Всё началось с одной книги, взятой случайно. А закончилось тем, что за полгода я прочитала девять. Так не бывало у меня ни с одной другой страной, ни с одной другой темой. Вьетнамская литература и нон-фикшн про Вьетнам обладают каким-то особым притяжением, которое я долго не могла объяснить себе.
Потом поняла. Это страна, где одно и то же событие описывается с четырёх сторон, и все четыре версии существуют одновременно. Это редкость в литературе. Это почти физически ощутимо при чтении.
Почему именно Вьетнам так пишется
Вьетнамская война, один из самых задокументированных конфликтов в истории. Со стороны американцев: мемуары, романы, журналистские репортажи, художественная проза. Со стороны вьетнамцев: государственный нарратив, диаспорная литература и всё, что между ними.
- И при этом нет единой версии. Ни одна из сторон не «победила» в нарративном смысле. Это и делает литературу про Вьетнам такой живой. Она не закрыта. Она продолжает спорить с собой.
Девять книг, которые я прочитала
«Sympathizer» Вьет Тхань Нгуен (2015, Пулитцеровская премия). Лучшая из девяти. Рассказчик, офицер коммунистического Вьетнама, внедрённый в лагерь южновьетнамских эмигрантов в США. Двойной агент, человек «ни там ни здесь». Это один из самых умных и неудобных романов, которые я читала за последние годы. Он не даёт утешения ни одной стороне.
«The Things They Carried» Тима О'Брайена (1990). Классика американской военной прозы. Сборник связанных рассказов о взводе в Вьетнаме. Написано так, что граница между художественным и документальным намеренно размыта. О'Брайен прямо говорит в одной из историй: «я не знаю, было ли это правдой, но это правда». Это не уловка. Это метод.
«When Heaven and Earth Changed Places» Ле Ли Хайслип(1989). Мемуары вьетнамской крестьянки, которая пережила войну, эмигрировала в США и написала о своей жизни. Это совершенно другой Вьетнам, не офицеры и стратеги, а деревня, рис, мать, предательство и попытка выжить между двумя армиями.
«Matterhorn» Карла Марлантса (2010). Военный роман в полном смысле слова: большой, плотный, физически достоверный. Марлантс писал его тридцать лет. Это заметно: книга знает, как пахнет джунгли в сезон дождей, как работает страх и как разрушается иерархия под огнём.
«Catfish and Mandala» Эндрю Фам (1999). Американец вьетнамского происхождения едет на велосипеде через Вьетнам. Звучит как тревел-нарратив, но внутри, сложная история о семье, вине и поиске страны, которой для него никогда не существовало. Одна из самых честных книг в этом списке.
«The Quiet American» Грэма Грина (1955). Написана до американского вмешательства, но предсказывает его с пугающей точностью. «Добрые намерения опасны», это тема, которую Грин разбирает холодно и безжалостно.
«Paradise of the Blind» Зыонг Тху Хыонг(1988). Первый вьетнамский роман, официально запрещённый во Вьетнаме. Три поколения женщин, коллективизация, потеря всего что было. Читается как удар.
«On Earth We're Briefly Gorgeous» Оушена Вуонга (2019). Письмо матери, которая не умеет читать. Вьетнамский иммигрант в Америке, тело, стыд, любовь. Это поэзия в прозе, и некоторые страницы я читала по три раза просто из-за языка.
«Дикие лебеди» Юн Чжан. Это не про Вьетнам, но я включила её как контекст: как Китай и его «культурная революция» формировали регион. Иногда нужна рамка, чтобы понять картину.
Что я поняла после девяти книг
Вьетнам в литературе, это место, где не бывает простых версий. Это не значит, что нет правых и виноватых. Это значит, что литература об этой стране не позволяет читателю успокоиться в одной позиции.
- Именно это захватывает сильнее любого романа с придуманным сюжетом. Когда читаешь О'Брайена, а потом Нгуена, а потом Хайслип, ты понимаешь: это одна и та же война, рассказанная тремя разными людьми, и ни один из них не лжёт. Это редкое читательское ощущение.
С чего начать? С «The Things They Carried», если хотите войти через американскую прозу. С «Sympathizer», если хотите сразу в полный разрыв. С «On Earth We're Briefly Gorgeous», если хотите, чтобы первые страницы остановили вас физически.