Кому не известны эти строки из знаменитого стихотворения «Левый марш» Владимира Маяковского?
Разворачивайтесь в марше!
Словесной не место кляузе.
Тише, ораторы!
Ваше
слово,
товарищ маузер.
Хотя самозарядный пистолет Mauser C96 с деревянной кобурой-прикладом был разработан братьями «Маузер» ещё в 1895 года в Германии, именно в России он стал символом Гражданской войны. Едва ли не каждый второй революционный матрос или комиссар в кожанке во многих советских фильмах носит это оружие (пусть это останется на совести кинорежиссёров).
Однако, это – расхожий штамп!
Как символ новой большевистской власти «Маузер» выглядел внушительно – грозный, большой и тяжёлый. Уж очень зрелищно и убедительно это оружие выглядит в кадре.
Один из героев фильма Глеба Панфилова «В огне брода нет» (1968) комиссар Иван Игнатьич Евстрюков (актёр Анатолий Солоницын) вспоминает:
- А ты знаешь, где я до фронта служил?
- Где?
- В ревтрибунале, председателем.
- Ну?
- Маузер у меня был. И знаешь, как меня уважали?
- Как?
- Умником звали, советовались. Не все, конечно, но советовались. По фуражу, по хозяйству, по военной части. Актёры ходили. Тоже советовались. Вначале-то мне, дураку, лестно было. А после смекнул, что ходят люди советоваться не ко мне.
- А к кому же?
- К маузеру моему...
Тем не менее, личным оружием по штату являлся в основном 3-линейный револьвер «Наган» образца 1895 года (имелись «солдатская» и «офицерская» модели). Если хоть иногда, очень редко, в фильмах показывали, как заряжают и чистят «Наган», то таких подробностей с «Маузером» старались избегать по непонятной причине. И вообще, не известно, умел ли какой-нибудь революционный матрос вообще его разбирать.
Чуть позже, в 1930-е годы, «Наган» стал «кровавым оружием» НКВД. Именно им чекисты приводили в исполнение смертные приговоры (как правило, выстрелом в затылок). Собственно, он и разрабатывался для стрельбы с дистанции 25+ м. На таком расстоянии револьвер был очень точным.
Матрос, в отличие от вчерашнего мужика в пехотной шинели – всё же профессиональный военный и, к тому же, неплохой специалист. На флоте подчас приходилось знать различные устройства и механизмы куда сложнее «Маузера». Это устройство было для тех, у кого «руки растут из плеч», его любили все профи. Деревянная кобура, которая подчас болталась ниже колена, это приклад, который пристегивался при ведении огня на дистанции.
До Первой мировой войны «Маузер» закупали как гражданское оружие, а во время - выдавали лётчикам, экипажам броневиков и какой-то части флотских экипажей. Даже в 1905 - 1907 гг. «Маузер» использовали революционеры для баррикадных боёв, а кавказские абреки его весьма уважали.
Несмотря на регулируемый прицел до 1 км, реальная меткость «Маузера» редко превышала 100 м, и только с кобурой-прикладом. Это был своеобразный маркетинговый ход немецких братьев-фирмачей. Кстати, ещё один штамп историко-революционных фильмов - перекрещённые пулемётные ленты на груди, которые носили больше для всяких понтов. В качестве патронташа неудобно, поскольку винтовку по одному патрону приходилось заряжать при отсутствии обойм.
Несколько десятков тысяч таких пистолетов растащили со складов во время революции, и комиссары, чекисты и матросская братва очень охотно ими вооружались.
Однако, в армии всё же «Маузер» большого распространения не получил. Пистолет в деревянной кобуре был очень дорогим изделием и уже по этой причине не мог получить широкого распространения. К тому же из-за своей массивности «Маузер» нередко служил наградным оружием.
«Маузер» был т.н. «рекомендованной системой». Это означало, что если офицер покупал его на свои средства, то ему разрешалось носить пистолет в строю. Однако стоил он около 50-ти рублей, плюс около десяти рублей принадлежности и двенадцать рублей комплект патронов. На жалование поручика (70 руб.) не особо разгуляешься. К тому же «Наган» ему полагался даром, а генералом тяжёлый пистолет был уже не нужен был. Вот и оказалось, что к началу Февральской революции магазины были затоварены этими системами («Парабеллумам», «Маузер» и «Браунинг»). И после погромов оружейных складов всё это добро попало в руки разного рода маргиналов. Так «Маузер» стал символом революции.
Судя по количеству выпущенных единиц (950 000 шт.), модель Mauser C96 оказалась коммерчески успешной и производилась 40 лет (с 1897 по 1938 гг.). Видимо, мощность и дальность выстрела, сравнимые даже с некоторыми карабинами, сыграли свою роль.