майи одним махом разбил все мои предубеждения. Лебедь изо всех сил пытается выжить, но огонь жизни потихоньку затухает. Несмотря ни на что, белый лебедь цепляется за жизнь. В конце лебедь смиряется со своей участью и потихоньку угасает. Этот небольшой номер длится всего каких-то 4 минуты. Но за эти четыре минуты передо мной пронеслась целая лебединая жизнь. Номер был наполнен чистотой и искренностью. У меня воистину «пелена упала с глаз». Тогда я впервые понял значение этого выражения. С того времени я уже никогда не думал、что балет - это только «для женщин и детей».
Тогда Майе Плисецкой было уже 45 лет. Будь она рядовой балериной, то давно уже была бы на пенсии. Она же потом еще очень долго танцевала, постоянно радуя нас своими премьерами и спектаклями. В те времена было нереально с ней встретиться и взять у нее интервью. Я смог встретиться и поговорить с ней спустя 15 лет после того, как первый раз ее увидел на сцене. Для этого нужно было дождаться прихода к власти Генерального Секретаря ЦК КПСС М.С. Горбачева.
Сейчас, когда русские встречаются где-нибудь в Москве с иностранцами и начинают общаться, никто никаких неудобств не испытывает. Однако, до прихода Горбачева к власти ситуация была несколько иной. Советские граждане, которые общались с иностранцами, должны были приходить и сообщать об этом в соотвествующие органы. Под «Соответствующими органами» имеется в виду Комитет Государственной Безопасности СССР - тайная полиция «КГБ». Основополагающий постулат КГБ был таков - «Иностранцы есть враги, которые могут принести вред Родине».
Молодой верховный лидер Горбачев начал реформы со словами: «Давайте построим открытое общество». Поначалу с опаской, но потом все смелее и смелее русские стали общаться с иностранцами. В сегодняшней России никто уже и не вспоминает о том, что должен быть благодарен Горбачеву за предоставленную свободу. Народ он везде такой- он легко забывает благодеяния, оказанные властью. В то время как раз в гости в мою московскую квартиру пришла Плисецкая. Ее привёл импрессарио господин Такада. Зима 1985 года , когда Горбачев пришел к власти, стала политически особым годом - годом, когда общество было охвачено разными надеждами. Тот год и для Плисецкой стал значимым годом. Ей исполнилось 60 лет, в Большом театре прошла премьера ее балета «Дама с собачкой», музыку к которому сочинил ее муж Щедрин. В моем доме, перед моими глазами стояла сама Майя Плисецкая! Передо мной стояла та, которой я по гроб жизни обязан за то, что она мне открыла глаза на искусство!
И моя жена и я ждали прихода гостьи с большим волнением. Похоже, что Такада-сан заманил к нам в дом Плисецкую под предлогом, что у нас можно поесть блюда японской кухни - она очень любила японскую еду. Плисецкая была прима-балерина всемирно известного Большого Театра, Народная Артистка Советского Союза! Она была героем своего времени, ею восхищалось громадное количество людей! В то время в Москве, в домашних условиях мы могли предложить довольно ограниченный выбор японской еды. На столе у нас стояли следующие блюда, с любовью приготовленные моей женой: размороженный до нужного состояния, до этого тщательно хранившийся в морозилке, главный деликатес - магуро (тунец);тушеные хидзики (бурая водоросль); кимпира гобо: - маринованный лопушник; порошковый тофу и овощные тэмпура. Я удивился тому, как балерина ест. Это было динамично. Приговаривая «это вкусно», «это я очень люблю», «это как раз еда для балерин» , она не переставала быстро жевать. Плисецкая гениально делает «реверанс» перед публикой после представления. У нее всегда это настолько хорошо получалось, что даже поговаривали, будто ее взяли в хореографическое училище сразу же, как только приемная комиссия увидела, как она делает реверанс. Когда видишь ее элегантную фигурку на сцене, невозможно представить с каким аппетитом и как динамично она ест. Ее приход был для меня эпохальным событием - я смог тщательно рассмотреть вблизи небожителя, спустившегося вдруг ко мне.
