27 марта 2026
О, сколько нам открытий чудных, что не машина, то открытие! Я очень давно ходил вокруг неё, а теперь вам покажу, расскажу. И поездить на ней сможем. А автомобилю, на минуточку, уже 100 лет. Где мы находимся, вообще не секрет. Музейный комплекс гражданской и военной техники в Верхней Пышме. Городок располагается всего в 15 минутах езды от столицы Урала — Екатеринбурга. Площадь музея — 90 000 м². Коллекция насчитывает десятки тысяч экспонатов. Чтобы всё в нём посмотреть, надо не один километр намотать.
Сегодня как-то позабылись главные принципы строительства автомобилей для народа. Народа, (как бы сказали большевики), трудового народа. Европейского, добавлю я. Так вот! Простота, надёжность и доступность. Если машина не соответствовала этим критериям, её банально не покупали. Но после Первой мировой войны ещё один незначительный критерий добавился к этой троице. А именно: все производители старались вписать конструкцию автомобиля в низкий порог налогообложения. В Европе он назывался налог на категорию автомобиль-мотоцикл и составлял 100 франков в год.
Короче, Котопес — автоцикл, мотомашина, велокар! Промежуточное звено, закрывающее нишу между мотоциклами и машинами. Главные критерии. Вес Котопса — около 330 кг, мотор — 667 кубиков, мощность — до 10 коней. И всё!
И именно первый Peugeot Quadrilette Type 161 был таким. Его показали публике на Брюссельском автосалоне 1920 года. Он поступил в продажу в 1921 году. А уже в 1923, после ряда улучшений, практически незаметных глазу, но практичных, в жизни появился Type 172. Именно он сейчас перед вами.
Каждый раз, подходя к таким машинам, я спрашиваю себя: когда мы свернули не туда? Когда всё это изящество и красота превратились в пластиковое убожество! Просто обратите внимание хотя бы на стёкла фар!
Понятно, что комплектация тут максимальная, если так можно выразиться. Скромно на это намекает герб Лихтенштейна на позолоченной растяжке между фарами. Тут вообще много позолоченного.
А как вам Лев Пежо в стойке? Так вот, на каждом стеклышке фар на замысловатом рельефе написано «Пежо».
А ходовые огни? Или габарит? Гибридные, изящные. Прямо снимай и на полку ставь. Тут есть маленькая керосиновая лампочка, а с другой стороны подходит проводок и стоит лампочка.
Коль речь о светотехнике, то и на корме есть габариты электрические красненькие. Ну и на всех крыльях огоньки, чтобы в темноте этот транспорт было легко увидеть. Кузов у Квадрильеты имеет необычное решение — задняя часть, как у лодки. Такая форма носит название «Торпеда». Кстати, габариты авто надо назвать. Длина — 2954 мм, ширина — 1166 мм.
Времена конных экипажей и карет ещё не закончились, и по традиции именно каретные мастерские были первыми строителями кузовов практически всех автомобилей в мире. Тут не исключение. Дерево и жесть.
Деревянный каркас от моторного щита из крепких пород дерева, бук, дуб, обшивался обычным железом и красился. Причём яркие цвета автомобилей были признаком достатка владельца. Затем всё это водружалось на шасси. Шасси, не устану повторять, — это двигатель, коробка и мосты, прикрученные к раме.
В нашем случае она такая же миниатюрная, как и машинка. Кстати, рама собиралась на клепках из фрагментов, тем самым была возможность менять базу автомобиля. У нас немного укороченная.
Везде рессоры. И спереди, и сзади. В целом на весь автомобиль их две. Если считать в целом. Две половинки сзади. Четверть-эллиптические рессоры.
Широкие концы рессор закреплены в раме, а тонкие опираются на задний мост. Передняя ось — литая, как элемент очень замысловатый. Рессора только одна, поперёк, с креплением в одной точке к раме. Такое решение в те годы было вполне обычным и для более крупных автомобилей.
От мотора и корзины сразу идёт промежуточный кривой вал к промежуточной опоре. От опоры в трубе, которая является ещё и силовым элементом, идёт основной карданный вал. Который приходит к заднему мосту. Коробки, в нашем понимании, не присутствует.
Она смонтирована в одном корпусе с задним редуктором. Трёхступенчатая КПП. Третья — прямая. А ещё сам редуктор — червячного типа. Снизу — червяк, крутит огромную шестерёнку. Значит, накат у неё будет, как у трактора Фордзон.
Двигаясь по железным потрохам старого француза, доползли до его сердца. Оно лилипутское, по нашим меркам, под стать машинке. Четырёхцилиндровый, рядный, карбюраторный. Объём — 667 кубических сантиметров. Мощность — 4 лошадиные силы. Мотор полностью чугунный. Диаметр цилиндров — 55 миллиметров, ход поршня — 85.
Мотор немного завален назад, чтобы карданный вал ровненько, стрелой подходил к заднему мосту. А ещё тут нет помпы. Термосифонное охлаждение и небольшой завал позволяют воде циркулировать без воздушных пробок.
Наконец-то мы добрались до салона. Он мал, но не так мал, как у предшественника. Там вообще водитель и пассажир сидели друг за другом. Есть и импровизированный багажник за спинкой водителя. Салон отделан натуральными материалами. Крышу возможно сложить полностью, а можно только на половину.
Запускаем. Стартер — это роскошь. Машина со стартером стоила на 1000 франков дороже.
На первой передаче можно разогнаться до 10 км/ч, на второй — до 22, третья в идеале — 40 километров в час. Но! При кратковременной частоте вращения двигателя 2200 оборотов в минуту допускается разогнать автомобиль на третьей передаче до 47 и 800 метров в час. Так написано в инструкции. Поэтому информация из сети про 60 км/ч — можно, но зачем?
Поистине неожиданно. Но тут как бы надо два раза выжимать сцепление. Но передачи переключаются очень чётко. Как щёлкнула щеколда на двери. Модель Peugeot Type 172, также известная под прозвищем Quadrilette, была по-настоящему популярна в своё время.
Её выпускали на фабриках в городах Болье и Сошо. С 1923 по 1924, а это, на минуточку, всего год, компания Пежо собрала 8705 машин. Кузова, естественно, были всевозможные, не только торпедо. Цены варьировались. Чем проще, тем доступнее. Голое шасси — 7700 франков, с ацетиленовыми фарами — 9200, с электрическим освещением и стартером — 10200.
Эмоции просто зашкаливают. Приезжайте в музей гражданской и военной техники. Что в 15 минутах езды от Екатеринбурга. Не ленитесь. Ну а я продолжаю охоту. Аревуар, товарищи!