Утром я проспала. Наверное, не совсем правильная формулировка! Разве можно проспать, когда никуда не надо? Я проснулась очень поздно. Не припомню, когда я последний раз открывала глаза аж в одиннадцать утра? Может, в то время, которое стёрлось из моей памяти? Сказалась полубессонная ночь и головная боль. Хоть сейчас её нет. Тьфу-тьфу-тьфу!
Начало здесь. Предыдущая часть 👇
Я прислушалась. Как-то подозрительно тихо в квартире. Никаких звуков. Мне стало страшно: а где же Глеб и Андрюша? Почему-то у меня сразу в голове закопошилось нехорошее предчувствие. Слова Ларисы, моё воспоминание подкинули мне глупейшую идею, что пока я спала, мой муж с какой-то неизвестной женщиной и известным мне моим сыном гуляют во дворе.
Может, держатся за руки. Или идут в обнимку, а перед собой катят коляску. Я почувствовала боль: со мной не получится так пройтись. Пройдут, может, месяцы, прежде чем я, без дополнительной опоры сама на своих ногах начну ходить! Не будет со мной этой красивой картинки… Возможно, Глебу это и не нужно. У него всё есть и без меня.
Я села на кровати и сердито встряхнула головой. Авария и кома не пошли мне на пользу! Когда я успела стать такой фантазёркой? Даже если у Глеба кто-то есть, разве стал бы он приводить её сюда, когда я здесь? И зачем ему обо мне так заботиться, оберегать, чтобы потом нанести удар ножом в спину? Нет, не думаю. Ночью целует меня, а днём проводит время с другой?
Конечно, такое в жизни случается и со здоровыми людьми. Адюльтеры случаются и в семьях, где кажется, что царит полная гармония и любовь! А я почти не помню Глеба и не могу точно сказать, что он за человек и на что способен. Но почему-то не хочу думать, что он мне изменяет.
Неприятно это. Да и не доказано! Хватит себя накручивать! Ух, как же мне это неведение поперёк горла уже! Давно нужно было разозлиться! Злость помогает взять себя в руки. И что я нюни распускаю? Может, роды на меня так повлияли? Как же обидно ничего не помнить!
Я всегда боялась родов. Все вокруг мне твердили, что это естественный процесс, ну, подумаешь, болезненный. А я как раз этой боли и боялась, но это не мешало мне хотеть детей. Любая боль забудется, а ребёнок-то останется. И вот, я родила, причём сама и в таком возрасте, и после того, как мне поставили диагноз бесплодие, а ничего не помню!
Обидно. Ой, в глазах защипало. Нет, со мной определённо что-то не так!
Кряхтя, как старушка, я с трудом дотянулась до ходунков и встала. Ох, как же болит тело! И сегодня ещё занятия! Ужас! Интересно, пропустить можно? Зачем же ставить их каждый день?
Я выползла из комнаты и позвала:
- Глеб!
Мой голос дрогнул. Да и позвала я тихо. Наверное, не хочу убедиться в том, что его нет.
- Проснулась? – неожиданно раздался голос мужа. И он сам оказался рядом. Как же тихо он подошёл! Я и не услышала.
- Да. А где Андрюша? Почему ты меня не разбудил? Почему так тихо? Он спит? Ты на работу не поехал? – затараторила я.
- Тише, тише, – рассмеялся вдруг Глеб. – Кажется, ты приходишь в себя! И раньше ты задавала мне миллион вопросов! Идём, буду кормить тебя и поить кофе. И на вопросы твои все отвечу.
Он помог мне дойти до кухни. Удивительно, но, когда меня поддерживает муж, а не ходунки, шагается гораздо легче. И нужна мне эта реабилитация? У меня вон какой личный помощник есть!
Я украдкой бросила взгляд на мужа. Сегодня он мне показался симпатичным. И как я могла думать, что он не красивый? По-моему, очень даже привлекательный. Мне нравится его голос, чувствовать его руки… Ух! Это гормоны шалят или температура в квартире повысилась?
- Андрюша сегодня с моими родителями, – пояснил Глеб. – И пробудет у них до вечера. Твоя мама тоже у них сегодня.
- Зачем? – испугалась я.
- Тебе нужен отдых. В первый же день после выписки, ты даже на полчаса не прилегла, хотя у тебя ещё сохраняется постельный режим. Вечером заберём сына домой.
