Найти в Дзене

Три «не надо» от древнего римлянина, которые сохранят людям 60+ молодость души

Друзья мои, здравствуйте! Сегодня я хочу поговорить с вами о том, о чем обычно молчат и о чем редко пишут в брошюрах о здоровье. Речь о том, как оставаться самими собой в золотое время нашей жизни. Вы знаете, я тут недавно перечитывал одного старого автора. Звали его Марк Туллий Цицерон. Жил он в Древнем Риме, а это, поверьте, очень давно. Умер он в возрасте 63 лет. Для того времени это был глубочайший старец, мудрец, которого слушали сенаторы и императоры. И он написал трактат «О старости». Казалось бы, две тысячи лет прошло, а читаешь и удивляешься: будто наш сосед по подъезду или мудрая подруга за чашкой чая рассказывает о наших с вами заботах. Цицерон был убежден: старость счастлива не тогда, когда человек дожил до седин, а тогда, когда он сумел построить свою жизнь правильно. И он дал три совета: трех вещей стоит избегать, чтобы старость не стала в тягость, а осталась временем свободы и покоя. Давайте разберем их по полочкам. Но не строго, а по-свойски. Первое. Избегайте безделья

Друзья мои, здравствуйте! Сегодня я хочу поговорить с вами о том, о чем обычно молчат и о чем редко пишут в брошюрах о здоровье. Речь о том, как оставаться самими собой в золотое время нашей жизни.

Полезно для Пенсионера
Полезно для Пенсионера

Вы знаете, я тут недавно перечитывал одного старого автора. Звали его Марк Туллий Цицерон. Жил он в Древнем Риме, а это, поверьте, очень давно. Умер он в возрасте 63 лет. Для того времени это был глубочайший старец, мудрец, которого слушали сенаторы и императоры. И он написал трактат «О старости». Казалось бы, две тысячи лет прошло, а читаешь и удивляешься: будто наш сосед по подъезду или мудрая подруга за чашкой чая рассказывает о наших с вами заботах.

Цицерон был убежден: старость счастлива не тогда, когда человек дожил до седин, а тогда, когда он сумел построить свою жизнь правильно.

И он дал три совета: трех вещей стоит избегать, чтобы старость не стала в тягость, а осталась временем свободы и покоя.

Давайте разберем их по полочкам. Но не строго, а по-свойски.

Первое. Избегайте безделья.

Звучит, наверное, странно. Мы столько лет работали, крутились, бегали на работу, вели хозяйство, растили детей. Кажется, вот оно счастье: лечь на диван и ничего не делать. День, второй, третий.

Цицерон говорил так: нет более тяжелого занятия, чем безделье. Это как ржавчина для железа. Когда мы останавливаемся, мы начинаем «закисать». И закисает не столько тело, сколько душа.

У нас ведь в голове есть такой внутренний огонек. Если его постоянно подбрасывать дровами в виде дел, интересов, маленьких шагов, он горит ровно и греет. Если дрова перестать подкладывать, огонек начинает слабеть, а потом и вовсе может погаснуть. И тогда начинается хандра. А хандра, как вы сами знаете, хуже любой простуды.

Но тут важно не перепутать. Речь не о том, чтобы надрываться, как в молодости. Речь о том, чтобы давать себе занятие, которое наполняет смыслом день.

Не можете копать огород, выйдите на лавочку, посидите, поговорите с соседкой. Но не просто «посидите», а станьте душой этой лавочки.

Моя знакомая, ей 78 лет, говорит: «Я встаю утром, и у меня должно быть что-то, что ждет меня. Не чай, не телевизор, а дело. Я разгадываю кроссворды. Но не просто так, а переписываюсь с девчонкой из Новосибирска, сверяем ответы. У нас целое сообщество».

Вот это и есть лекарство от безделья. Когда вы нужны хотя бы самому себе. Когда вы встаете с кровати не потому, что «надо», а потому что «интересно».

Второе. Не ворчите. Не сетуйте на возраст.

Ох, это, наверное, самое сложное. Цицерон был очень наблюдателен. Он заметил, что чаще всего люди делают старость несчастной не из-за плохих коленей или забывчивости, а из-за собственного характера. Он писал, что если человек всю жизнь был угрюмым и злым, то в старости он станет просто невыносимым брюзгой.

Но если вы человек светлый, то и возраст не сможет вас испортить.