Весной 1999 года у нас была еще одна «вкусная« встреча. Это случилось, когда я брал интервью в Барбикан-центре в Лондоне у маэстро Ростроповича, который там дирижировал Лондонским Симфоническим Оркестром. Хотя мне нужно было готовиться к интервью и выставлять свет, я не удержался и отправился в зал. Шла репетиция, наполненная энтузиазмом и юмором маэстро Ростроповича. И тут в зал входит Плисецкая с мужем - композитором Щедриным. Дело в том, что Маэстро дирижировал концертом для скрипки Щедрина. Это был финальный прогон перед мировой премьерой. Получилась огневая репетиция с жарким обменом мнений и замечаниями солисту Максиму Венгерову. Мы с Плисецкой объединились в союз двух гедонистов. Не то, чтобы нас совсем не интересовала репетиция, просто нам захотелось поболтать друг с другом, мы пересели на задний ряд и шушукались буквально обо всем - от политики до балета. Я сгорел со стыда, когда маэстро Ростропович после репетиции пересказал слово в слово о чем мы разговаривали. Особенность акустики зала состояла в том, что не только в самом зале слышно то, что играют на сцене, но и на сцене прекрасно слышно то, что говорят в зале. Финальной точкой нашей встречи стала совместная трапеза. Со стороны мужа - Щедрина возражений не было, и мы отправились в японский ресторан. В японском ресторанчике, рядом с цирком Пикадилли, мы заказали сябу-сябу. Плисецкая динамично ела, приговаривая по -русски «как вкусно», при этом по-японски потягивая тёплое саке. В общем, наши посиделки закончились тем, что Плисецкая сказала, что «Япония - это замечательная страна». Несомненно, в этом была и большая заслуга японской официантки, которая нас обслуживала. Однако, мне было приятно, что выбранный мной ресторан им так понравился. Когда дела дошло до счета, они спросили стоимость. Я сказал, что раз я пригласил, то я и плачу. В ответ они сказали, что принимают мою любезность, но все-таки хотели бы узнать цену. Они объяснили это тем, что еда была очень вкусной, а вот вчера их приглашал один английский лорд в очень дорогое место, но там оказалось совсем не так вкусно, как сейчас, тогда как цена была заоблачная. Сумма нашего ужина в японском ресторане составила 120 фунтов. И это включая напитки. В японских иенах это примерно 20000 иен. Эта информация их тоже обрадовала. Они сказали, что это была сумма на одного в ресторане, куда их водили вчера. Вот такая получилась легкая, чуть пьяная, наша вторая встреча с Плисецкой и Щедриным в Лондоне.
Мне хотелось спросить у Плисецкой одну вещь во что бы то ни стало: ее талант был открыт и отточен во времена советского режима. Этим своим талантом и умением она покорила весь мир. Но тот же режим, во главе со Сталиным, отдал приказ о казни ее отца, ее мать долгое время провела в лагерях. Имея родителей с клеймом «враг народа» , находясь под неусыпным оком, она все-таки осталась в Союзе и продолжала танцевать. Неужели она не чувствовала ненависти к Советскому режиму? Неужели у нее не было желания эмигрировать? Наверняка у нее было много шансов это сделать, если бы она захотела!
И мне сразу же предоставилась возможность узнать ответы на интересовавшие меня вопросы. Супружеская чета Плисецкая - Щедрин каждое лето проводили на своей даче в Литве. Они меня пригласили посетить их дачу. Литва- одна из трёх прибалтийских республик- стала для меня незабываемой страной. По секретному пакту Сталина и Гитлера Литву, вопреки желанию ее жителей, присоединили к Советскому Союзу. Во времена Горбачевских реформ Литва стала возрождаться и заговорила о независимости. На маленькую Литву большой Советский Союз обрушил экономические репрессии. Маленькая Литва получала природный газ и нефть от Советского Союза, и, прежде всего, ей перекрыли трубопровод. Для того, чтобы купить бензин, на бензоколонках образовались бесконечные очереди. Стали случаться частые остановки работы предприятий. Отопление было приостановлено. Население столкнулось с трагическими трудностями. Но, стремление литовского народа к независимости еще более укрепилось. Советская власть была в недоумении и решила ответить силой. Начали с того, что спец.подразделения заняли телевидение, на улицу вышли танки, появились убитые. Но даже в этом случае, решимость обретения независимости не убавилась. Вслед за Литвой другие прибалтийские республики начали движение за независимость. Это стало прологом распада СССР. И вот- в такой Литве живет Майя Плисецкая, которая оставалась в СССР до конца! Это забавно.
