После суда жизнь вошла в спокойное русло.
Дима исчез. Нина Петровна говорила, что он уехал в другой город, пытался начать всё заново, но как у него дела — не знала. Он не звонил ни ей, ни тем более Ане.
— Может, и к лучшему, — вздыхала свекровь. — Меньше знаешь — меньше переживаешь.
Аня не переживала. Ей было всё равно.
В кофейне кипела жизнь. Катя и Артём отлично справлялись, и Аня наконец-то могла позволить себе не стоять за стойкой с утра до ночи. Она занималась развитием: придумывала новые рецепты, договаривалась с поставщиками, иногда проводила мастер-классы для тех, кто хотел научиться варить идеальный кофе.
— Ты превращаешься в кофейного гуру, — шутил Александр.
— Я просто люблю своё дело.
Миша ходил в третий класс. У него появились новые друзья, и теперь в кофейне после школы часто собиралась целая компания. Аня выделила им отдельный столик в углу, где они делали уроки, играли в настольные игры и, конечно, пили какао.
— Мам, а можно мы будем здесь тусоваться? — спросил Миша как-то.
— Можно. Но если будете шуметь — выгоню.
— Не будем! — пообещал он и тут же побежал договариваться с друзьями.
Александр приходил теперь раньше. Его практика позволяла работать удалённо, и он всё чаще сидел в кофейне с ноутбуком, попивая американо и поглядывая на Аню.
— Ты отвлекаешь, — говорила она.
— Я вдохновляю.
— Чем?
— Своим присутствием.
Она закатывала глаза, но улыбалась.
---
Однажды вечером, когда кофейня закрылась, а Миша уснул дома под присмотром Нины Петровны, Александр сказал:
— Ань, у меня есть идея.
— Опасная?
— Смотря как посмотреть.
Он достал из портфеля какие-то бумаги.
— Что это?
— Проект. Я хочу открыть вторую кофейню.
Аня замерла.
— Что?
— Вторую. В другом районе. Там хорошее место, я присмотрел. Помещение свободно, аренда недорогая. Если мы возьмём его, сможем расшириться.
— Саша, это огромные деньги. И риски. И вообще...
— Я всё посчитал. — Он разложил бумаги перед ней. — Смотри. У нас стабильный доход, постоянные клиенты, отличная репутация. Катя и Артём могут работать посменно, а на новом месте мы найдём людей. Ты будешь контролировать оба заведения.
— Я?
— Ты. Ты же у нас главный кофейный мастер.
Аня смотрела на цифры, графики, расчёты.
— Ты серьёзно?
— Серьёзно. Я давно думал об этом. И знаешь... — Он запнулся. — Это как подарок тебе. И бабушке.
— Бабушке?
— Она мечтала, чтобы у тебя было своё дело. А теперь у тебя будет два. Думаю, она бы гордилась.
Аня молчала долго.
Потом подняла на него глаза.
— Ты правда считаешь, что у нас получится?
— Правда.
— А если нет?
— Тогда попробуем ещё раз. — Он взял её за руку. — Ань, мы справились с судом, с Димой, с открытием первой кофейни. Справимся и с этим. Вместе.
Она улыбнулась.
— Ты неисправимый оптимист.
— Я реалист, который верит в тебя.
Она поцеловала его.
— Давай попробуем.
---
Следующие полгода пролетели как один день.
Поиск помещения, ремонт, закупка оборудования, найм персонала. Аня разрывалась между двумя точками, но Александр помогал везде. Он взял на себя все юридические вопросы, переговоры с арендодателями, оформление документов.
— Ты мой личный адвокат, — шутила Аня.
— Твой личный всё, — отвечал он.
Вторую кофейню назвали просто — «Сашина». Аня настояла.
— Это нечестно, — говорил он. — Первая в честь твоей бабушки, вторая в честь меня? Перекос.
— Никакого перекоса. Ты это заслужил.
Открытие назначили на первое июня — День защиты детей. Символично, потому что главным ребёнком в их жизни был Миша.
— А мне можно будет там работать? — спросил он.
— Можно. Будешь главным дегустатором.
— А что я буду дегустировать?
— Какао. Много какао.
Миша довольно засмеялся.
---
Открытие прошло с размахом.
Пригласили всех: постоянных клиентов, друзей, соседей, знакомых. Света организовала фуршет, Нина Петровна испекла свой знаменитый пирог. Кто-то принёс цветы, кто-то — смешные таблички для фотозоны.
Аня стояла у входа и смотрела, как люди заходят внутрь. Новая кофейня была меньше первой, но уютнее — с мягкими диванами, живыми цветами на подоконниках и большой доской для записей, где посетители могли оставлять пожелания.
— Нравится? — спросил Александр, подходя сзади.
— Очень. — Она обернулась. — Спасибо тебе.
— За что?
— За то, что верил. За то, что был рядом. За всё.