Я возмутилась, но только про себя. Это же мой сын! Разве не нужно было посоветоваться со мной? Всегда уверенный, что поступает правильно, сейчас Глеб меня взбесил. Он может быть каким угодно человеком, но ребёнок общий!
- Не возмущайся, – произнёс Глеб, снова будто прочитав мои мысли. Меня это даже не удивляет уже. – Я посоветовался с врачом. Да, я знаю, что ты бы ни за что не отпустила Андрюшу на целый день, но у нас сегодня много дел, на которые ребёнка с собой не возьмёшь. А будить тебя я не захотел, потому что ночью ты плохо спала.
- Это каких таких дел? – спросила я, наконец, добравшись до удобного кухонного стула и сев. Как же хочется ходить! Как раньше! Быстро! Даже бегать хочется, хотя я бег никогда особо не любила.
- Сначала едем к врачу. Ангелина Григорьевна ждёт нас к часу. Нужно разобраться с твоим состоянием. А от неё сразу на занятия.
- Давай туда не поедем, – попросила я.
- Что случилось?
- Тело болит после вчерашнего. Ещё сегодня! Не хочу.
- Ты как ребёнок! – сердито заметил Глеб. – Скажешь, что тело болит. Может, тебе нагрузку снизят. Объяснят, нормально это или нет. Но почему ты сразу идёшь на попятную? Не пойду, не буду!
Он отвернулся к плите и начал греметь посудой. Я притихла. Мне хватило того, что я сама себя ерундой всякой накручиваю, подозревая мужа в измене. Переживаю. А теперь ещё и капризничаю?
- Прости, – произнесла я. – Что-то со мной не так в последнее время.
- Это ты прости, – Глеб поставил на стол две тарелки с маминой вчерашней стряпнёй: себе и мне. – Тебе непросто сейчас. Всё новое. Очнулась и ничего не помнишь! Я даже представить не могу, как это.
- Тебе не проще, – покачала я головой.
- Ладно, давай не будем спорить, кому хуже. Просто поедим и будем собираться.
И больше мы не спорили. Молча пообедали (я позавтракала так-то), я сама кое-как переоделась, отказавшись от помощи – нет, не могу ещё привыкнуть, что муж меня уже видел без одежды. Да, дожила до сорока, а стеснение никуда не делось.
Глеб помог мне спуститься и оставил у подъезда:
- Сейчас машину подгоню, чтобы тебе полдня до парковки не ползти.
Я не возражала. Погода прекрасная, чтобы просто постоять и наслаждаться. Никого нет, тихо… Какой симпатичный жилой комплекс! Квартиры здесь, наверное, дорогие.
Но моё уединение не продолжалось долго. Только Глеб отошёл от меня, как почти сразу сзади раздалось:
- Привет, Уля!
- Здравствуй, Лариса, – ответила я не поворачиваясь. Впрочем, соседка сама встала так, что оказалась в поле моего зрения.
- Ну как? Вспомнила что?
- Нет, – соврала я. Не хочу с ней откровенничать. Да и не обязана.
- Ну-ну. Вспомнишь, ко мне сразу придёшь. Больше не к кому будет. А захочешь, я сразу тебе всё расскажу. Только правду. Подтолкну тебя к истине! А то расслабишься… Не надо на меня волком смотреть! Что, по-твоему, лучше не знать? А если вспомнишь потом, что всё не так ладно, как тебе сейчас кажется, что тогда? Боль, обида и разочарование. И будем пить вино на моей кухне. Такое уже бывало!
Я скрипнула зубами, но не успела ничего ответить. Рядом притормозил Глеб и выскочил из машины.
- О, привет, Глеб! – воскликнула Лариса.
- Привет, – едва кивнул ей мой муж, открывая передо мной дверцу пассажирского сиденья.
- Не страшно? – поинтересовалась соседка. – Снова вдвоём едете! Ты хоть назад её посади! Место рядом с водителем – место смертника! Всем же известно. Второй раз может не повезти.
- Шла бы ты, – резко бросил ей Глеб. – Куда шла туда и иди! И не нужно тут каркать.
- Ой, уж не скажи вам ничего! Что одна, что другой, – обиделась вдруг женщина и тоже отправилась на парковку. Видимо, она и сама водит машину.
