НАЧАЛО
Вдруг из-за дома выскочил мальчишка лет трех, и, увидев, его, неожиданно заревел и кинулся назад в дом. И почти тут же вышла на крыльцо сестра Людмила, она с испугом посмотрела на него, а потом, всплеснув руками, тоже кинулась в дом, громко крича:
– Папа, папа, живой наш блудный сын, живой.
Но особой радости в ее голосе Дима не почувствовал. И тут на крыльцо вышел незнакомый мужчина, здоровый, широкоплечий. Он, улыбаясь, забасил:
– Да, друг мой, для Блудного сына ты неплохо выглядишь, заходи, хотя тебя здесь уже и ждать перестали.
Он спустился с крыльца и легко поднял его тяжелую сумку, будто она была пустая.
– Богатырь прямо, – уважительно подумал Дима, и тут удивился, – неужели это муж Люды, а парнишка их сын?
Дмитрий поднявшись на крыльцо, пошел за ним в дом, откуда пахло знакомым до боли запахом блинов. Дима понял, что очень хочет есть, ведь в дороге он только пил чай с шоколадкой, правда большой, но не такой, как в детстве. Он знал, что шоколадки стали меньше, а вот на сколько грамм меньше он не знал, как-то не обращал на это внимания. И тут он вдруг подумал, что приехал с пустыми руками, без подарков, но тотчас же решил, что теперь купит им то, что им надо без всякой заморочки о том, что именно выбрать в качестве подарка.
Отец лежал на кровати чуть прикрытый цветастой простыней, рядом с ним стояла мама и держала кружку, вероятно с чаем.
– Постарела , – подумал Дима и неуверенно сделал два шага к кровати, и
виновато произнес, – Здравствуйте!
– Смотри дед, живой ведь, паразит. Сколько лет мы переживали за него, – в сердцах сказала мама.
– А мог бы и пораньше приехать, а не трепать нам нервы, – не очень четко проговорил отец.
Но его интонация была сродни маминой.
– Простите, – виновато проговорил Дмитрий, – простите пожалуйста, дурак я был, правда, думаю, что я так до конца и не вылечился от своей дурости.
Он подошел к отцу и стал так, чтобы тот его увидел.
– Да ты хорошо выглядишь, – удивился отец, – никак за ум взялся?
– Так я ведь через месяц после своего ухода из дома Валерку Морозова встретил, он меня с собой на Север и забрал, но с условием, что я пить брошу. Вот я с ним и поехал, мне ведь идти-то было некуда. Там и работаю, и буду работать до тех пор, пока стаж северный не выработаю, к тому же я заочно университет заканчиваю в следующем году.
– А мы уже думали, что тебя в живых давно нет, корили с матерью друг друга за то, что выгнали тебя из дома, а ты-то жив-здоров, оказывается, – сердито сказал отец.
– Правильно сделали. Я ведь это только недавно понял, а первое время я злился на вас, да себя жалел. А потом, когда попал на Север, поработал там пару лет, до меня дошло, что так бы я и пропал здесь, в окружении дружков-алкашей. Хоть и понимал уже это и тогда, но обида всегда сидела где-то внутри меня. Виноват я перед вами, и перед тобой, мама, и перед тобой отец, да и перед тобой сестренка, представляю как тебе было стыдно перед всеми за непутевого брата. Я теперь уже не буду таким эгоистом, и вас чаще навещать буду.
Тут Дмитрий и рассказал родным о своих двух сновидениях в самолете и в поезде.
– Я весь ехал в Анапу, меня там невеста ждет, мы должны вскоре пожениться. Скорее всего в конце лета. А когда я проснулся в поезде после того, как увидел тебя во сне, папа, до нашей станции оставалось полчаса, я и решил, что именно этот сон все объяснил, то есть я понял, что вы меня ждете. Тогда я и решил, что обязан наконец-то разобраться в себе, попросить у вас всех прощения и помириться. И вот я здесь. Я приехал с пустыми руками, ведь решение навестить вас было очень неожиданным. Но вы решите, что вы хотите себе в подарок, и мы с Людой завтра поедем в город и все купим. И тут в комнату вошел мужчина с мальчиком, и всем сразу стало тесно.
Людмила представила брату мужчину:
– Это мой муж Геннадий, а это наш с ним сынок Максимка.
Потом его накормили и он вдруг неудержимо захотел погулять по родному селу:
– Схожу на речку, да и погуляю просто, а потом, отец, мы с тобой еще поговорим. Я соскучился по нашим с тобой прежним разговорам, ведь после того, как я пришел из армии, я как-то сразу отдалился от семьи, дурень. Мне ведь Валера Морозов сразу сказал, чтобы я в свой первый отпуск домой ехал, да мирился с семьей. А я заартачился, моя обида не давала мне покоя. Вот и пролетело почти шесть лет уже и Людмилка выросла, да и не просто выросла, а семью завела, опередив меня, став уже совсем взрослой. Мне теперь придется тебя Людмилой называть, сестренка.
