Наташа медленно опустилась на край дивана, чувствуя, как ноющая боль разливается по пояснице. Седьмой месяц беременности давался ей тяжелее первого. Матвей, которому едва исполнился год, настойчиво тянул её за край домашней футболки, требуя внимания.
В комнату вошел Антон. Он крутился перед зеркалом, поправляя воротник дорогой рубашки. Его лицо выражало крайнюю степень озабоченности собственным отражением.
— Ты скоро? — бросил он, не оборачиваясь. — Дмитрий не любит, когда опаздывают. У него там какой-то особый шеф-повар сегодня, кейтеринг заказал.
Наташа тяжело вздохнула и потерла отекшие лодыжки.
— Антон, может быть, ты поедешь один? — голос её звучал мягко, с ноткой мольбы. — У мамы давление скачет, она не приедет. Спина просто раскалывается. Я бы лучше полежала с Матвеем.
Антон резко развернулся. Его брови сошлись на переносице.
— Опять? Наташа, мы договаривались неделю назад. Это не просто посиделки, там будут нужные люди. Мне важно выглядеть семейным человеком.
— Мне правда плохо, — тихо повторила она, надеясь на сочувствие. — Живот тянет с самого утра.
Муж фыркнул, возвращаясь к зеркалу. Он пригладил волосы, проверяя идеальность укладки.
— Ты вечно ищешь оправдания, чтобы сидеть в четырех стенах. Превратилась в какую-то клушу. Тебе полезно выйти в люди, привести себя в порядок. А то выглядишь как...
Он запнулся, но, встретившись с ней взглядом в зеркале, договорил:
— Как инкубатор. Женщина в тебе умерла, осталась только нянька.
Слова упали в комнату тяжело, как камни. Наташа замерла. Внутри что-то сжалось, но это был не ребенок, а ком обиды. Она медленно убрала руку с живота.
Антон, заметив её реакцию, дернул плечом.
— Ну не дуйся. Я же любя. Просто хочу, чтобы ты соответствовала. Вызывай платную няню, я оплачу двойной тариф. Через сорок минут выходим.
Наташа молча встала. Ей хотелось кричать, но она сглотнула слезы. Сейчас не время для истерик, решила она. Может, он просто устал на работе? Может, ему действительно нужна поддержка?
Она взяла телефон. Пальцы дрожали, когда она искала номер агентства.
— Хорошо, Антон. Я соберусь.
— Вот и умница, — он даже не посмотрел на неё, занятый запонками. — Тональником там замажь синяки, а то вид болезненный.
Сборы напоминали хаотичный забег. Матвей капризничал, чувствуя напряжение матери. Антон стоял в дверях ванной и подгонял жену, отказываясь взять сына на руки.
— Я помну рубашку, Наташа. У него руки в каше. Ты можешь быстрее?
Наташа усадила ребенка в манеж, сунула ему игрушку и бросилась к косметичке. Из зеркала на неё смотрело бледное, осунувшееся лицо. Она накладывала макияж слой за слоем, пытаясь нарисовать счастье там, где была только усталость.
Приехала няня, полная женщина с добрыми глазами. Она сразу подхватила Матвея, и Наташа выдохнула, чувствуя облегчение от того, что хоть кто-то здесь ей помогает.
В машине Антон молчал, уткнувшись в телефон. Наташа смотрела на его профиль, пытаясь найти в нем того человека, за которого выходила замуж. Тот Антон был внимательным. Этот Антон брезгливо стряхивал невидимые пылинки с брюк.
— Антон, — позвала она тихо. — Ты правда считаешь, что я запустила себя?
Он не отрываясь от экрана ответил:
— Наташ, не начинай. Я хочу отдохнуть, а не выяснять отношения. Просто улыбайся и будь милой.
Дмитрий и его девушка Катя встретили их радушно. Квартира была пронизана ароматами дорогих духов и сложной кухни. Катя, сияющая и легкая, сразу шагнула к Наташе.
— Боже, ты героиня! — воскликнула она, осторожно обнимая гостью. — С таким сроком и еще малыш дома. Проходи скорее, я тебе подушку под спину дам.
Наташа благодарно улыбнулась. От Кати исходило тепло, которого так не хватало дома. Антон же мгновенно преобразился. Едва переступив порог, он растянул губы в широкой улыбке, громко поприветствовал Дмитрия и прошел в гостиную, даже не подав жене руку, чтобы помочь снять пальто.
