«Мама точно не одобрила бы мой поступок. Она бы обозвала меня квашнёй», — с грустью подумала Диана и охнула в момент очередного рывка автобуса.
Ольга Викторовна, мама Дианы, любила повторять:
— За своё счастье нужно бороться — никто его тебе не подаст на тарелочке с голубой каёмочкой.
Диане не было известно, приходилось ли её матери на практике применять эти правила. Но отец, Борис Николаевич, в прямом смысле заглядывал ей в рот. Он не считал унизительным для себя выполнять любое желание супруги и задабривать её подарками.
— Я готов превратить в праздник каждый день — лишь бы моя любимая женщина чувствовала себя счастливой, — не раз говорил он.
Отношения родителей являлись для Дианы эталоном. Поэтому она стремилась создать нечто подобное с Марком — но за восемь лет эта цель так и не была достигнута.
Женщине было жаль упущенного времени и несбывшихся надежд, но изменить суровую действительность она уже не могла — и не хотела. Ещё вчера по пути в банк она забежала в ЗАГС и подала заявление на развод.
В мыслях Яшиной вдруг прорвался весёлый голос водителя:
— Господа отдыхающие, пристегните ремни — мы идём на посадку!
Впервые за время пути в салоне раздался смех. Напряжение трудного пути спало, и пассажиры устремили взгляды вперёд — туда, где замаячили очертания комплекса «Сосны».
Вечером в день прибытия Диана связалась с подругой по мобильному:
— Файра, я ещё не успела освоиться, но первое впечатление у меня не очень.
Рубинова с вызовом спросила:
— Что опять не так?
— Убавь аппетиты. А то ты мне напоминаешь сказочную принцессу на горошине — та постоянно была чем‑то недовольна.
После такого начала у Дианы пропало желание рассказывать подруге о том, что ей не понравилось в оздоровительном учреждении. Фаине, видимо, тоже надоели капризы Дианы — и она больше не выходила на связь.
Зато на второй день неожиданно позвонил Марк. Он не говорил — орал:
— Ты специально мне такую подставу подстроила! И что я должен думать о тебе после этого?
Диана язвительно ответила:
— А мне фиолетово, что ты думаешь обо мне. Ты мне устроил неприятность в виде своей беременной чайки. Но поскольку мне отведена тобой роль вороны… Я тоже для тебя придумала маленький, но не приятный сюрприз.
— Надеюсь, тебя не долго держали в обезьяннике?
— Да ты знаешь, кто ты такая после этого? — голос Марка срывался на крик.
Далее он перешёл на нецензурную лексику, и Диана отключила мобильник. Но она была довольна тем, что её маленькая месть удалась. Марк ещё долго подбирал изысканные эпитеты, не замечая несущихся из трубки гудков.
Выходка жены возмутила его. Он не ожидал, что в голове рассудительной и покладистой Дианы созреет такой дерзкий план отмщения. Он вообще не ожидал ничего из ряда вон выходящего, когда с будущей женой стоял у дверей квартиры, в которой с прежней женой прожил целых восемь лет.
Ключ отказывался входить в замочную скважину. Марк был в недоумении:
— Не понимаю, в чём дело. Замок всегда работал безотказно.
Диана с ехидством заметила:
— Каков хозяин, таков и замок. Скажи, долго мне ещё торчать под дверью? Я устала и хочу есть. В моём положении противопоказаны нервные потрясения.
Нытьё любовницы в сочетании с неподатливым замком пробудили в Марке неукротимую звериную ярость. Сначала он со всего маху ударил ногой по дверному полотну, а потом попытался оказать давление, навалившись на дверь.
В этот момент появились люди в форме.
— Я здесь живу! Это моя квартира! — кричал Марк.
В качестве главного доказательства мужчина намеревался предъявить паспорт, но прибывшие без объяснений скрутили ему руки. Яну тоже вежливо попросили присоединиться:
— Гражданка, вам лучше добровольно пройти к машине. В отделении разберёмся, кто вы и зачем пытались попасть в чужую квартиру.
— Говорю вам, это моя квартира! В паспорте посмотрите прописку! — на весь подъезд кричал Марк о своих правах. Он грозился устроить разборки и своей «законной супруге».
На его вопли сотрудники охраны реагировали улыбками. Яну, учитывая её деликатное положение, отпустили сразу, а Марка продержали до утра.
Он сразу после задержания требовал дать ему возможность позвонить супруге, но Диана не отвечала. Только после третьей или четвёртой попытки он услышал её голос — однако душевного разговора не получилось.
