Офис компании находился в центре города. Анну приняли без всякого собеседования. Просто Виктор показал ей стол с компьютером — ее рабочее место — и сказал, что она может приступать уже сегодня. Инга Эдуардовна, руководитель отдела продаж, за которым были закреплены две оформительские должности, ввела ее в курс дела.
Компания занималась строительством жилых домов и соответственно продажей квартир в этих домах. Работа была непыльная. В обязанности Анны входило оформление договоров. И все. Коллектив отдела был небольшой, давно устоявшийся, что свидетельствовало о стабильности компании, а также о грамотной кадровой политике руководства.
Чем занимается таинственный господин Морозов, Анна так пока и не поняла. Он редко заглядывал в офис и почти ни с кем не общался. Просто ненадолго заходил в кабинет директора, Вячеслава Ивановича Строкина, а потом снова исчезал в неизвестном направлении. Никакой сатисфакции от нее за трудоустройство он не требовал, и постепенно она успокоилась. Только сердце странно екало, когда она случайно встречалась с Виктором во время его редких набегов. Он всегда выглядел загруженным делами, был чрезвычайно серьезен и сосредоточен и только сдержанно кивал ей. Ей даже стало казаться, что он пошел на попятную. Будто уже почти решился закрутить с ней, да в последний момент передумал. Все-таки они теперь работали в одной организации. Она тоже прекрасно понимала — вспоминать о прежнем знакомстве не стоит. Что было, то прошло. А что вообще, собственно, было?
На Пасху к ней в гости приехала Маня с семилетним сыном Ярославом и привезла кулич и домашние пирожные. Анна не умела стряпать так, как ее подруга. У той даже тривиальная шарлотка превращалась в шедевр кулинарного искусства.
— Как это ты сегодня ко мне выбралась? — спросила Анна, накрывая стол.
— Не говори. Сегодня должна быть моя смена, но я поменялась. Праздничный день в нашем деле, конечно, год кормит. Да только я решила сегодня отдохнуть. Пасха же. Вчера вышла вместо другого диспетчера, так сегодня она меня заменяет. Представляешь, отработала сутки через сутки и только отоспаться смогла, дома ничего толком не сделала. Бросила все как есть. Такой бардак оставила — жуть. Будто Мамай прошел.
— Мам, так ты больше его к нам не пускай, — робко вмешался в разговор Ярик.
— Кого?
— Ну Мамая этого.
— Иди мой руки, умник.
Машкин сын Ярик, он же Ярослав, был презабавным мальчуганом. В три года этот в буквальном смысле золотой ребенок отколол номер, который Мане запомнился надолго. Однажды она пришла с ним в супермаркет, и он, отбившись от матери, зашел в молочный отдел. Взял с полки стаканчик йогурта и вскрыл его. Просто ему захотелось проверить, в силу пытливости ума, действительно ли там так много фруктов, как показывают в рекламном ролике. Конечно, Ярослав испытал недоумение, когда, поковыряв пальцем в исследуемом продукте, не обнаружил ничего, кроме жалких маленьких кусочков. Но кратковременное разочарование не могло остановить юного испытателя, и для чистоты эксперимента он решил проверить остальные упаковки. Когда прибежал охранник вместе с менеджером торгового зала, Ярик уже «проверил» порядка двадцати стаканчиков. Мане пришлось заплатить за йогурт, и потом они всей семьей давились им без малого неделю.
Маня развелась с отцом Ярослава еще когда ходила беременная. Просто тот стал распускать руки, и ей это не понравилось. Маша была вовсе не из тех женщин, кто смиренно все сносит. Вдобавок она опасалась за жизнь ребенка.
Андрей, ее бывший, был невежествен и агрессивен, причем последнее тщательно маскировалось под личиной гипертрофированной заботы и беззаветной преданности. О первых двух качествах своего избранника Маня узнала сразу и прекрасно представляла, на что идет, согласившись выйти за него замуж.