- Вот болтушка! – недовольно пробормотал Глеб, пристёгивая меня ремнём безопасности. Вообще, руки у меня работают более-менее, и сама бы справилась, но он и не спрашивал. Просто делал. – А она права, – произнёс Глеб, усаживаясь на место водителя. – Страшно ехать с тобой один на один после той аварии. Но мы не будем страху подчиняться, да? Преодолеем его сразу.
Он повернулся ко мне, а я засмотрелась на него, и не сразу сообразила, что ответить. Наконец, я просто кивнула.
- Я за руль почти месяц не садился после той аварии, – заметил Глеб. – Был какой-то ступор, хотя с чего? Не я был виноват. Знаешь, может, и хорошо, что ты аварию не помнишь. Было страшно. Сначала я думал, ты умерла. Я видел только твою руку! А потом ты так кричала! Пришла в себя, когда тебя достали спасатели. По дороге в больницу отключилась и два месяца провела в коме.
Он сглотнул, осторожно выезжая со двора. А у меня промелькнуло какое-то неуловимое воспоминание… Наверное, как раз об аварии. Или что-то другое. Я даже не попыталась за него зацепиться.
Глеб прав: хорошо, что я не помню аварию. И хорошо бы её не вспоминать, но перед глазами уже начали мелькать какие-то образы.
***
- Почему ты один? – спросила я, положив Глебу голову на плечо. Мы сидели в маленьком, но очень уютном кафе. Здесь оказалось немного посетителей, довольно удобные диванчики и ламповая, почти домашняя атмосфера. – У тебя же кто-то был до меня?
- Моя девушка меня бросила, – равнодушно пожал плечами Глеб.
- Почему?
- Ей предложили должность в Москве, а я переезжать не захотел. У меня здесь есть работа, которая мне нравится.
- И она одна уехала?
- Да. Я ей сделал предложение незадолго до этого, но в итоге она выбрала карьеру, а не семью.
- Ты злишься на неё? – снова спросила я.
Глеб задумался.
- Наверное, нет, – наконец, ответил он. – Каждому своё. Хорошо, что всё случилось, когда случилось, а не после свадьбы, например.
- Вы долго были вместе?
- Три года.
- А расстались давно?
Глеб вдруг рассмеялся:
- Ты так много вопросов задаёшь!
- Но мне же интересно! – возмутилась я. – Я тебе про бывшего мужа всё рассказала! Чтобы один раз поднять тему и тут же её раз и навсегда закрыть. А ты мне не ответил.
- Может, ты и права… Один раз и больше не поднимать… – Глеб задумался. – Расстались два года назад. И никого у меня больше не было. До тебя. Я был занят только работой. Как ты могла заметить, я не очень привлекателен внешне. Девушки никогда на меня особо внимания не обращали.
- Не говори глупостей, – я слегка шлёпнула его по коленке.
Глеб усмехнулся:
- Ты сама сказала, что сначала я тебе не понравился.
- Ну а теперь ты меня очаровал, – произнесла я. Хотела сказать, как бы мимоходом, уверенно, но почему-то покраснела. Щёки аж запылали!
Я почувствовала прохладные губы Глеба на своей щеке и почему-то от этого смутилась ещё больше.
- Приехали, – пробормотал Глеб, а я моргнула. И что, теперь постоянно так вспоминать буду? Урывками? – Всё нормально? Тебя не укачало?
- Меня никогда не укачивает, – пожала я плечами.
- А вот и неправда, – муж улыбнулся. – Во время беременности ещё как укачивало! Какой-то период с тобой невозможно было ездить без упаковки пакетов! Но мы это стойко пережили. Идём?
- Погоди, – остановила я Глеба. Сердце стучало, в голове шумело, но я решилась. – Скажи, а какие у нас с тобой были отношения? Мы ругались?
- Бывало. За последний год мы пережили всякое. Не каждый столько за жизнь переживает! Очень насыщенное время. Но, мне кажется, хорошего было гораздо больше.
- Расскажешь?
Глеб посмотрел на меня, а потом, будто не сдержав порыва, погладил меня по щеке пальцем и пообещал:
- Вечером, ладно? Сейчас нужно спешить, чтобы не опоздать на приём. И у нас впритык времени до твоих занятий в центре.
Я кивнула, подавив тяжёлый вздох. Лучше бы мы просто поболтали!
Продолжение следует... Не забывайте подписываться на канал, сообщество VK, ставить лайки и писать комментарии! Больше рассказов и повестей вы найдёте в навигации по каналу.