Пока ехали в сторону поселка, начался снег. Жанна всматривалась в мелькавшие за окном картинки, пытаясь понять, в какой части населенного пункта они находились. Неужели за три с лишним года она совсем позабыла Ключи? Или это темное время суток и снег играют с ней такую злую шутку, мешая сориентироваться в пространстве?
— Ты так и не сказала, к кому приехала, — весело сказал Евгений, поглядывая на Жанну.
— Я приехала к Галине Нечаевой. Знаешь такую?
Машина резко дернулась, а Евгений чертыхнулся и снова надавил на газ.
— Вот же старый драндулет! Сколько на нем езжу, вечно какие-то проблемы с ним. Ты к Галине приехала? А кто ты ей?
Жанна усмехнулась. Было ясно, что машина дернулась не из-за того, что была старой и не совсем исправной, а в результате реакции водителя на слова случайной пассажирки. Знал Евгений Галину, и, судя по тому, как отреагировал на ее имя, никаких приятных эмоций при упоминании о ней не испытывал.
— Я – родственница, — коротко ответила Жанна, — а что такое? Ты Галину знаешь?
Он хмыкнул:
— А кто же ее не знает? Жена Лешки Нечаева, что клубничные грядки держит в Ключах. Всю ягоду на продажу и на производство варенья и сиропов выращивал, а после его смерти Галина что-то совсем сдала. Хозяйство запустила, вот уже полгода сидит безвылазно дома, зарплату работникам задерживает.
— Все ты знаешь, — Жанна рассмеялась и бросила быстрый взгляд на Евгения, — сам, небось, работал у нее? Тебе она зарплату не выдала?
— Нет. Невеста моя с мамкой своей у нее трудилась. Все лето отпахали, а толку ноль. Лешка как заболел, так сразу бразды правления ослабил, а Галка не потянула это дело. Работников, главное, не разогнала, а на реализацию товар не в полном объеме передала. Что-то удалось продать, но выручки с этого пшик да маленько. Народ на Галку сердится, понятно, что не потянет она в одиночку свое хозяйство. А ты, стало быть, в подмогу ей приехала? Только толку от этого? На дворе почти декабрь, уже смысла нет никакого. Надо было весной приезжать.
— Я не на хозяйство приехала, — возразила Жанна, получившая за минуту столько полезной информации, сколько бы не получила от кровных родственников Галины, — я к самой хозяйке. Помогать ей буду со здоровьем, а с клубникой будем потом разбираться.
— Ты давай там, постарайся сделать так, чтобы Нечаева людям зарплату выплатила, — строго проговорил Евгений, а потом нажал на педаль тормоза. Машина остановилась возле домика, в одном окошке которого едва виднелся горевший свет.
— Разберемся, — отозвалась Жанна, выходя из машины, — спасибо, что подвез.
Они с Евгением распрощались, и Жанна, с легкостью поднявшись на крыльцо, постучала в дверь. Ей не открывали достаточно долго, и Жанне снова стало страшно: а вдруг тетя Галя уже спит? Или она вообще не открывает по ночам двери незнакомым людям? Куда податься в таком случае Жанне? Ужас сковал все ее тело, снова замутило от страха, но Жанна настойчиво продолжала стучать в дверь.
— Кого там принесло? — наконец внутри дома послышался недовольный женский голос, и Жанне сразу же вспомнилась Анна Петровна. Голос ее был так похож на голос старшей сестры, что Жанна даже растерялась. Как будто обратно в город вернулась к собственной свекрови!
— Тетя Галя, открывайте, это Жанна.
Загремел замок, из дома пахнуло теплом и сыростью. Жанна улыбнулась хмурившей брови Галине Петровне, та продолжала смотреть на нежданную гостью недоброжелательно, даже злобно.
— Чего приехала? Я что, звала тебя?
Да уж, гостеприимством не отличался никто из семейства Геннадия. Что младшая сестра, что старшая – обе были странноватыми и очень не горели любовью к окружающим.
— Так и будете меня на пороге держать? Дом замерзнет.
Галина Петровна впустила Жанну, а сама, прихрамывая, прошла вглубь своего дома. Внутри жилого помещения было не прибрано, повсюду валялись какие-то вещи, стояли коробки, из соседней комнаты вышел рыжий кот, протяжно мяукнул и, дернув хвостом, убежал обратно.