— О, какие люди! — гремел его голос из комнаты. — Димон, ты не представляешь, какие пробки. Но мы прорвались.
Катя помогла Наташе разуться.
— Ты как себя чувствуешь? Бледненькая совсем.
— Нормально, Кать. Просто устала немного. Антон очень хотел приехать.
— Мужчины, — Катя закатила глаза, но беззлобно. — Им не понять. Пойдем, я тебе морсу налью, домашний.
Наташа вошла в гостиную. Антон уже сидел в кресле с бокалом виски, вальяжно закинув ногу на ногу. Он выглядел хозяином жизни. На жену он взглянул мельком, как на предмет мебели, который наконец-то поставили на место.
*
Ужин был изысканным, но для Наташи он превратился в пытку. На столе стояли блюда с морепродуктами: устрицы, сложные салаты с сырой рыбой. Запах, который раньше казался ей аппетитным, теперь вызывал приступы дурноты.
Антон уплетал за обе щеки, громко нахваливая повара.
— Вот это я понимаю — вкус! — вещал он, размахивая вилкой. — Катя, тебе повезло, Дима знает толк в еде. А у нас дома сейчас меню «детский сад». Кашки, пюрешки без соли.
Дмитрий сдержанно улыбнулся, глядя на Наташу, которая гоняла лист салата по тарелке.
— Антон, Наташе сейчас, наверное, не до кулинарных изысков.
— Да ладно тебе! — отмахнулся Антон, наливая себе еще вина. — Раньше она такие стейки жарила, пальчики оближешь. А теперь все, обленилась. Говорит, времени нет. Хотя, казалось бы, сидишь дома, техника вся есть.
Наташа почувствовала, как к горлу подкатывает ком. Не от тошноты, а от обиды. Она подняла глаза на мужа.
— Антон, я сплю по четыре часа в сутки. У Матвея зубы.
— Ой, ну началось, — Антон картинно закатил глаза, обращаясь к Дмитрию. — Видишь? Никакой легкости. Сплошной быт и жалобы.
Катя перестала улыбаться. Она положила руку на запястье Наташи.
— Наташ, тебе принести что-нибудь другое? Может, куриный бульон?
— Нет, спасибо, — голос Наташи дрогнул. — Антон, мне нехорошо. Тошнит. Вызови мне такси, пожалуйста.
Муж замер с бокалом у рта. Его лицо исказилось недовольством.
— Ты серьезно? Мы только сели. Не позорь меня перед людьми. Посиди, попей водички, пройдет.
— Антон, мне больно сидеть, — тверже сказала она. — Я еду домой.
— Так едь! — рявкнул он вдруг, потеряв маску благодушия. — Кто тебя держит? Только настроение всем портишь своей кислой миной.
В комнате стало очень тихо. Дмитрий нахмурился, глядя на друга. Наташа медленно встала. Стул скрипнул по паркету.
— Хорошо. Я поеду. Ключи у меня есть.
Антон демонстративно отвернулся к тарелке.
— Давай-давай. Я позже буду.
Катя выскочила следом за Наташей в прихожую, помогала одеться, суетилась, пытаясь скрасить хамство мужа.
— Прости его, он, наверное, выпил лишнего, — шептала она.
— Нет, Катя. Он не выпил. Он просто такой, — глухо ответила Наташа и вышла за дверь.
*
Когда дверь захлопнулась, Антон шумно выдохнул и разлил остатки вина.
— Ну вот, атмосфера разрядилась! — бодро заявил он. — А то сидит, как надзиратель. Димон, ты не представляешь, как бабы меняются после родов. Была зажигалка, а стала... скучная, толстая, вечно недовольная.
Дмитрий молчал. Он крутил в руках пустой бокал, глядя на друга тяжелым, немигающим взглядом.
— Ты закончил? — спросил он ледяным тоном.
Антон осекся, не понимая перемены в настроении хозяина.
— В смысле? Я просто делюсь наболевшим.
— УХОДИ, — тихо сказал Дмитрий.
— Что? — Антон глупо моргнул.
— УХОДИ из моего дома, — Дмитрий встал. Он был выше и шире Антона в плечах, и сейчас эта разница казалась угрожающей. — Ты привел жену, которая еле ходит. Ты унижал её весь вечер. Ты не проводил её, когда ей стало плохо. Ты жрал устрицы, пока она давилась водой.
— Да ты чего, Димон? Это же семейные дела...