Летом 1999 года я навестил в Литве Плисецкую и Щедрина. Через 40 минут дороги от аэропорта Вильнюса по лесам и озерам, я приехал в Тракай. И оттуда еще по проселочной дороге 20 минут. Их маленький крепкий двухэтажный домик стоял у зелёного леса и голубого озера. На дворе два японских джипа. «Зимой без машины никуда», - так мне сказали. Плисецкая вежливо заметила, что: «до сегодняшнего дня лил сильный дождь. Кобаяси нам привез хорошую погоду». Стоило мне переступить порог, как я в лоб и спросил: «Почему вы не эмигрировали?». «Вы спрашиваете, почему мы не эмигрировали? На это были разные причины, но это не значит, что нам не предлагали. Первая причина была в том, что я была прима-балерина Большого Театра. Мне приходилось танцевать на многих мировых сценах, однако, мне не приходилось бывать во втором таком прекрасном Театре, как Большой. Размеры, наклон сцены, акустика - нет нигде в мире второй такой сцены для танцовщиков. И я была ее примой. К тому же, я вполне осознавала опасности эмиграции. Мне приходилось слышать о том, как тайная полиция устраивала провокации по отношению к эмигрировавшим. Их не убивали, ничего такого. Просто устраивали автомобильную аварию, травмировали ноги. Расчет был такой, чтобы танцовщик не мог танцевать. Вы не находите, что такой вариант для балетных более страшен, чем смерть?! Была еще одна причина - наличие мужа Щедрина. Никто в Советском Союзе нам не разрешал выезжать одновременно. В СССР опасались невозвращенцев. Когда мы уезжали за границу, одного из нас обязательно оставляли дома, в качестве заложника. У меня никогда и в мыслях не было эмигрировать, бросив мужа».
В ее словах отчетливо слышалась любовь к сцене и к мужу. Была еще одна вещь, которую я хотел непременно спросить у Плисецкой. Это вопрос предела человеческих возможностей. Я уже ранее писал о том, что познакомился с Плисецкой, когда ей было 60 лет. Ей сейчас 70, и она все еще продолжает танцевать. Что касается Большого Театра, то обычно там принято отправлять танцовщиц на пенсию в 45 лет. Их тогда убирают из первого эшелона. И это вопрос не сколько формы, сколько работоспособности - в таком возрасте становится трудно выдерживать тяжелейшие физические нагрузки. Среди документальных съемок канала NHK есть запись, как 72-летняя Плисецкая танцует «Умирающего лебедя». Плавные движения рук и ног, полнота чувств, - никак не скажешь, что на экране танцует 72-летняя балерина.
Она ответила на мой вопрос так: «На вопрос почему, я даже не знаю, что ответить. Просто у меня так всегда - с детства до сегодняшнего дня. Стоит зазвучать музыке, как мое тело само начинает двигаться. Я очень люблю танцевать. Вот и весь секрет. Я могу репетировать везде. Даже при отсутствии нормального зала для репетиций, я могу репетировать в гостиничном номере, в углу офиса - везде».
Действительно, так оно и было. Ее тело ритмично двигалось повсюду - и в лодке, когда она каталась с мужем, и на веранде на даче, и в большой комнате, рядом с репетирующим на рояле мужем.
Ее танец был излюбленным продуктом советской пропаганды. Естественно, СССР утверждал, что именно советская система способствует рождению подобных танцевальных талантов. Когда в Москву приезжали лидеры зарубежных государств, они обязательно шли смотреть «Лебединое озеро» с Плисецкой. Риббентроп, который приезжал в Москву подписывать секретный пакт между Советским Союзом и Германией, кубинский лидер Кастро и пр.. Когда в 1956 году приезжала японская делегация во главе с премьер-министром Хатаяма Итиро подписывать декларацию о возобновлении отношений, они из царской ложи смотрели этот балет, которым там гордился Советский Союз.