Жанна, тяжело вздохнув, поставила сумку на пол, потом закрыла дверь и прошла в зал, где тетя Галя сидела за столом и, сдвинув брови, исподлобья смотрела на свою названную родственницу.
— Зачем приехала? Тебя Анька что ли прислала? Хоронить меня рано, не дождетесь.
Жанна присела за стол, осмотрелась по сторонам, поняв, что предстоит ей непростая работа по уборке теткиного дома. Сама Галина Петровна выглядела не очень здоровой: седая, с растрепанными волосами, под глазами у нее пролегли темные круги, щеки ввалились, а руки, покрытые выпуклыми темно-синими венами, подрагивали при свете тусклого ночника.
— Я не для этого приехала, тетя Галя, — мягко ответила Жанна, — знаю я, что дядя Леша умер, очень сочувствую вам.
Тетка хмыкнула, но ничего Жанне не ответила.
— Я помочь вам хочу, — сказала молодая женщина, — знаю, что вы тут одна, никто не стремится вас поддержать, а я так не могу. Вы ведь с моей бабушкой дружили, я это прекрасно помню.
— Причем тут вообще твоя бабка? — грубо спросила Галина Петровна, — ты с этой стороны не заходи. Скажи прямо, кто тебя прислал и зачем.
— Никто не присылал, — честно ответила Жанна, — Анна Петровна не знает о том, что я здесь. И Геннадий не знает. Не ладится у меня с ним, вот я и уехала. Решила, что вам помогу, заодно поживу отдельно. Вы ведь не выгоните меня? Идти мне некуда, дома нет, денег тоже. Зато желания помогать вам ого-го.
Галина Петровна смягчилась. Ужин и чай гостье не предложила, но спать уложила в зале на жестком диване. Выдала какую-то старую простыню с катышками, тоненькое одеяло и видавшую виды подушку. Жанна не стала возражать, она не была брезгливой, зато очень сильно устала с дороги и была готова лечь хоть на пороге.
Утром она проснулась от грохота. Подскочила на диване, хлопая глазами и пытаясь сообразить, где находится.
— Вставай, — проскрипела совсем рядом тетя Галя, — коли приехала, давай за водой сходи, да хлеба прикупи. Я тебя за просто так кормить не буду.
Жанна не спорила с хозяйкой дома. Поднялась, убрала застиранное постельное белье в угол дивана, умылась кое-как ледяной водой, потом отправилась на улицу.
Вышла на крыльцо и обомлела: все вокруг было белым от снега. Поежившись и выпустив изо рта несколько клубочков пара, Жанна побежала в сторону сельского магазина. Она еще помнила о том, что и где в Ключах располагалось. Кое-что, конечно, в поселке изменилось за три года, но в целом все оставалось таким же, каким и было до ее отъезда, даже соседи встречались Жанне те же самые, что жили в то время, когда она сама была коренной жительницей Ключей.
— Ой, Жанка! — крикнула ей продавщица, махнув Жанне рукой, — ты в гости приехала? К кому?
С продавщицей Леной Жанна была знакома с детства. Вместе они учились в одном классе, сразу после окончания школы Лены вышла замуж, родила мужу троих детей и осела в Ключах. Большинство их одноклассников давно разъехались из поселка, а Лена была одной из тех, кто остался в родном месте, осев надолго.
Поболтав немного со своей бывшей одноклассницей, Жанна узнала много нового. И о том, что в колхозе местном был новый председатель, и о том, что школу новую строить собирались, и про алкомаркет, который должен был вот-вот открыться в самом центре Ключей.
— Мужики тут и без него каждый день за воротник закладывают, — пожаловалась Лена, — а теперь вообще непонятно что будет. И, главное, что у нашего магазина выручка упадет, у меня трое детей, кредит на технику и машину. В общем, беда какая-то.
Жанна купила хлеб, макароны, тушенку и кое-какие овощи, а потом отправилась обратно к тете Гале. Та уже наготовила блинов, выставила их на середину стола, а потом указала Жанне место, на которое гостья могла присесть.
— Я тебя кормить не собираюсь, — Галина Петровна снова диктовала свои правила, — будешь сама готовить.
— Буду, — с готовностью откликнулась Жанна, — и готовить, и убираться. И к врачу мы вместе с вами поедем.