— Это СВИНСТВО, Антон. Она не изменилась. Это ты стал куском дерьма. Последний раз ты дарил ей цветы, когда забирал из роддома. Я помню. А теперь пошел ВОН.
Антон, красный и растерянный, вылетел из квартиры Дмитрия через пять минут. Злость клокотала в нем. Как они смеют? Все сговорились! Он сел в такси, набирая номер жены, чтобы высказать ей всё, но она не брала трубку.
Дома было тихо. Няня уже ушла. Антон ворвался в квартиру, готовый к скандалу, готовый обвинить Наташу в том, что она испортила ему вечер и поссорила с другом.
Он влетел в спальню. Наташа не лежала в кровати. Она стояла посреди комнаты. Рядом с ней стоял большой чемодан и две спортивные сумки.
Антон замер.
— Это что за цирк? К маме собралась? Ну и катись!
Наташа подняла голову. В её глазах не было ни страха, ни слез. Она шагнула к нему.
— Это твои вещи, Антон.
— Что? — он рассмеялся, нервно и отрывисто. — Ты меня выгоняешь? Из моей квартиры? Ты больная?
— Квартира куплена моими родителями до брака, Антон. ВОН, — она указала на дверь.
— Да ты без меня с голоду сдохнешь! С двумя детьми! Кому ты нужна такая?
Наташа подошла вплотную. Внезапно она со всей силы толкнула его в грудь. Антон, не ожидавший этого, отлетел на зад.
— Пошел ВОН! — закричала она так, что он вздрогнул. — Я терпела твои оскорбления. Я терпела твое безразличие. Но называть меня инкубатором? Унижать меня перед людьми?
Антон попытался схватить её за руку, вернуть контроль над ситуацией силой. Его лицо перекосило от злости.
— Ты не смеешь так со мной разговаривать, сумасшедшая! Я отец твоих детей!
Наташа вырвала руку. Она схватила одну из сумок и с силой швырнула её в мужа. Сумка ударила его в живот, он согнулся.
— Ты не отец! Ты паразит! — её голос звенел, заполняя всю квартиру. — Ты потребитель! Я для тебя удобная функция! Готовка, уборка, дети! А ты — украшение зала? УБИРАЙСЯ!
— Наташа, успокойся, — Антон испугался. Он впервые видел её такой. Она была похожа на фурию. — Давай поговорим завтра. У тебя гормоны...
— Не смей списывать это на гормоны! — она схватила его пиджак, висевший на стуле, и швырнула ему в лицо. — Сейчас же! Или я вызываю наряд. И поверь, я напишу такое заявление, что ты к детям на километр не подойдешь. Мой отец тебе это устроит.
Она наступала на него, огромная в своем гневе, защищая свое гнездо от чужака, которым стал её муж. Антон пятился. Он привык видеть её слабой. Он не знал, что делать с этой силой.
Он подхватил сумки, бормоча что-то невнятное, злое, жалкое.
— Ты приползешь, — шипел он, обуваясь в коридоре, путаясь в шнурках. — Ты еще попросишь денег.
— Ключи на тумбочку, — холодно скомандовала Наташа. Она стояла в конце коридора, скрестив руки на груди, охраняя вход в детскую. — А деньги по закону будешь мне переводить, не думай, что избежишь этого А если не будешь платить, подам на алименты с твоих родителей. Вот будет цирк.
Антон швырнул связку ключей. Металл звякнул. Он распахнул дверь и вышел в подъезд, ожидая, что она окликнет его, остановит.
Дверь захлопнулась с сухим, окончательным щелчком.
Антон остался один на лестничной клетке. Где-то внизу хлопнула дверь подъезда — кажется, сосед вышел курить. Антон толкнул ногой чемодан. Он достал телефон, чтобы позвонить Дмитрию и напроситься на ночлег, но вспомнил его взгляд. Друзей у него больше не было. Жены тоже.
За дверью Наташа прислонилась лбом к холодному дереву. Сердце колотилось как бешеное. Матвей завозился в кроватке, просыпаясь. Она глубоко вдохнула, вытерла сухие глаза и пошла к сыну. Впервые за долгое время она чувствовала, что дышать стало легче. Воздух в квартире стал чистым.
КОНЕЦ
Автор: Вика Трель ©
Наша подборка самых увлекательных рассказов.
Рекомендую к прочтению:
И ещё интересная история:
Благодарю за прочтение и добрые комментарии! 💖