Британская франшиза Tony and Guy закрыла один из двух салонов на Казанской. Nail Sunny свернула последнюю точку в городе — выручки хватало только на налоги, признаётся владелица сети. Громкие имена уходят тихо, без объявлений и прощальных акций.
Индустрия красоты в Петербурге переживает не лучшие времена. Салоны закрываются, мастера массово уходят из найма, клиенты приходят реже и тратят меньше.
Пустой кошелёк
Элеонора Мовсисян, собственница сети Nail Sunny, объясняет просто: платёжеспособность падает стремительно. Многие отказываются от маникюра и других процедур — видим это и в Петербурге, и в Москве.
Президент Ассоциации индустрии красоты Лялля Садыкова добавляет ещё один штрих: сейчас моден образ clean girl, естественная красота без излишеств. Только вот за трендом часто скрывается банальная экономия. Клиент говорит о натуральности, хотя по факту ему важно сберечь деньги.
В эконом- и комфорт-классе аудитория сокращается. В премиум-сегменте клиенты меняют поведение: приходят реже, отказываются от дополнительных услуг.
Даже успешные игроки признают стагнацию. Салон «Массон-Харебов» увеличил выручку с 165 до 252 миллионов рублей за три года, но руководитель Кристина Массон фиксирует перемены: посетители расстаются с деньгами неохотнее, чем раньше. Работаем в среднем ценовом сегменте, цены не повышали, но скоро придётся.
Глава премиального Prive7 Вероника Плеханова утверждает, что частота визитов не изменилась. Зато клиенты резко сократили покупки косметики — а это важная часть дохода салонов. Приходится работать точечно, напоминать, что пора на процедуры.
Мероприятия, коллаборации, реклама подорожали. От коллег слышу: отдача от продвижения упала, новые посетители приходят реже.
Маникюр не может стоить как массаж
Элеонора Мовсисян делает расчёт: чтобы услуга маникюра в салоне высокого уровня окупалась, она должна стоить около 7 тысяч рублей. Сейчас маникюр у нас стоит около 3 тысяч, и повышать цену больше чем вдвое невозможно — клиенты к таким расценкам не готовы.
Посетители понимают, что аппаратный массаж тела может стоить 10 тысяч. Но маникюр за такую сумму в голове не укладывается. Хотя в США и Дубае маникюр уже стоит 100 долларов, и там это никого не смущает.
Один из читателей комментирует: «Какая чушь! Какой смысл сравнивать Дубай, где строитель зарабатывает от 5 тысяч долларов в месяц, с Петербургом, в котором медианная зарплата 45 тысяч рублей или 550 долларов — в 10 раз меньше? Разница в доходах минимум двукратная, а значит, 100 долларов там — это 40 здесь. О паритете покупательной способности слышали?»
Другой пользователь возмущается: «3 тысячи ногти постричь? Ну вы даёте, это дорого!»
Марина Смирнова, гендиректор ООО «Красота в шоколаде», соглашается: в Петербурге никто не будет поднимать цены до уровня реальной прибыльности. Маникюр воспринимается как доступная процедура ухода. При ценах в 7 тысяч он перейдёт в разряд люксовых.
Мастера бегут из салонов — но не все
Тренд явно не в пользу сетевых компаний. Мастера уходят из найма, работают как индивидуальные предприниматели, арендуя кресла в коворкингах или принимая клиентов дома. Это позволяет держать цены на приемлемом уровне.
В Петербурге в индустрии красоты работают 580 компаний и более 12,6 тысяч индивидуальных предпринимателей. Число ИП растёт: в 2023–2024 годах появлялось около 900 новых ежегодно, а в прошлом — уже 1,3 тысячи. При этом каждый год ликвидируется по 600 ИП.
Салонов открывается намного меньше. В 2023–2024 годах появлялось примерно по 20 компаний и примерно столько же закрывалось. В прошлом году в городе открылось всего четыре новых салона, закрылось — 20.
Один из комментаторов подмечает: «Что искать причины, когда они на поверхности — налоги вломили, вот и закрываются все! Если раньше купили патент на весь год и работаешь спокойно, то теперь бухгалтера нужно нанять, налоги немаленькие платить, арендодатели тоже не дураки — цену подняли. Вот и считай».
Расходы салонов растут неуклонно: жилищно-коммунальные услуги, аренда, расходные материалы дорожают. Рентабельность почти нулевая, жалуется Элеонора Мовсисян.
Но повышение цен — не желание заработать больше, а вынужденная мера, заявляет Лялля Садыкова. За последние два года у малого бизнеса одновременно выросло несколько ключевых статей затрат: налоговая нагрузка (включая появление НДС у части бизнеса), стоимость материалов, фонд оплаты труда, аренда, коммунальные платежи, банковские расходы.
Из-за событий на Ближнем Востоке ожидается подорожание перчаток, в которых мастера проводят практически все манипуляции. Ещё один плюс в копилку увеличения расходов, отмечает Марина Смирнова.
Индустрия красоты — человекоёмкая. Здесь невозможно резко сократить расходы без потери качества. Поэтому бизнес повышает цены, работает в минус либо уходит в тень.
Один из пользователей делится опытом: «Я жил в Германии и платил 12 евро за стрижку в обычном парикмахерском салоне. Здесь стрижка в обычном салоне стоит 1400 рублей, а если пойти в торговый центр — то 2400. Решение: стричься самому машинкой, которая год назад обошлась в 3000 рублей. Сэкономил более 20 тысяч».
Проверки возвращают мастеров в салоны
Некоторые участники рынка уверены: отток мастеров из салонов скоро прекратится. Марина Смирнова приводит примеры, когда индивидуальные предприниматели переходят обратно в наём. Сейчас ужесточились и участились проверки малого бизнеса, многим мастерам удобнее работать в салонах и не думать о соблюдении всех норм, уплате налогов.
Она даёт оптимистичный прогноз: индустрия красоты не схлопнется и не просядет кардинально. Есть базовый набор услуг, от которых современные женщины отказаться уже не могут. Как минимум — опрятная стрижка и ухоженные руки.
К нам ходят и будут ходить реже, например, на процедуры по лечению волос. Но клиенты остаются. Причём им важно, чтобы было оказано несколько услуг сразу, а не только одна, и желательно со скидкой. На плаву останутся не моносалоны, а многопрофильные центры.
В комментариях читатели иронизируют. Один пишет: «Почему в Петербурге стагнирует индустрия красоты? Потому что в Петербурге все и так красивые!»
Другой предлагает альтернативное объяснение: «Могу сказать иначе — потому что русским мужикам всё равно».
Третий сравнивает с заграницей: «Так оно и есть. На Капри пенсионеры завтракают в кафе, периодически там ужинают, хотя производств там кот наплакал».
Вопрос остаётся открытым: сможет ли индустрия красоты в Петербурге найти баланс между доступностью услуг и сохранением бизнеса? А вы готовы платить за маникюр столько же, сколько за массаж?
Пожалуйста, поставьте ваш великолепный лайк ❤
А если нажмёте "Подписаться" - будет супер 🙌