— Это тебе спасибо. — Он поцеловал её. — За то, что согласилась.
Миша подбежал к ним, запыхавшийся.
— Мам, пап, там торт! Можно я первый кусок?
— Можно. Только не весь.
— Я только попробую!
Он умчался обратно.
— Счастливый, — улыбнулась Аня.
— Мы все счастливые.
Они вошли внутрь, где их ждали гости, тосты и долгий вечер.
А вечером, когда все разошлись, а Миша уснул прямо на диване в углу, утомлённый впечатлениями, они сидели вдвоём и пили кофе.
— Помнишь наш первый вечер в кофейне? — спросила Аня.
— Помню. Ты боялась, что кофе невкусный.
— А он оказался вкусным.
— Потому что ты его варила.
— А ты его пил. И улыбался.
— Я уже тогда влюбился.
— Врёшь.
— Не вру. — Он посмотрел на неё серьёзно. — Я тогда подумал: вот она, женщина, с которой я хочу быть. Сильная, красивая, упрямая. Которая не сдаётся.
Аня молчала, смотрела на него.
— А я тогда подумала: вот он, мужчина, которому можно доверять. Который не предаст.
— Не предал?
— Нет.
— И не предам.
Они сидели в тишине, слушая, как посапывает Миша, и глядя на огни ночного города за окном.
— Знаешь, — сказала Аня, — я иногда думаю, что было бы, если бы я не пришла к тебе тогда. Если бы Света не дала твой номер.
— Ты бы нашла другого адвоката. Выиграла суд. И жила бы дальше.
— А ты?
— А я бы так и сидел в своём офисе, пил остывший кофе и думал, что всё в жизни правильно, но чего-то не хватает.
— Не хватало?
— Тебя. — Он улыбнулся. — Мне всегда тебя не хватало. Я просто не знал об этом.
— Саша...
— Что?
— Ты самый лучший. Правда.
— Я знаю. — Он чмокнул её в нос. — Шучу. Я просто очень стараюсь быть для тебя лучшим.
— Получается.
Они замолчали.
За окном проехала машина, осветив фарами витрину. Где-то залаяла собака. Обычный вечер. Обычная жизнь.
Но для них — самая лучшая.
---
На следующее утро Аню разбудил звонок.
— Алло?
— Анна Викторовна? — незнакомый голос. — Это из школы. У нас тут Миша... он подрался.
— Что? С кем? Он цел?
— Цел, не волнуйтесь. Но драка серьёзная. Приезжайте, пожалуйста.
Аня вскочила, на ходу натягивая джинсы.
— Саша! Вставай! В школу надо!
Через полчаса они были на месте.
Миша сидел в кабинете директора, насупившись, с разбитой губой. Напротив — какой-то мальчик, тоже помятый, и его мама — женщина с напряжённым лицом.
— Что случилось? — спросила Аня, подходя к сыну.
— Он обзывался, — буркнул Миша, не поднимая головы.
— Кто обзывался?
— Он. — Миша кивнул на мальчика. — Говорил, что у меня нет отца. Что папа меня бросил. А Саша — не настоящий.
Аня замерла.
Директор вздохнул.
— Мы уже разобрались. Мальчик действительно сказал Мише обидные вещи. Но драка — не метод.
— А что метод? — вдруг подал голос Александр. — Когда тебе говорят, что твой отец ненастоящий, что ты должен делать?
Директор посмотрел на него.
— Вы...?
— Я его отец. — Александр подошёл к Мише, положил руку ему на плечо. — Настоящий.
Мальчик и его мама переглянулись.
— Извините, — сказала женщина тихо. — Мы не знали. Мой сын... он просто повторяет то, что слышит дома. У нас тоже непростая ситуация.
— Это не оправдание, — жёстко сказал Александр. — Ваш сын обидел моего. Я хочу, чтобы он извинился.
Мальчик посмотрел на мать, потом на Мишу.
— Извини, — буркнул он. — Я не хотел.
Миша поднял голову, посмотрел на него.
— Ладно. Но ты больше так не говори. У меня есть папа. Самый лучший.
Мальчик кивнул.
В машине, когда они ехали домой, Миша сидел молча.
— Ты как? — спросила Аня.
— Нормально.
— Губа болит?
— Немного.
— Молодец, что заступился за правду, — сказал Александр, глядя в зеркало заднего вида. — Но драться всё-таки не надо. Можно словами.
— А если словами не получается?
— Тогда зови взрослых.
— Я позвал. Учительница пришла, когда мы уже подрались.
— Ну, в следующий раз зови сразу.
Миша подумал.
— Пап, а ты правда мой настоящий папа?
— Правда.
— А тот, другой?
— Он просто человек, который когда-то был твоим папой. Но настоящий — я.
Миша кивнул, успокоившись.
— Хорошо.
Дома Аня обработала ему губу, напоила чаем с малиной и уложила смотреть мультики.