Именно потому, что она была гордостью государства, соответствующие органы мотали ей нервы по любому ее слову или телодвижению. В то время, когда она была на пике своей сценической формы, за ней 24 часа в сутки хвостом ходил шпик и ее не выпускали на зарубежные гастроли. И тогда она вышла замуж за Щедрина. «Если бы Вы были членом коммунистической партии, то было бы полегче, наверно?», - спросил я у Щедрина. На что он мне ответил следующее: «Коммунистическая партия была мне органически противопоказана. Мы не совпадали. Коммунистическая партия продавала идею равенства. Но в мире искусства равенства быть не может. Талант- это противоположность равенства. Поэтому сколько меня ни приглашали в Ком.партию, как ни угрожали, я так и не вступил». «Однако, и среди руководства СССР были понимающие люди. Серый кардинал КГБ Шелепин разрешил Майе выезд на гастроли заграницу после того, как получил от нее отчаянное прошение. Правда, после этого он практически сразу же лишился своего поста», - сказал Щедрин с легкой усмешкой.
С годами становится сложнее танцевать классические партии, которые танцуют в молодости. И в этом Щедрин ее спас. «Кармен сюита», «Дама с собачкой», «Анна Каренина», - все эти произведения Щедрин написал для Плисецкой. Сегодняшняя Плисецкая есть исключительно благодаря Щедрину. Мы весело потрапезничали домашним сыром, пивом, помидорами и огурцами с огорода. Как всегда, Плисецкая ела быстро и с аппетитом. Ее энергичный настрой передался даже и мне. В настоящее время Плисецкая и Щедрин живут в Литве и в Мюнхене. Они практически не возвращаются в свою московскую квартиру. На вопрос «почему Плисецкая, которая всю жизнь отдала Большому Театру, сейчас живет в разлуке с ним», мне сурово ответили, что не могут принять положение дел в Ельцинской России. «Сейчас Россия превратилась в страну преступников и иже с ними. Все стараются урвать государственное имущество. Только и слышишь вокруг: «деньги, деньги, деньги!»Нет никакого душевного спокойствия».
Интересно, что со значением «преступник», они использовали русское слово «жулик», что по-японски «господин Петэн». Еще интересно и то, что в эпоху, когда безвинно расстреляли ее отца, отправили в тюрьму ее мать, за ней самой следили 24 часа в сутки и не выпускали за границу, Плисецкая все равно оставалась в Москве. Многие деятели искусств сломались под предлогом того, что в СССР у них не было «свободы творчества». Но не Плисецкая. Она работала и творила при любых условиях. Ее было не прогнуть и не сломать. Она раскрывала свой талант и покоряла весь мир. Теперь Плисецкая решила жить не в Москве. Вероятно, они так и будут жить на своей даче в Литве. Мне рассказали, что они получили эту дачу в 1989 году. Тогда Первый секретарь КПСС Литвы Бразаускас после премьеры «Анны Карениной» предложил им пожить в Литве. Есть какая-то большая историческая ирония в том, что Прима-Балерина Большого Театра и композитор Щедрин стали жить в маленькой стране на окраине Европы, с которой начался распад Советского Союза».
Вас понравилось? Я считаю, что интересно посмотреть на историю и на исторических личностей с несколько другого угла. Когда я искала фотографии, то смотрела японский интернет и нашла несколько обложек биографии Майи Плисецкой на японском, адаптированных для детской аудитории. Мне даже стало как-то обидно и горько , что у нас таких книг нет, и ее фамилия не используется , как фамилия главных героев для аниме ( а в Японии используется). Получается, что сейчас наши русские дети практически не знают про Майю Плисецкую, тогда как японские знают.
Перевод: Светлана Хруцкая
Здесь можно прочитать еще одну главу из книги японского журналиста Кадзуо Кобаяси «Пуд соли».