Рассказ "На распутье"
Глава 1
Глава 24
Август.
Вера Ивановна уже почти две недели как выписалась из больницы. Ходит еле-еле по двору, свежим воздухом дышит, наслаждается родными стенами, радуется, что жива осталась. Сын с неё пылинки сдувает, приглядывает как за малым дитём, дрожит над ней, как над самым ценным камушком. Вера уже в курсе, что Катька не станет его женой. Лёня рассказал, почему они расстались и сейчас он даже не помышляет о женитьбе.
— Что ж так не везет моему сыночку? — рассуждала вслух Вера, присаживаясь на ступеньку крыльца. Положила палку, на которую опиралась, рядом и тяжело вздохнула. — Неужто так и останется один на белом свете? Я ж теперь совсем здоровьем плоха стала. Ох ты ж батюшки мои, что теперь делать-то, а? Лидка эта, черт бы ее побрал, уехала. За мной уход нужен, а ей хоть бы хны. Ещё внучка называется, что б ее… И где теперь помощницу искать?
Она вытерла ладонью губы, когда в калитку кто-то вошёл.
— Здравствуй, моя хорошая!
Вера подняла глаза на вошедших и всплеснула руками от радости.
— Софьюшка! — она воткнула палку в землю, собираясь подняться, но София, выставив руку вперед и спеша подойти к ней, остановила женщину:
— Не вставай. Сиди, дорогая моя, мы сами…
Она и её дочь подошли к Вере. София наклонилась, взяв Ивановну за плечи, расцеловала её в обе щеки.
— Вижу, сдала ты, золотая моя. Что ж так долго не звонила? Хоть бы письмецо чиркнула, я б сразу приехала.
— Ой, не спрашивай, Софа, не спрашивай, – отодвинулась Вера, предлагая ей присесть. — Я ж только недавно из больницы приехала. Сердечко пошаливает.
— С чего вдруг? Ты ж у нас ещё ого-го! — она повернулась к дочери, которая расправила подол своего нового платья в горошек и начала вращаться как юла. — Любушка, не крутись, постой смирно, сейчас поговорим, а потом нас Верочка чаем угостит. Так ведь, хорошая моя?
Вера кивнула.
— Передохну немного и попьем. Софочка, а ты по какому делу приехала?
— Так ведь… ну-у-у, договор у нас с тобой был. Узнала я недавно, что Лёня отложил свадьбу, вот приехала с тобой обсудить наши дальнейшие действия.
Вера была не готова к новой невестке, потому, сжав плотно губы, замолчала.
— Люба только о нём и думает, — прервала неловкую паузу София, — каждый день спрашивает, как он, где он. Ты ж ему травку ту заваривала?
Вера про неё и думать забыла. Широко распахнув глаза, сказала:
— Не успела. — призналась она, состроив печальную мину.
— Ну ничего, раз уж Леонид свободен, будем поступать по-другому.
— Это как?
— Пусть Любушка у вас поживет недельку-другую.
— Зачем? — подпрыгнула на месте Вера.
— Пусть присмотрятся друг к другу. Да я ж не просто так, а за денежку. Ты же постояльцев городских на лето у себя селила? Ну вот, я за Любу платить тебе буду. Всё ж деньга не лишняя.
Вера прищурилась, уставившись задумчивым взглядом на гостью. А что, София верное дело предлагает. Во-первых, помощница ей ой как нужна, а во-вторых, Лёне жена помоложе требуется, и не Катьки там всякие, которые скоро четвёртый десяток разменяют. Любка – девка симпатичная, улыбка с её губ никогда не сходит. Тем более женить Лёню на ней давно собирались. Люба послушная, будет делать всё, что ей скажут.
Вера в голове прокрутила ворох мыслей за минуту и улыбнулась.
— А пускай остаётся. Глядишь, Лёня в неё и влюбится!
***
Поздно вечером, вернувшись с работы, Леонид вошёл в дом и замер на пороге. За столом сидела девушка в одной сорочке. Лёня глухо поздоровался, сведя брови к переносице, подошел к умывальнику, ополоснул лицо, с мылом помыл руки. Девушка смотрела на него во все глаза и улыбалась. Лёня вытер руки вафельным полотенцем и сказал:
— Забыл, как тебя звать, — узнав её, замялся, — а мать-то где?
— Там, — показала пальцем Люба на дверь комнаты, — а я тебя жду.
— А ты тут… как? С ночевой, что ли?
— Угу, - кивнула та и заулыбалась ещё шире.
— Спит, значит, мать, — смекнул Лёня. — Ты уже ужинала?
— Ага! – Люба закинула ногу на ногу.
Лёня старался не смотреть на девушку, которая сидела перед ним в одной сорочке. Неудобно стало, даже в груди защемило. Он поставил на стол нарезанное сало из пакета, хлеб и банку с молоком. Только собирался сесть, чтобы поесть, как девчонка вскочила, обняла его за пояс и прижалась всем телом.
— да ты чего? – опешил Лёня, чуть не уронив кружку, в которую собирался налить молока.
— Я тебя люблю! — громко произнесла Люба и её шаловливые пальцы опустились ниже, на брюки мужика.
Лёня подавился голодной слюной, ощущая, как наглая девица сжимает его округлости.
— Да ты что?! — оттолкнул он её и девушка плюхнулась на табурет. — Ты что делаешь? Шустрая, как посмотрю. Где мамка твоя?
— Она уехала, — захлопала пушистыми ресницами Люба, не понимая, почему Лёня сердится на неё, — а меня тут оставила. Она сказала, что ты меня любишь и мы поженимся. Вот, — она привстала и погладила свои бока растопыренными пальцами, — я и переоделась. В белое, как положено. Пойдем, тётя Вера спит, а я тебя жду. Ну? Пойдем, пойдём скорее, пока Луна полная. Нельзя упускать, а то счастья у нас не будет. Так мамка моя сказала…