Вероника вышла из школы, и к ней тут же подлетела подруга и одноклассница Юля, с которой Ника дружила с первого класса.
- Ник, всё в порядке? – спросила подруга. – Зачем Эмма просила тебя зайти к ней?
- Всё нормально, Юль. Мы просто поговорили, потому что Эмма заметила, что я очень расстроена.
- Ну я это тоже заметила, но подумала, что ты всё ещё очень переживаешь из-за мамы…
- Да, переживаю… Слишком мало времени прошло, тяжело всё это принять, - ответила Вероника, она не хотела рассказывать подруге о том, что отец ей не родной.
- Понятное дело,- вздохнула Юля. – У меня, когда бабушки не стало, я так долго переживала и плакала, а тут мама… А как твой папа?
- Плохо, он тоже сильно переживает. Взял отпуск, сидит дома целыми днями… Ладно, Юль, пойдём по домам, завтра контрольная по физике, нужно подготовиться. У меня ещё плавание сегодня. Хотя в последнее время мне почти ничего не хочется, но я заставляю себя. Это хоть ненадолго помогает отвлечься…
После разговора с Эммой Борисовной Веронике стало немного легче. Во всяком случае теперь она знала, что есть по крайней мере один человек, который в случае чего её поддержит. Девушке было страшно смотреть в будущее, потому что теперь она не знала, что её ждёт.
Возможно, после окончания школы ей придётся отказаться от своей мечты стать врачом и пойти работать, чтобы самой себя содержать. К этому времени она уже станет совершеннолетней. Можно будет найти работу и снять какое-нибудь жильё. Хотя бы комнату, если отдельная квартира будет не по карману.
Конечно, она имеет полное право оставаться жить в квартире, где прописана. Эту квартиру мать и отец покупали вместе, это не собственность Петра и поэтому выгнать неродную дочь он не может.
Но как жить под одной крышей с человеком, который заявил, что ты ему, оказывается, чужая? Видеться каждый день и чувствовать, что тебе здесь не рады, что ты являешься постоянным напоминанием о многолетней лжи покойной жены… Ника понимала, что сама не сможет жить в этом постоянном напряжении и атмосфере ненависти…
А пока всё же придётся как-то уживаться. Вероника понимала, что для начала ей нужно окончить школу, получить аттестат, а потом уже начинать полностью самостоятельную жизнь.
Но, наверное, придётся уже сейчас найти какую-то подработку. Кое-какие деньги у неё есть, мама, пока была жива, перевела Веронике на карту довольно крупную сумму денег. Наверное, чувствовала, что дочери эти деньги пригодятся. Сейчас, когда в отношениях с отцом пролегла пропасть, Ника больше не могла и не хотела просить у него деньги…
Когда хлопнула входная дверь, Пётр вздрогнул. Вероника… Мужчина, так же, как и Ника, не понимал, как себя теперь вести. Может быть, не следовало говорить дочери правду о том, что она ему не родная? Вчера он был так раздражён, когда Ника лезла к нему с этой своей заботой, что не сдержался и выложил ей всё…
А сегодня он понимал, что начинает жалеть об этом. Он злился и обижался на Елену, и выместил всю свою боль на Нике, которая была ни в чём перед ним не виновата… Потому что Елены уже не было, и высказать ей свои претензии, всё то, что он чувствовал, мужчина не мог. А Вероника оказалась рядом, вот и попалась, как говорится, под горячую руку…
Зря он так поступил, кто дёрнул его за язык… Но дело сделано, невозможно вернуть вчерашний день и исправить то, что хотелось бы изменить…
Вероника вошла в квартиру, сняла обувь и куртку, и сразу же прошмыгнула в свою комнату. Девушка переоделась в домашнюю одежду, прошла в ванну, чтобы вымыть руки, после чего отправилась на кухню. Из-за переживаний аппетита особо не было, но Ника понимала, что поесть нужно, иначе сил не на что не хватит. А ей ещё к контрольной готовиться и на плавание идти.
- Привет,- сказал Пётр, войдя на кухню, где Вероника разогревала вчерашние макароны с котлетой.
- Привет,- ответила девушка, не глядя на отца.
- Ты извини за то, что я вчера тебе наговорил… Наверное, не должен был…
- Ну почему же, ты сказал правду. И я тоже имела право знать, что я тебе чужая. Кстати, как мне к тебе обращаться теперь? Пётр Николаевич или можно дядя Петя? Я понимаю, что папой больше не могу тебя называть, тебе это будет неприятно… И, наверное, нужно теперь обращаться на «вы», раз мы друг другу чужие люди…
- Ника… я… - замешкался Пётр, садясь на стул. – Пойми, что мне сейчас очень непросто… Я так любил Лену… твою маму… я верил ей как самому себе, а она меня все эти годы обманывала… Думаешь, легко с этим жить?
- Мне тоже непросто, дядя Петя, - ответила Ника, выключив плиту и повернувшись к отцу.