— Ань, ты не поверишь, что он опять сморозил, — делилась Маша с подругой своими наблюдениями. — По телевизору шел какой-то исторический фильм, по-моему, про Дениса Давыдова. Так Андрюша мой и говорит, мол, кино-то, наверное, давно снято, раз ребята еще на лошадях ездят. Ты можешь себе такое представить?
Анна представить себе это не могла. Самой же большой загадкой для нее было то, почему умненькая и хорошенькая, энергичная и хозяйственная Маня Хворостенко выбрала себе в мужья этого человека. Подруга объясняла свое решение тем, что Андрей надежный, а это качество она ценила в мужчине прежде всего.
Агрессию мужа Маня испытала на себе значительно позже: когда она была на пятом месяце, тот впервые уд" и л ее, найдя какой-то пустяковый повод для ссоры.
— Вот, Аня, выбрала я себе в мужья крепкого мужика, думала, что буду за ним как за каменной стеной. Так меня этой стеной и накрыло, — говорила Маша подруге. — Я-то думала, мужчины как рассуждают: я сильный, значит, буду заботиться о тебе. А оказалось: я сильный, значит, заставлю тебя заботиться обо мне. Такая вот у них простая логика.
Второго раза ей не понадобилось, чтобы понять, с кем она имеет дело. Маня быстро собрала вещи и вернулась к родителям. Ее старики отнеслись к решению дочери с пониманием. Она и по сей день жила с ними, благо что квартира была трехкомнатная, и всем хватало места.
Была у нее, правда, еще одна попытка устроить свою судьбу. Пару лет назад Маня сошлась с мужчиной, но впоследствии он начал проявлять недовольство по поводу места работы жены. Маша тогда уже трудилась в кол-центре такси, и ему казалось, что она мол крутит с водителями. Такой уж сложился у людей стереотип.
Для того чтобы понять безосновательность его подозрений, надо было хоть раз побывать в конторе, где работала Маня. Однако для ее супруга все это выглядело не очень убедительно. Гордая Мария не стала его разубеждать, а просто снова собрала вещи и вернулась к родителям.
Работа в колл-центре Мане очень даже нравилась. График сутки через трое позволял ей одновременно и зарабатывать деньги, и посвящать больше времени сыну. К тому же она дослужилась до должности старшей по смене, и за это ей платили приличную надбавку. Помещение, не в пример другим конторам, было уютным, современным, с кулером, микроволновкой и небольшим холодильником. Маня рассудила, что ни один муж, будь он хоть золотым, не стоит того, чтобы лишиться такого удобного во всех отношениях места.
Анна познакомилась с Хворостенко в университете, на подготовительных курсах. С тех пор они стали не разлей вода, помогали друг другу чем могли, отмечали вместе праздники и проводили отпуск, если он у них совпадал по времени.
— Елена Аркадьевна приедет? — поинтересовалась Маша, помогая Анне накрывать на стол.
— Конечно. Бабуля уже звонила, предупредила, чтобы ждали с минуты на минуту.
— Обожаю ее. У тебя мировая бабка…
Елена Аркадьевна, родная бабушка Анны и соответственно мать Людмилы Сергеевны, была для молодых женщин третьей подружкой. Ей минуло семьдесят пять, но она молодилась: ухаживала за собой, хорошо одевалась и вела активную жизнь. Зимой бабуля каталась на лыжах и коньках, летом — на велосипеде. Своего зятя она называла не иначе как старым дураком, несмотря на то что Владимир Яковлевич был на двадцать лет ее моложе. Тот платил теще взаимностью, утверждая, что старуха еще простудится на его похоронах. Но Елена Аркадьевна такой возможности и не исключала. Они почти не встречались, а когда встречались, то не разговаривали.
Рассказ "Чудеса" 5 часть
А еще, в дзене появились донаты. Поддержать автора можно 👉ТУТ👈