За плечами Евгении Киреевой девять лет работы в авиакомпании Nordwind, из которых четыре года она занимает кресло командира воздушного судна Boeing 737. Переход от учебного «кукурузника» Ан-2 к магистральному лайнеру потребовал высочайшей концентрации и постоянного обучения. Но в авиации не бывает случайных людей, и карьера Евгении тому подтверждение.
– Евгения, до прихода в Nordwind Airlines вы шесть лет проработали пилотом-инструктором в Сасовском лётном училище, летали на маленьком «кукурузнике». Отличается ли управление Ан-2 и Boeing 737?
– Панель управления в маленьких самолётах не такая как в Boeing, но основные приборы есть. Курсанту во время обучения первоначально нужно понять, как летает самолёт, почему происходят те или иные события, какие значения видно на приборах. Безусловно, скорости и габариты у этих самолётов разные, органы управления по-разному расположены. Но, по сути, пилотирование Ан-2 и Boeing принципиально не отличается. Поэтому в лётных училищах и учат курсантов на маленьких самолётах.
– Что вам помогло при трудоустройстве в Nordwind Airlines помимо навыков пилотирования?
– Работая в училище пилотом-инструктором, я ещё по своей инициативе преподавала аэродинамику, навигацию, руководство полётной эксплуатации и другие специальные дисциплины. И то, что по ним у меня были свежие знания, очень помогло на встрече с лётным руководством авиакомпании.
Бонус с любимому делу
– Какое впечатление у вас сложилось об авиакомпании на собеседовании?
– Я раньше думала, что в большой авиации сидят такие коронованные дядьки, к которым просто так не обратишься. А тут мы так хорошо при первой же встрече пообщались с лётным руководством, как будто тысячу лет друг друга знали. У меня стереотип сломался. В лётном училище у нас тоже был отличный коллектив, прям дружная семья. Но оказалось, что и в крупной авиакомпании душевные люди. И это очень классно. Доброжелательный коллектив – хороший бонус к любимой работе.
Нельзя поставить полёт на паузу
– Для обычного человека взлёт на самолёте – всегда переживание. А какие эмоции захватывают пилота в секунду отрыва от земли?
– Каждые взлёт и посадка – всегда что-то новое. Ни в коем случае нельзя думать: «Ерунда, я это делала тысячу раз». Ты несёшь ответственность за пассажиров и должен быть собранным. Для командира это этап максимальной концентрации. Не стресс, но и не расслабленность. Это скорее состояние полной готовности.
Каждый полёт индивидуален и зависит от многих факторов, таких как погодные условия, состояние взлётно-посадочной полосы, настрой экипажа и пассажиров. Именно концентрация позволяет реагировать на ситуации, которые могут произойти в самый неподходящий момент.
Евгения проводит аналогию с автомобилем, но указывает на критическое различие.
– Автомобилем управлять проще: если что-то пошло не так, можно нажать на тормоз, остановиться и выйти. В самолёте нет стоп-крана. Нельзя поставить полёт на паузу, сохраниться и начать заново. На каждый сигнал есть своя процедура, и ты обязан её выполнить здесь и сейчас.
В машине можно выйти, хлопнуть дверью и сказать: «Я ничего не знаю». В небе такой возможности нет. Но есть и плюс: в авиации меньше человеческих факторов со стороны. На дороге можно столкнуться с неадекватным водителем. В небе безопасность обеспечивают системы и профессионалы на земле и в воздухе. Это и диспетчеры, и инженеры по ремонту и обслуживанию самолётов и двигателей, благодаря труду которых мы уверенно выходим в рейсы.
Жизнь в ритме, который диктует небо
Для многих работа – это необходимость, а отпуск – долгожданная свобода. У Евгении иное отношение.
– Я не хожу на работу с мыслью: «Опять мне туда идти! Когда же отпуск?» Никогда так не думала, наоборот, всегда на позитиве. Настолько, что в отпуск меня «выгоняют» (смеётся).
Она отмечает, что полёты в Nordwind Airlines сильно расширили географию её путешествий.