— Тяжёлый день, — сказала она, выходя на кухню к Александру.
— Бывает.
— Ты молодец. Как ты с ним говорил... я чуть не расплакалась.
— Я серьёзно. Он мой сын. И я никому не позволю его обижать.
— Даже если он сам дерётся?
— Даже тогда. — Александр улыбнулся. — Хотя драться, конечно, нехорошо. Но характер есть характер. В кого бы это?
— В меня, наверное. Я в детстве тоже дралась.
— Не удивлён.
Она шутливо толкнула его в плечо.
— Сам такой.
— Сам такой, — согласился он. — Потому мы и вместе.
---
Вечером позвонила Нина Петровна.
— Как Мишка? — спросила она. — Мне сказали, драка?
— Уже нормально. Губа разбита, но в остальном цел.
— А из-за чего?
— Из-за того, что мальчик сказал, что у него нет отца.
Нина Петровна помолчала.
— Это из-за Димы, да?
— Наверное. Дети же слышат, что говорят взрослые.
— Ань, я хочу тебе сказать. — Голос свекрови дрогнул. — Ты прости меня, если что не так. За то, что Дима таким вырос. Я старалась, но видно, не додала чего-то.
— Вы здесь ни при чём. — Аня вздохнула. — Он сам выбирал, как жить.
— Знаю. Но всё равно больно.
— Вы нам не чужая. Вы бабушка Миши. И мы вас любим.
— Спасибо, дочка. — Нина Петровна всхлипнула. — Спасибо.
Они попрощались.
Аня вернулась на кухню, где Александр мыл посуду.
— Всё хорошо?
— Да. Она переживает.
— Понятно. — Он вытер руки. — Слушай, у меня идея.
— Опять?
— На этот раз простая. Давай съездим куда-нибудь на выходные. Втроём. Отдохнуть.
— Куда?
— На природу. Домик в лесу, костёр, шашлыки. Мишка будет в восторге.
Аня задумалась.
— А кофейни?
— Кофейни переживут два дня без тебя. Катя и Артём справятся. Ты заслужила отдых.
— Мы заслужили, — поправила она.
— Хорошо, мы заслужили. Едем?
— Едем.
---
В пятницу вечером они загрузили вещи в машину и отправились за город.
Миша всю дорогу прилипал к окну, разглядывая проплывающие леса и поля.
— А там медведи есть? — спрашивал он.
— Нет, медведей нет.
— А волки?
— И волков нет.
— А кто есть?
— Белки. Зайцы. Может, лиса.
— Лиса — это круто. Я хочу увидеть лису.
— Увидишь, — пообещал Александр.
Домик оказался маленьким, но уютным — с печкой, деревянными стенами и большими окнами в лес.
— Вау! — закричал Миша, выбегая на крыльцо. — Здесь классно!
Он тут же убежал исследовать окрестности.
— Недалеко! — крикнула Аня вслед.
— Не волнуйся, — сказал Александр, разгружая сумки. — Территория огорожена.
Они разожгли костёр, пожарили сосиски, испекли картошку в золе. Миша сидел у огня, смотрел на искры, улетающие в небо, и молчал.
— О чём думаешь? — спросила Аня.
— О том, что хорошо, — ответил он просто. — Что мы вместе.
Аня и Александр переглянулись.
— Мы тоже так думаем, — сказал Александр.
Ночью, когда Миша уснул, они сидели на крыльце, укутавшись в один плед, и смотрели на звёзды.
— Знаешь, — сказала Аня, — я раньше думала, что счастье — это что-то большое. Победа, успех, признание. А теперь понимаю — оно в этом.
— В чём?
— В тишине. В звёздах. В том, что Мишка спит и ему хорошо. В том, что ты рядом.
— Это и есть счастье, — согласился Александр. — Просто быть вместе.
Он поцеловал её.
Где-то в лесу ухнула сова.
— Слышал? — шепнула Аня.
— Слышал.
— Страшно?
— С тобой — нет.
Она улыбнулась и прижалась к нему крепче.
---
В воскресенье вечером они вернулись домой.
Миша всю дорогу спал на заднем сиденье, утомлённый свежим воздухом и впечатлениями.
— Хорошо съездили, — сказала Аня.
— Очень.
— Надо почаще так выбираться.
— Надо.
Она посмотрела на него.
— Я тебя люблю.
— Я тебя тоже. — Он взял её за руку. — Знаешь, я иногда просыпаюсь и думаю — не сон ли это?
— Не сон.
— Точно?
— Точно. — Она сжала его пальцы. — Это наша жизнь. И она настоящая.
Он улыбнулся и поцеловал её руку.
Впереди был понедельник, работа, заботы. Но это было не страшно.
Потому что всё это — вместе.
А у меня премьера! Книга с огромным миром и живыми героями. Лихолетье. Наемница князя
Если что я в ТГ. и в ВК (не теряемся!)