Ничто не предвещало положительных перемен, и десятый день оздоровления в «Соснах» был похож своим началом на девять предыдущих. Словно эти дни были в заданном количестве отпечатаны на ксероксе.
Диана посмотрела на часы — было без четверти восемь. Но женщина не спешила вставать: она не хотела погружаться в этот нескончаемый день сурка.
В дверь её номера тихонько постучали. Несколько секунд спустя послышалось вкрадчивое:
— Дианочка, вы уже проснулись?
Она сразу узнала этот голос, но ответила с раздражением:
— Да, Игорь Евгеньевич, я уже проснулась, но на завтрак не пойду. Поэтому не теряйте времени из‑за меня.
Ранний визитёр взволнованно засопел:
— Разве так можно, Диана Борисовна? Пищу надо принимать по режиму. Без еды человек не может прожить — это следует учитывать.
Женщина тихо пробормотала под нос: «Да что же…» — но вслух она бодрым голосом заявила:
— А ещё человек не может прожить без воды, воздуха, сна и регулярного опорожнения кишечника. Кстати, проблемы с последним чаще всего наблюдаются у людей пожилого возраста.
Видимо, престарелый поклонник правильно понял её посыл: послышались его шаркающие шаги.
— Мой ухажёр потопал в столовую, — прокомментировала женщина.
Поскольку ранний гость отбил всякую охоту нежиться, пришлось поневоле включаться в дневной ритм пансионата. Но от похода в столовую Диана категорически отказалась: она не хотела пересекаться там с отставным генералом.
Игорь Евгеньевич с первого дня стал ухаживать за ней. В результате распределения они оказались за одним столом. Хотя, кроме Дианы, трапезу с единственным мужчиной делили ещё три женщины, Игорь Евгеньевич решил приударить за самой молодой.
Компаньонки с завистью посматривали на Диану. Одна дама, заметив, что она не слишком любезна с генералом, решила дать совет:
— Зря вы так, Дианочка. Игорь Евгеньевич — завидный жених, несмотря на его зрелый возраст.
Диана пыталась вести себя тактично, но у неё непроизвольно вырвалось:
— Да он перезрелый…
— Мой папа моложе генерала лет на десять, но не бегает за молоденькими, — ответила Диана.
Дама подозрительно посмотрела на неё, но от дальнейших рассуждений воздержалась. Больше никто не заводил разговоров на подобную тематику, но соседки по столу показательно игнорировали присутствие Яшиной. Утром они цедили сквозь зубы:
— Здравствуйте.
И на этом общение заканчивалось.
Впрочем, Диана не стремилась завести с ними дружбу. По сути, ей не с кем было заводить близких отношений в пансионате, где все отдыхающие были как на подбор — то есть из категории «60+». Яшиной ещё повезло в том, что она обитала одна в номере. Если бы не назойливость генерала, она бы спокойно выдержала двухнедельное заточение в лесу среди могучих сосен.
Но Игорь Евгеньевич буквально преследовал её и делал недвусмысленные намёки.
— Дианочка, жизнь пролетела, а я и не заметил. Супруга покинула меня семь лет назад, и я теперь как одинокий волк. Дочка с сыном не забывают, навещают меня, но делают они это исключительно из чувства долга. А мне хочется большего…
Страдания пожилого генерала не вызывали у неё в душе отклика. Она наивно полагала, что мужчина видит в ней дочь, но оказалось, что у Игоря Евгеньевича на неё другие виды.
Однажды генерал спросил:
— Дианочка, могу я вас пригласить на романтическое свидание?
Диану разобрал смех.
— Свидание? Игорь Евгеньевич, спасибо за оказанную честь…
Она поспешила к себе и потом весь вечер просидела в номере. Игорь Евгеньевич несколько раз стучал в её дверь:
— Дианочка, вы дома? Я хотел пригласить вас на танцы.
Самым любимым развлечением отдыхающих были танцы. Дамы тщательно готовились к мероприятию, а кавалеры потом выбирали себе партнёрш.
Ради приличия Диана тоже раза два сходила на танцы — и оба раза весь вечер её ангажировал отставной генерал. Диане было не удобно отказывать мужчине: всё‑таки уважаемый человек с большими звёздами на погонах. Но вчера она не ответила на стук престарелого ловеласа, а сегодня он снова искал с ней встречи.
После нескольких мучительных часов размышлений Диана решила, что ей пора возвращаться домой.
Она известила дежурную о своём экстренном отъезде:
— У меня отец заболел, надо срочно ехать.