– Мне, как человеку, неизбалованному полётами в другие города и страны, это очень интересно. В большинстве рейсов удаётся выкроить время посмотреть достопримечательности, походить по городу, попробовать местные блюда.
Конечно, есть и минусы в работе пилота. Чартерные рейсы – это постоянные командировки, жизнь на чемоданах, отсутствие привязки к праздникам. К примеру, в этот Новый год Евгения работала. Кому-то такой график тяжело даётся, для неё это уже ставший привычным ритм жизни.
– Что пятница, что понедельник – всё равно. Я не живу от выходных до выходных. Моя работа – это ритм, который диктует небо, а не календарь.
Виды, которые нельзя забыть: от ночной Москвы до северного сияния
У пилотов лучший в мире вид «из окна рабочего кабинета». Но, оказывается, некоторые явления не видны невооружённым глазом.
– Каждый рассвет и закат индивидуальны. Не потому, что они разные, а потому, что ты в этот момент другой. У тебя могут быть свои мысли, события дня. Поэтому на фотографиях они выглядят одинаково, а в памяти всё уникально.
Особенно впечатляют ночные города. При хорошей погоде с высоты видно Москву как на ладони: Останкинскую телебашню, «Москва-Сити». Чётко различается Лосиный остров – огромное тёмное пятно посреди огней. А при подлёте к Санкт-Петербургу можно разглядеть Эрмитаж и Васильевский остров.
Над Уралом Евгения впервые увидела северное сияние. Но был нюанс.
– Глазами я видела просто серую пелену, дымку. И тут вспомнила, как другие пилоты говорили, что слабое сияние может быть не видно невооружённым глазом. Беру телефон, фотографирую, и на экране появляется такое зарево!
Иногда девушка-пилот становится гидом для пассажиров самолёта. Видя за бортом знакомые места, рассказывает интересные факты о них по громкой связи. Так, пролетая мимо Эльбруса, Евгения, которая видела этот стратовулкан и сверху, и с земли, объявляет:
– Пассажиры по левому борту, посмотрите: Эльбрус – самая высокая горная вершина России и Евразии, 5642 метра над уровнем моря.
Атмосфера в кабине: музыка, настроение и концентрация
У каждого пилота есть свои ритуалы создания рабочей атмосферы. Евгения не скрывает: она всегда старается настроить экипаж на позитив. Во время полёта включать музыку запрещено – нельзя отвлекаться. Но перед вылетом, пока нет пассажиров, командир часто создаёт настроение для команды приятными песнями.
– Зимой летели из Сочи в Кемерово, я включила песню «Звенит январская вьюга». Девочки сразу повеселели. Важно, чтобы экипаж был расслаблен физически, но сконцентрирован. Зажатый человек не замечает деталей.
Евгения предпочитает спокойную музыку со смыслом. Бардовская песня, классика – вот то, что помогает настроиться на размеренный, спокойный полёт.
Жизнь между рейсами
Что делает пилот, когда не летает? Хобби Евгении менялись вместе с графиком. Раньше, к примеру, она собирала миниатюрные копии самолётов.
– Я увлекалась авиамоделированием. Но с моей нынешней работой это не совсем совместимо. В училище могла возвращаться в кабинет каждый вечер и работать над моделью, а тут, когда улетаешь на несколько дней, сложно вернуться и доделать какие-то вещи.
Сейчас на смену моделям пришли книги, фильмы и путешествия. Во время командировок Евгения использует время с пользой.
– В некоторых отелях есть стойки буккроссинга. Если нахожусь в командировке несколько дней, бывает, читаю разные произведения классиков и современных авторов.
Работа пилота подразумевает постоянное обучение. Это не та профессия, где можно выучиться один раз и забыть.
– Учеба за учёбой. Курсы, документы для ознакомления. Если хочешь быть профессионалом своего дела, должен читать, изучать, применять. Как минимум один курс в месяц у нас обязательно есть. Поэтому приходится постоянно обновлять знания.
Но несмотря на такую загруженность, Евгения довольна своей профессией:
– Я считаю себя счастливым человеком, потому что у меня есть работа, которая приносит мне удовольствие. Это реально здорово.