Ормузском проливе разрушил американскую стратегию и к чему все это приведет. Большой разбор
Несмотря на подавляющее превосходство армии США над силами Ирана, у Вашингтона возникли сложности с достижением приемлемого итога войны. Основной (но не единственный) источник стратегических проблем, которые требуют как можно более быстрого решения, — начинающийся мировой энергетический и продовольственный кризис.
Он вызван фактическим закрытием Ираном Ормузского пролива, связывающего Персидский залив с Мировым океаном. Транспортировка через пролив до войны покрывала значительную часть мирового потребления топлива и удобрений.
Для того, чтобы пролив заново открыть для судоходства, администрации Дональда Трампа придется сделать что-то из того, чего она категорически не хотела, начиная войну (или даже все вместе): провести наземную операцию, ввести в Персидский залив крупные силы флота или согласиться на компромисс на переговорах с новыми иранскими руководителями. При этом ни один из вариантов не дает гарантий успеха, а первые два еще и несут риски увеличения потерь, чего очень стремятся избежать американские власти.
К чему стороны пришли после почти месяца боевых действий?
За первые недели противники выложили на стол свои козыри. США и Израиль провели мощную воздушную кампанию с тысячами ударов по заранее выявленным целям. Была убита заметная часть иранского политического и военного руководства, в значительной степени разрушена индустрия производства ракет, поражены ракетные базы и множество мобильных пусковых установок; был почти целиком уничтожен флот Ирана. Но после того, как цели в довоенном каталоге оказались практически исчерпаны, интенсивность американских и израильских ударов снизилась (хотя американские политики и утверждают обратное). Как сказал Дональд Трамп, «там буквально нечего больше бомбить». При этом крушения режима в Иране не произошло, а козыри, выложенные новыми властями (вероятно, такой план войны был утвержден и отработан в Тегеране до ее начала), оказались весьма весомыми. Исламской республике удалось втянуть США в войну на истощение и начать разрабатывать «план Б».
Иран неожиданно для американской администрации начал — и продолжает — наносить удары ракетами и дронами по соседям по Персидскому заливу и по Израилю. Интенсивность значительно снизилась по сравнению с первой неделей войны. Но эти удары, пусть и не наносят существенного ущерба на земле (за редкими исключениями), все же истощают запасы дефицитных ракет-перехватчиков систем противовоздушной и противоракетной обороны (ПВО/ПРО). Что, похоже, уже сказывается на эффективности защиты: хотя ударов стало почти на порядок меньше, они преодолевают ПВО/ПРО относительно чаще. Не вполне ясно, насколько снижение интенсивности вызвано истощением запаса иранских ракет и дронов (как вследствие интенсивного использования в первые дни, так и в результате ударов Израиля и США), а насколько — стратегией Ирана по ведению длительной войны, в которой важно дозировать боеприпасы.
Естественно, администрация США испытывает давление со стороны арабских стран Персидского залива, которые оказались невольными участниками войны (хотя многие из них и мечтали избавиться от опасного соперника в лице тегеранского режима).
Однако наиболее острой проблемой стало вполне ожидаемое (и многократно обещанное Тегераном на случай полномасштабного нападения) закрытие Ормузского пролива для почти всего судоходства. США предвидели проблему, назначив большой наряд сил для уничтожения иранского флота, в том числе минных постановщиков, способных закрыть пролив минными полями.
В реальности для воспрещения судоходства Ирану не понадобился флот и (пока что) минирование — хватило официального объявления о том, что пролив закрыт, подкрепленное 23 (с начала войны и по 24 марта) ударами дронов по танкерам и другим судам. Мир лишился на неизвестный срок примерно одной пятой части нефти и четверти газа; дефицит энергоносителей может привести не только к росту цен на них, но и к острой нехватке удобрений для сельского хозяйства — со всеми вытекающими последствиями вплоть до голода и беспорядков в бедных странах.
Впрочем, Трампа, вероятно, больше волнует рост внутренних цен на топливо, вызванный нестабильностью на мировом рынке, в преддверии промежуточных выборов в Конгресс в ноябре. Так что в последние две недели администрация президента США ищет решение проблемы Ормузского пролива.
И как же проблема Ормузского пролива может быть решена?
Вариант первый: компромисс с Тегераном
В последние дни Трамп неоднократно заявлял, что близок к соглашению с некими представителями Ирана, с которыми ведет переговоры через посредников. Израильские и западные медиа раздобыли черновики требований обеих сторон (неизвестно, насколько они соответствуют реальному содержанию переговоров). Если считать эти документы актуальными, то можно сделать вывод о том, что соглашение вряд ли достижимо.
В основе позиции сторон не отличаются от тех, что были заявлены на переговорах в Швейцарии, зашедших в тупик накануне начала войны (что и стало предлогом для того, чтобы США присоединились к израильским ударам по Ирану). США по-прежнему требуют от Ирана полностью отказаться от ядерной и ракетных программ; Иран готов на уступки (явно недостаточные для Трампа) по ядерной части и категорически отвергает любые ограничения на производство ракет. Новинкой (если не считать требование Тегерана компенсировать ему убытки и вывести все базы США с Ближнего Востока) стали только предложения сторон по Ормузскому проливу:
- Иран требует передать ему контроль над проливом и право взимать с судовладельцев плату за проход.
- США предлагают подтвердить довоенный статус пролива со свободным судоходством.
Иран уже начал взимать плату за проход с судов, принадлежащих нейтральным государствам (таковыми он считает те, где нет военного присутствия США, то есть арабские страны Залива к ним не относятся). Очевидно, так Тегеран не только пытается заработать (получая два миллиона долларов с судна), но и манипулирует судовладельцами на случай, если США предложат им поучаствовать в силовом решении проблемы. У них будет выбор: заплатить Ирану и плыть спокойно или рисковать своим судном и грузом, пытаясь пройти в безопасные воды с военным конвоем США.
В продолжение:
Вариант второй: организация морских конвоев
Вариант третий: наземная операция
Так Трампу придется пойти на эти риски? И как быстро можно восстановить судоходство?