Судя по выражению лица, дежурной было всё равно, по какой причине отдыхающие убывают раньше срока. Диана быстро упаковала чемодан и через чёрный ход покинула свой корпус. Из пансионата в райцентр, а потом на станцию регулярно ходил рейсовый автобус.
Яшина спешила к остановке, мысленно моля Всевышнего: «Только бы не встретить генерала…»
Водитель её сразу узнал:
— Уже домой? Так быстро?
— Я бы с удовольствием ещё отдохнула в этом чудесном местечке… Но обстоятельства.
Водитель понимающе кивнул:
— Не пытайтесь меня обмануть. Я здесь уже почти десять лет работаю и научился по лицам считывать мысли.
— Только диплома психолога мне не хватает. — А так бы мог за деньги проводить консультации.
В салоне повисла тишина, и молодая женщина уже представляла, как сядет в поезд и заснёт под монотонный стук колёс. Но автобус внезапно заглох.
Водитель разными способами пытался оживить транспортное средство, но автобус не откликался на его призывы. Пассажиры — а их в салоне было человек пять — с проклятиями в адрес автобуса двинулись к выходу.
— Неужели трудно нормальный транспорт купить? Бабки с отдыхающих стригут, а на необходимое жалеют!
— Так стригут не для того, чтобы автобусы покупать, а для того, чтобы было что в карман класть, — отозвался водитель.
Последняя шутка водителя на этот раз осталась без ответа. Диана покидала автобус последней, и водитель в отчаянии спросил у неё:
— Думаете, мне приятно, когда такие казусы происходят?
Молодая женщина не ответила на этот вопрос. Её тоже, как и водителя, переполняло отчаяние. Она тянула за собой чемодан и шептала вполголоса:
— Только бы не опоздать на поезд… Если не успею, придётся искать ночлег в этой глухомани.
Слёзы уже подкатывали к глазам, когда она услышала сзади шум приближающейся машины. Яшина стала активно размахивать руками:
— Остановитесь, пожалуйста!
Два предыдущих автомобиля проскочили мимо.
А этот остановился. Водитель выглянул в приоткрытое окошко:
— Девушка, вы рискуете — не все водители способны реагировать быстро.
— Вы остановились, чтобы прочитать мне лекцию? — спросила Яшина.
Водитель красноречиво вздохнул:
— Садитесь, только поживее, а то я опаздываю.
— Я тоже опаздываю на поезд, — ответила Диана и сама запихнула чемодан в багажник автомобиля. Благо, у неё был неплохой опыт управления легковым транспортом.
Водитель с улыбкой заметил:
— Ого, чувствуется рука профессионала. Ловко вы управились с багажом. Сами водите?
Она согласно кивнула:
— Угу, у меня внушительный водительский стаж. Долгое время я гоняла, если так можно выразиться, на разбитой машинешке, а потом отец подарил мне восхитительную машинку.
Мужчина удивился:
— Почему тогда не на своей? Сломалась тачка?
— Нет, моя лошадка отдыхает в городе, пока я поправляла здоровье в здешнем санатории, — пояснила Диана.
Мужчина рассмеялся:
— Теперь понятно, почему вы не в духе.
Диана оторвалась от созерцания мелькающих за бортом осенних пейзажей:
— Вам тоже доводилось отдыхать в «Соснах»?
Водитель интенсивно замотал головой:
— Нет, такого счастья мне пока не выпадало. Но у компании, в которой я работаю, был подряд на проведение ремонтных работ этого комплекса. Я тогда только выпустился после института, а меня сразу в бригадиры выдвинули. Очень я собой гордился. Правда, то был единственный случай резкого взлёта — впоследствии пришлось нередко проталкиваться с помощью локтей, чтобы подняться на ступеньку повыше.
Расспрашивать подробности жизни незнакомого мужчины было неудобно, и Диана снова уставилась в окно.
По прибытии на станцию она хотела расплатиться с мужчиной, который оказал ей услугу, но он наотрез отказался брать деньги:
— Я извозом не занимаюсь, просто мне было по пути, поэтому я вас подвёз.
Диана протянула мужчине руку:
— Огромное вам спасибо. Вы меня здорово выручили.
Он не выпускал её руку:
— И вам спасибо за приятные минуты общения. Кстати, меня Георгием зовут, но для друзей я Жора.
— Диана, — ответила Яшина и ощутила, как загорелось от подступившего жара лицо.
Чтобы скрыть смущение, она поспешила к стационарному зданию, у входа обернулась — но машины Георгия уже не было.