– Эх, и летит же время, – проговорил отец, – поглядите, как Максимка растет, не по дням, а по часам, а мы, с тобой, бабка, только стареем.
– Такова жизнь, дорогой, и с ней не поспоришь, – философски заключила мама.
Выйди за ворота, Дима посмотрел вокруг, на улице никого не было. И он спокойно пошел по улице, но вот из-за угла выехала машина и поехала навстречу ему, но он шел по тропинке протоптанной возле домов пешеходами. Водителя он не узнал, а тот даже и не повернул голову в его сторону. Дима, облегченно вздохнув, пошел дальше. Он не был готов общаться с односельчанами. На речке никого не было, но он все же пошел чуть дальше, пройдя то место, где все жители села обычно купались. Дмитрий хотел одиночества, ведь в голове у него была сплошная путаница. Теперь, когда он увидел больного отца, его обида ушла и ее место заняло чувство вины.
– Ведь почти шесть лет родители страдали от неизвестности, даже думали о том, что меня уже и в живых нет, – с горечью подумал Дима, –, а я лелеял свою обиду все эти годы, а об их здоровье и не думал. Да, правильно сказал про меня этот Геннадий, что я блудный сын, – думал Дмитрий, шагая вверх по течению, там, в конце зарослей рогоза они с отцом и рыбачили обычно, когда он, Дима, был совсем маленький.
Это уже потом они уезжали далеко вверх по течению километров за восемь, и от этих воспоминаний в его душе потеплело. Он нашел и заветное место, где он с ребятами-одноклассниками купались, тогда он с Валерой Морозовым крепко дружил, а потом тот поступил в университет, а Дима пошел в армию.
Он разделся, повесил одежду на куст и кинулся в воду, будто хотел смыть с себя весь груз проблем, которые так тяготили его все последнее время.
Обратно Дмитрий шел другой дорогой, и в результате, как и планировал, вышел прямо к родной школе. Там уже ходили люди, но его никто не узнавал, ведь он очень изменился с той поры, как уехал отсюда. А теперь вот еще и бороду себе отрастил.
Но тут он вдруг увидел своего “кореша” Витьку. И узнал его он только по его шикарной рыжей , но увы, давно не мытой и нечесанной шевелюре, которая сейчас больше походила на грязную лохматую мочалку,
– Господи, спасибо тебе, что ты свел меня с Валерой, – вдруг вспомнил он покойную бабушку, которая и научила его молиться, – а то бы и я мог таким стать. Какой я был дурак, и он отвернулся от Витьки, боясь, что тот его узнает. Но Витька только старательно смотрел себе под ноги, пытаясь удержаться на ногах.
Глядя на Витьку, когда тот уже прошел мимо него, Дима думал:
– А ведь он считает, что он живет.
И Дима и торопливо пошел домой, уже ни на кого не глядя.
Свернув на свою улицу, Дима позвонил Кате, которой он вчера только сказал, что приедет чуть позже, так как решил заехать домой. Та обрадовалась, она знала о его ссоре с родителями, и держала их сторону, говоря, что они были правы, а его обиды надуманные:
– Ты обиделся себе в оправдание, а твои родители выгнали тебя, потому что ты вырос и должен был сам принимать решение, раз не захотел слушать их наставления о переходе на путь праведный. А ты проигнорировал заботу о себе. Вот и вырастил в себе громадную обиду. Ты должен был еще в первый свой отпуск приехать к ним и попросить прощения, успокоить их.
А сейчас Катя с интересом спросила:
– Ну так как вы встретились? Вы помирились?
– Да, помирились! Ты, Катюша, была права, и они тоже. Это я был упрямый дурень, но я покаялся, попросил прощения. Я они меня простили. Я здесь еще дня три побуду и приеду.
– Не торопись. Побудь побольше Они ведь так давно тебя не видели, а я подожду,– ответила Катя.
И они распрощались.
И вот он уже дома, и в первую очередь обнял мать, а затем закрылся с отцом и они почти целый час разговаривали. Ему Дима более подробно рассказал о своей жизни все эти годы.
На следующий день Геннадий повез их в город за подарками, список подарков был у мамы, которая давно уже не бывала в городе, и с удовольствием гуляла по торговому центру.
Вскоре этот список несколько удлинился, но Дима только радовался, доставляя родным удовольствие новыми покупками. Отцу же он купил крутой спиннинг и кучу всяких рыбацких принадлежностей.
– Это для того, чтобы он знал к чему ему надо будет стремиться, – радостно объяснял он Людмиле и матери, – ведь рыбалка всегда была для него самым лучшим отдыхом. Ничего, вот как только он начнет ходить, я с ним обязательно пойду на рыбалку.
– Ну это только на следующий год, – грустно сказала Людмила.
Мои дорогие подписчики, благодарю вас за лайки и комментарии! Добра вам и счастья!
Предлагаю вам обратить внимание и на другие мои рассказы: