"...- Да, вот она, - ответил Саня и протянул фотографию. Когда бабка Маланья забралам фотографию и вышла с ней в сени, заволновался, спросил у Игоря: - Как думаешь, что она делать будет с фотокарточкой?
- Не знаю, может, мысленно помогать или ещё что-нибудь. В принципе, какая тебе разница? Главное, чтобы помощь была, - ответил Игорь ..."
Читайте : С чистого листа
- Посмотри, как у неё всё просто, даже бедно, - прошептал Игорек, когда они с Саней оказались в единственной комнате знахарки. Сама баба Маланья пошла ставить чайник, и у друзей было время рассмотреть нехитрое убранство комнаты.
У стены стояла высокая железная кровать. Саня и Игорек видели такие кровати в хате у бабы Нюры и деда Макара. Те жители Воропаевки, что были помоложе, уже давно от таких кроватей избавились. Рядом лежал связанный из тряпок половик.
- Моя мама такие же половики умеет вязать, - ответил другу Саня и перевёл взгляд на стены комнаты. На них висели пучки травы, прикрепленные на тонком шнурке.
- Погляди-ка, прямо как в сказке про Бабу Ягу. Везде трава, наверное, для зелья, - прошептал Игорек. - Интересно, куда она деньги свои тратит? Я думал, что в хоромах живёт, раз людей как липок обдирает, а она ютится в этой крохотной избушке. Странно это всё как-то.
В центре комнаты стоял круглый стол, занимающий много места. На нём лежала скатерть, старая, с выцветшим узором, но чистая.
- Ну, соколики, вот и я. Сейчас чаем вас угощу. И не простым, а из трав, которые я сама и собирала. Чай с мёдом, так что сил у вас после него прибавиться. Только немного подождать надо, пока он настоится. А вы расскажите мне, да только без утайки, что вас сюда привело. Я помню, что помощь одному человеку нужна. Кому именно? Мне это важно знать.
Парни переглянулись, и Саня рассказал о зависимости своей матери, закончив так:
- Она у меня очень хорошая, раньше всегда весёлая была, а сейчас другой стала...
- Понимаю беду твою, хлопчик. Маме твоей повезло, что сын у неё такой хороший растет. Попробую помочь, но ты ведь сам понимать должен, что многое от неё самой зависит. Фотокарточку принёс? Посмотреть мне на твою маму надо.
- Да, вот она, - ответил Саня и протянул фотографию. Когда бабка Маланья забралам фотографию и вышла с ней в сени, заволновался, спросил у Игоря: - Как думаешь, что она делать будет с фотокарточкой?
- Не знаю, может, мысленно помогать или ещё что-нибудь. В принципе, какая тебе разница? Главное, чтобы помощь была, - ответил Игорь.
- Твоя правда, - согласился Саня и замолчал. Он не переставал думать о матери. Все его мысли были только о том, чтобы она стала такой же, какой была до случившейся в их семье трагедии.
Игорь же продолжал изучать комнату. Он пристально смотрел на старый сундук.
- Интересно, она в этом сундуке деньги хранит? Если да, то он, наверное, уже битком набит. И зачем ей столько? Отдала бы тем, кому они действительно нужны. Например, нам. Мы бы с тобой нашли им применение. Стадион бы новый построили, дорогу к Воропаевке новую проложили, чтобы машины не буксовали... - мечтательно произнёс Игорек.
Он бы мечтал и дальше, но пришла бабка Маланья. Она протянула Сане фотографию и какой-то пузырек с мутным настоем, наказав:
- Маме своей в чай будешь это подливать. Пусть принимает до тех пор, пока всё не закончится. Если зеленый змий её так опутал, что и после моей настойки не отпустит, то приходи снова. Я ещё тебе пузырёк дам. Но надеюсь, что и первый поможет. Я на фотокарточку посмотрела и увидела, что не всё ещё потеряно.
- Спасибо! - тихо произнёс Саня. Он сидел с опущенной головой. Ему было стыдно за маму и перед другом, и перед знахаркой. Баба Маланье это поняла и скомандовала:
- Помогите-ка мне, хлопчики! Давайте со мной в сени. Скажу вам, что принести надо.
Уже скоро на столе стояли присмаки: пряники, мармелад и халва. А в кружки ребят был налит ароматный травяной чай. Правда, ни сани, ни Игорь такой чай не любили. Их мамы стоило парням простудиться, заваривали малинник и поили сыновей этим отваром. И сейчас вкус травяного напитка чем-то напомнил им этот отвар. Но обидеть хозяйку дома они не хотели. Поэтому и пили чай, не переставая нахваливать.
Особенно старался Игорь. Он всё переживал, что бабка может передумать, и скажет заплатить ей за зелье. Когда знахарка извинилась и на минутку вышла из дома, потому что в распахнутом окне увидела чью-то фигуру, Игорь шепотом приказал:
- Саня, а ты чего молчишь? Я стараюсь, расхваливаю эту траву на все лады, а ты словно в рот воды набрал. Помогай мне, а то ещё с деньгами расстаться придется. Вдруг у неё склероз? Вдруг она уже забыла, что обещала ничего не брать?
- Хорошо, - прошептал Саня, и когда пришла знахарка, начал повторять за Игорем, что чай очень вкусный.
- Вы и присмаки берите, хлопчики, - улыбнулась бабушка Маланья, - помню, как мне в вашем возрасте сладенького хотелось, но тогда ничего не было. А сейчас хоть и дефицит, но всё равно купить то, что хочешь, можно. Только вот мне уже ничего и не хочется. Так что ешьте, хлопчики, пока желание и силы есть.
Игорек осмелел и поинтересовался:
- Мы думали, что у вас здесь людей много, а никого нет. Неужели спрос упал?
- Так все в округе знают, что я не принимаю сегодня. Если приезжий кто появится, то, конечно, помогу, а местные в курсе. В город я езжу по делам, в магазин хожу за продуктами да в хате прибираю.
- А-а-а, - протянул Игорек, понимая, что снова сболтнул лишнее. И тут же нашёлся: - Давайте мы с Саней вам поможем. Мы в нашей Воропаевке так делаем. Все у нас знают: если надо чем-то помочь, то можно к нам обратиться. Мы и помогаем почти бесплатно, не "дерем три шкуры", как некоторые.
Знахарка Маланья улыбнулась - и лучики из глубоких морщин появились возле её глаз.
- Ты хочешь сказать, что я беру слишком дорого? - прищурила глаза знахарка и сразу же ответила: - Да, беру, но ведь не себе. Слава Богу, всё необходимое у меня имеется, а больше и не надо. Абы здоровье было, чтобы на своих ногах могла ходить и своей головой соображать. А деньги, что получаю, детишкам из детского дома отдаю. Я ведь после войны одна совсем осталась. На двоих сыночков своих и мужа похоронки получила. Так одна и кукую с той самой поры. В травах ещё мой дед разбирался. Видно и мне это по наследству перешло. Он меня в детстве учил, рассказывал, какая трава с какой вместе может быть, а какие порознь принимать нужно. Сама не знаю, как так вышло, но сначала один человек ко мне за помощью обратился, потом другой. Затем соседи ходить ко мне начали, а потом и приезжие пожаловали. Я поначалу ничего не брала за свою помощь, отказывалась. Но как-то в магазине была, а потом, когда вышла, ребятишек детдомовских увидела. Сразу видно было, что это сиротки идут. Я своих ребятишек вспомнила и сердце сжалось. Помочь захотелось сиротам, что такими при живых родителях стали. А чем поможешь, если пенсии мне самой едва хватало? Ведь за любую мелочь одинокой женщине платить приходится. Тогда я и цену установила. Что зарабатываю, отвожу им. Хоть чем-то помогу им, пока могу...
Игорь сидел красный как рак. Искоса поглядывал на Саню и на знахарку,но ничего не говорил. Помощь снова предложил Саня:
- Мы вам и забор починим, и в огороде поможем. Вы только скажите, что делать надо, мы...
- Да ничего мне уже не надо, хлопчики, - ответила знахарка. - Я сама как-нибудь справлюсь. Вы приезжайте месяца через три, расскажете мне тогда, помогло моя настойка или нет.
- Мы обязательно к вам придем, - обещали друзья, когда знахарка пошла их провожать.
- Доброй вам дороги, соколики, славные вы, хлопчики! Пусть вам повезет! - сказала на прощание бабка Маланья.
... Когда друзья отошли на приличное расстояние, Игорь признался, что ему стыдно:
- Я так о ней плохо думал поначалу! Даже крохоборкой назвал! А она не для себя старается, а детдомовцам помогает! Стыдно как!
- Угу, - отозвался Саня, - я ей свежанины привезу, когда мы через три месяца к ней приедем. К этому времени у нас и сало своё будет, и колбаса. Она нас угостила, а я её угощу.
Но угостит знахарку ребятам не пришлось. Когда они вернулись к ней спустя три месяца, то узнали: нет больше бабушки Маланьи. В последний путь её провожало очень много людей, которым она помогла за свою долгую и трудную жизнь...
Продолжение следует