Дядя Петя… Это так резануло слух Петра… Мужчина почувствовал, что ему неприятно это слышать. Он почему-то отчётливо вспомнил тот день, когда забирал Лену из роддома с новорождённой Никой. Как же он был счастлив в тот день, когда впервые взял на руки свёрток, в котором сладко спала, посапывая, маленькая Вероника.
- У нас самая красивая дочка на свете, - сказал он тогда Елене, любуясь своей малышкой.
- Конечно,- улыбнулась в ответ жена. – А как же иначе? Это же наша с тобой дочка…
А ведь Лена тогда прекрасно знала, что вручила мужу свёрток с чужим ребёнком. Знала и молчала. Улыбалась, глядя в глаза, и продолжала бессовестно лгать. Почему? Почему нельзя было сказать правду, что беременна от другого?
Пётр так любил её, что не бросил бы… И Нику, наверное, смог бы полюбить, зная, что он неродная… Просто не было бы всей этой многолетней лжи… И не было бы сейчас настолько больно и тяжело. Обида на покойную жену захлестнула Петра с новой силой…
- Дядя Петя,- тем временем продолжила Вероника. – Вы не волнуйтесь, у меня на первое время деньги есть, мама оставила. А так я планирую искать подработку, от вас зависеть я больше не буду. Как только окончу школу, постараюсь найти постоянную работу, сниму жильё и буду жить отдельно. Не стану мозолить вам глаза…
- Ника… я же не прогоняю тебя… Это квартира и твоя тоже… И ты ведь хотела поступать в медицинский…
- В медицинском, к сожалению, нельзя учиться заочно. А я не уверена, что смогу учиться очно и работать. Поэтому пойду в другой вуз, туда, где есть заочное отделение. Ничего, я как-нибудь справлюсь, дядя Петя… Вам не нужно за это переживать, я же вам чужая…
- Ника… - начал говорить Пётр, но в этот момент раздался звонок в дверь, и мужчина пошёл открывать.
Обрадовавшись, что отец ушёл из кухни, Ника решила быстренько поесть, через час ей нужно было уходить на тренировку по плаванию.
- Привет, братишка, ну как вы тут? – спросила Марина, сестра Петра, когда мужчина открыл ей дверь.
Марина была старше Петра на два года, недавно ей исполнилось сорок три. Женщина много работала и поэтому нечасто проведывала брата и племянницу, но отношения между ними всегда были хорошие. И с покойной Еленой Марина тоже была дружна…
Собственно, Пётр и познакомился с Леной через Марину. Женщины в то время вместе работали, и однажды, когда Пётр пришёл к Марине на работу, чтобы кое-что ей передать, он увидел Лену и понял, что пропал. Влюбился с первого взгляда, хотя раньше не верил, что это возможно…
- А, Мариш, привет… Ты чего без звонка? – удивился Пётр, поскольку сестра обычно всегда предупреждала о своём визите.
- Ну, вообще-то, я звонила тебе, - ответила Марина, проходя в квартиру. – Ты не отвечал.
- Прости, у меня телефон на беззвучном режиме со вчерашнего дня. Забыл звук включить.
- А Никуше я не стала звонить, она же в школе. У меня сегодня, в кои-то веки, выходной, вот и решила к вам заехать. Никуша уже дома?
- Да, недавно пришла.
- Вот и отлично. Я пирожки с утра испекла… Отнеси на кухню, пока я раздеваюсь…
- Тётя Марина пришла,- сказал Веронике Пётр, войдя на кухню.
- Я слышала,- ответила девушка.
- Может быть, при ней ты не будешь называть меня дядей Петей и выкать?
- А что это изменит? – пожала плечами Ника.
- Просто прошу тебя этого не делать.
- Ладно, я никак не буду называть вас в присутствии тёти Марины, но лучше расскажите ей правду. Иначе я сама это сделаю…
- Хорошо, я скажу… - вздохнул Пётр…
В этот момент на кухню вошла Марина.
- Никуша, привет, моя дорогая, - воскликнула она, обнимая племянницу. – Ну ты как? Как учёба? Справляешься?
- Всё хорошо, тёть Марина, справляюсь.
- Ты молодец, я это знаю. Всегда была трудяжкой. Пирожки будешь? Испекла твои любимые, с капустой и грибами.
- Спасибо, но я потом, у меня плавание сегодня. Я уже сейчас ухожу. Нужно перед тренировкой ещё кое-куда зайти…
- Жаль, что ты уже убегаешь, - искренне расстроилась Марина. – Ну да ладно, увидимся и поболтаем в другой раз.
- Конечно…
Марина всегда прекрасно относилась к Веронике, и Ника тоже любила свою единственную тётю, но сейчас девушка почувствовала неловкость. А что, если и Марина, охладеет к ней после того, как узнает правду?
Вероника солгала, никуда ей не нужно было заходить перед тренировкой, она просто решила прогуляться, чтобы не находиться дома. Пусть Пётр расскажет сестре правду, и Нике лучше при этом не присутствовать…
