Мы добрались до краеугольного камня многих процессов, которые так или иначе описываем на данном канале. Это процесс парентификации. Он же синонимичен вторичному симбиозу и инверсии ролей в семье.
Парентификация лежит в основе
- Передаваемых от бабушек, дедушек и мам-пап моделей поведения,
- Эмоциональной зависимости между родителями и их взрослыми детьми,
- Сложности с сепарацией от родителей,
- Неосознаваемого (необъяснимого) и незавершенного горевания,
- «Синдрома годовщины»,
- Повторяющихся негативных сценариев своей жизни,
- Страха немощности, беспомощности,
- А также ощущения невозможности справиться с собой.
Парентификация подразумевает, что в детском возрасте ребёнок вынужден был расщепиться на сверх-адекватного себя и критикующего горюющего родителя. Об этом дальше.
Однако система не была бы системой, если бы этот процесс не затрагивал и реального родителя. Так что не только ребёнок начинает играть во взрослость, но ещё и взрослый деградирует до ребёнка тотально или в каких-то жизненных сферах. Две отдельные личности начинают функционировать как одна, отказываясь от своих противоположных эго-состояний.
Мы помним, я надеюсь, что эго-состояния есть 3: состояние родителя, взрослого и ребёнка.
Состояние родителя – это такие правила, нормы, предписания, запреты и разрешения, ограничения, мораль и так далее. Взрослый – это контакт здесь и сейчас, аналитика текущего, принцип реальности. Внутренний ребёнок следует за принципом удовольствия. Это основной источник нашей витальной энергии, удовольствия, радости жизни, но не принимающий на себя ответственность.
Важно понимать, что никакое из состояний мы потерять-таки не можем. Просто в одном случае в личности побеждает родитель и тогда всё детское становится невозможным. А в другом побеждает ребёнок и все правила и ответственность отчуждаются. В любом случае, кто бы ни победил, внутренний взрослый не вступает в игру, когда балом правит ребёнок или родитель. Так что в итоге мы получаем двух людей без сильного взрослого внутри.
А взросление, т.е. реализация внутреннего взрослого, — это следование принципу полезности и целесообразности. Разумеется, не в ущерб остальным. Но полезность замысливается как стратегическая ценность. И если взрослый не проявляется, человек, будь то в детском полюсе, или в родительском, остаётся не до конца адаптивным в реальности. Так что в таких семьях ни ребёнок, ни родитель не являются взрослыми. И превосходство одного над другим абсолютно умозрительно.
Для инверсии ролей необходим пусковой механизм в виде горя. Об этом можно почитать статью. И подпитывает дальнейшую парентификацию как раз ощущение, что взрослый не справляется.
Важно отметить, что не справляется он не столько по-хозяйски, сколько личностно. Психика может с чем-то не справляться, но прощать себя за это и не создавать стыд вокруг своего отчаяния.
Однако родители, склонные к симбиозу, не просто не справляются с чем-то на уровне поведения. У них есть чувство, что такого с ними не должно происходить. Они испытывают униженность и поражение. Они саботируют реальность. Фактически отказываются справляться, потому что, если начнут, как будто покажут реальности, что большего не достойны. Не справляются и из-за того, что событие для них слишком тяжелое, а ещё и из-за того, что отказываются справляться.
Так что, нарциссическая структура семейного взаимодействия здесь будет присутствовать.
При этом вопрос «а судьи кто» остаётся открытым. Тяжело и отчасти абсурдно со стороны говорить, как правильно справляться в случае большой утраты, предательства, бедности и т.д. Мы сейчас на этом останавливаться не будем. Однако укажем, что ключевое в «справлянии» — это способность к расширению и нахождению новых смыслов. Что, естественно, требует времени, но на это по крайней мере нужно настраиваться. В таком случае ребёнок не станет для родителей складом непереработанных аффектов.
В противном случае не родитель будет контейнировать чувства ребёнка, а наоборот. И, когда ребёнок утешает, успокаивает, приносит смысл жизни родителю, он забывает, как это делать для себя.
Парентификация может быть инструментальной, а может быть эмоциональной. Инструментальная предполагает, что ребёнок должен подхватить какие-то бытовые задачи, которые ему не по возрасту, например, ухаживать за младшей сестрой. Не просто присмотреть, а делать дела ЗА маму. Так тоже бывает. Но инструментальная парентификация может приносить меньше вреда психике ребёнка, поскольку ему при этом не запрещают временами отыгрывать своё детство.
А вот эмоциональная парентификация, т.е. требование экстремально быстро развить эмпатию, навыки считывания состояния другого, представление о том, как ему помочь, как его утешить, — главное место драмы. Ребёнок в таком случае должен не фокусироваться на задачах возраста (которые, как известно, далеки от родительских ожиданий), а перенаправить все свои силы на развитие тех компетенций, которые нужны для поддержания эмоционального состояния родителям.
И рано или поздно его усилия вознаграждаются: родителю становится лучше. Ребёнок опять-таки берёт это на свой счёт и начинает помогать с удвоенной силой. Где-то бессознательно он это делает не просто, чтобы родителю стало лучше, но чтобы и родитель начал давать ребёнку то, чего он был лишён всё это время.
Вот внутренний монолог парентифицированного человека:
- Я справлялся с тем, с чем не справлялся родитель, значит, мои границы неопределённы и равны бесконечности.
- Меня никто не учил справляться с фрустрацией. Никто меня не примирил с мыслью, что в жизни бывает разное и что всё это можно пережить.
- Наоборот, пугали, что есть что-то, что может меня добить. Я должен доказать родителям, что это не так.
- Значит, я ни в коем случае не должен сдавать позиции.
Как часто бывает в жизни, с таким подросшим ребёнком происходит то, что заставляет его соприкоснуться с горем или большой фрустрацией. И у него есть как будто 2 варианта: либо сорваться, как родитель, либо снова превзойти его ценой выгорания.
Откуда выгорание и как всемогущий ребёнок становится своим критикующим горюющим родителем – в следующей статье.
Подборки всех статей по тематикам:
Работа с чувствами (кроме боли)