Согласитесь, мы все встречали двух бабушек у подъезда. Одна говорит: «Ох, молодежь нынче не та, продукты не те, цены не те, давление не то, все плохо». А другая ей отвечает: «А вы посмотрите, какое небо сегодня голубое. А вон мальчишка соседский цветы для мамы купил. А в магазине я нашла тот самый кефир, как в детстве».

Они живут в одном доме, в одной стране, в одном возрасте. Но живут в разных мирах.

Избегайте привычки жаловаться. Это привычка, от которой можно отказаться. Попробуйте простую штуку.

Начинайте утро с фразы не «Ох, опять спина болит», а «Здравствуй, новый день! Что ты мне принес?». Боль никуда не денется, но вы перестанете делать ее главным героем своей жизни. А жизнь, поверьте, сразу становится легче.

Цицерон считал, что человек должен управлять своими чувствами, а не наоборот. В молодости мы часто злимся, обижаемся, суетимся. В зрелом возрасте у нас есть главное богатство, которого нет у двадцатилетних, это опыт и право на спокойствие. Мы имеем полное право не нервничать. Мы заслужили это право.

Третье. Не гонитесь за тем, что уже не нужно.

В старости, по словам Цицерона, человек часто выглядит смешным и жалким, если он пытается делать то, что уместно только юноше. Но речь тут не о том, чтобы надеть спортивный костюм (носите на здоровье, что нравится!), речь о суете.

Мы часто переживаем: а что скажут? А правильно ли я поступил? А может, надо было по-другому? Мы боимся, что нас не оценят, что мы опоздали, что что-то упустили.

Цицерон утешает нас: природа мудра. Она дала нам молодость для силы, зрелость для управления домом и семьей, а старость для спокойного созерцания и мудрых советов.

Не нужно пытаться догнать уходящий поезд молодости. Он уже ушел, и слава богу. Не нужно завидовать тем, кто бегает быстрее или поднимает тяжести. У вас есть то, чего нет у них: вы видите глубже, вы чувствуете тоньше, вы умеете прощать.

Избегайте лишних тревог. Вырастили детей, помогли внукам встать на ноги. Теперь наступило время, когда можно позволить себе быть немного эгоистами в хорошем смысле.

Хотите сидеть дома и читать книги, сидите. Хотите пойти на танцы, идите. Хотите молчать, молчите. Не оглядывайтесь на мнение соседей.

Цицерон говорил, что плоды старости это не сила, не быстрота, не мощь, а авторитет, рассудительность и спокойствие.

Что же нам с этим делать сегодня?

Друзья мои, я не случайно вспомнила этого римлянина. Посмотрите, как точно он подметил наши с вами сложности. Мы часто боимся старости, как болезни. Но это не болезнь, это этап. И на этом этапе мы наконец можем стать свободными.

Мы свободны от безделья, если найдем себе маленькое, но любимое занятие.
Мы свободны от ворчливости, если научимся замечать хорошее.
Мы свободны от ненужной суеты, если поймем, что нам уже не надо никому ничего доказывать.

Вы уже состоялись. Вы вырастили новое поколение. Теперь время жить для себя. Не для галочки, не для кого-то, а для собственной души.

Пусть у вас побаливают суставы, пусть иногда подводит память, но если в груди у вас горит огонек интереса к жизни, если вы не прячетесь от мира за шторками и обидой, значит, вы живете правильно.

Я хочу сказать: у нас с вами еще куча времени. Времени для неспешных прогулок, для хороших книг, для душевных разговоров.

Помните: мы не доживаем, мы живем. И это огромная разница.

Не позволяйте возрасту диктовать вам условия. Диктуйте вы сами. Начните с сегодняшнего дня. Сделайте что-то, что вам давно хотелось, но вы откладывали. Или просто улыбнитесь своему отражению в зеркале. Скажите себе: «Какая же я молодец! Столько лет, а я еще ого-го!».

Берегите себя. И пусть каждый ваш день будет наполнен не заботами, а радостью.

Вы с Цицероном и мной согласны? Вы брюзга или оптимист и альтруист? Не стесняйтесь, вступайте в диалог, ведь мы м Вами одно поколение и должны понимать друг друга.

Здравия вам, мои читатели, и побольше позитива в жизни! Весна на улице!

Присоединяйтесь к сообществу сверстников, обсуждайте новости про пенсии, общайтесь, заводите новых друзей, делитесь своим опытом.

После подписки обязательно нажмите на колокольчик, чтобы приходили уведомления о выходе новых публикаций.

Нажмите на колокольчик
Нажмите на колокольчик

Любите путешествия, загляните в гости ко мне на второй канал.