— К врачу не поеду, — отрезала тетя Галя, — никогда к ним не ходила и не собираюсь.
— Но ведь у вас спина болит, нога! Тетя Галя, давайте…
— Давай без этого, — перебила ее Галина Петровна, — ешь давай.
Жанна замолчала. Позавтракала, потом начала наводить в доме порядок. Галина Петровна, сидевшая перед телевизором, с удовольствием наблюдала за тем, как приехавшая в ее дом родственница старается, тщательно отмывая грязь от пола и выскабливая плесень из углов дома.
За день Жанна так вымоталась, что упала на жесткий диван без задних ног. С утра проснулась от стонов, раздававшихся из соседней комнаты. Выяснилось, что это Галине Петровне, решившей накануне вечером холодильник подвинуть, совсем худо стало.
Жанна не без труда нашла трезвого соседа с машиной, в которую погрузили кряхтевшую от боли Галину Петровну, а потом транспортировали ее в соседний поселок, в котором имелся фельдшерский пункт.
— Тут целый букет, — покачал головой врач после осмотра Галины Петровны, — выписываю направление на госпитализацию.
— Нет! — вскричала услышавшая слова доктора Галина Петровна, — только не в больницу! Там Лешку моего загубили, теперь и меня загубят.
Но выбора у старушки не оставалось, потому что боли усиливались, а возвращаться домой и мучиться там от приступов ей все же не хотелось. Прямо из соседнего поселка тетю Галю отвезли на служебной машине в районный центр, а Жанна пообещала на следующий день приехать и привезти все необходимые вещи.
Уставшая, голодная и растерянная, Жанна вернулась в дом к тетке только под вечер. Пришлось долго искать транспорт, на котором можно было добраться из районного центра в Ключи, да и еще незадача была: убегая из дома, чтобы помочь тетке, Жанна забыла телефон, так что возможности узнать время или позвонить кому-нибудь у нее не имелось.
Подходя в почти кромешной темноте к дому Галины Петровны, Жанна заметила возле калитки мужскую фигуру. Напряглась от волнения и страха, но все равно продолжала идти.
— И как это понимать? — раздался в сумерках знакомый голос.
— Гена? Ты как тут оказался? — Жанна приблизилась к мужчине и поняла, что это был ее собственный муж. Прошло всего два дня с того момента, как она уехала, а муж уже прискакал к ней. Неужели соскучился?
— Тебя искал! — сухо ответил он, — нельзя было мужа в известность поставить о своих планах?
Они вошли в дом, Жанна включила чайник и накинула на плечи теплую шаль. В дороге она жутко замерзла, все же на улице была зима, а теплой машины и нормальной шубки у нее не было.
Геннадий сидел за столом и требовательно смотрел на жену.
— Ты специально выставила меня полным бараном перед матерью и друзьями? Почему я узнал о том, что ты уехала в Ключи от какого-то маминого знакомого?
Жанна с удивлением уставилась на Геннадия. Что это было? Ревность или очередной приступ злости в ее адрес?
— Ты мог мне просто позвонить и спросить о том, где я, — спокойным голосом ответила Жанна, — и не нужно на меня повышать голос.
Лицо Геннадия переменилось:
— Как это понимать? То есть ты уехала, не сказав мне ни слова, а теперь еще меня виноватым выставляешь?
— Ничего подобного, — возразила Жанна, — я не выставляю тебя виноватым, ты сам так решил. Я уехала, потому что понимала, что еще немного, и вы со своей матерью попросту выгоните меня взашей.
— Что за глупости? — буркнул Геннадий, — никто бы тебя не выгнал!
— Гена, для чего ты приехал? — устало спросила Жанна, — чтобы снова отчитывать меня или по делу?
— Приехал, чтобы в глаза твои наглые посмотреть! — возмущенно ответил он, — предательница ты, Жанна!
— Я? — она вдруг рассмеялась, — то есть я просто уехала, чтобы помочь твоей тетке и оказалась предательницей? А ты, переписывающийся с какой-то Аленой, весь в белом?
Геннадий округлил глаза и ударил кулаком по столу:
— Ты в телефоне моем хозяйничала? Да как ты могла?
Жанна испуганно уставилась на подскочившего из-за стола мужа, подбежавшего к ней с явным намерением наказать за провинность. И некому было ее защитить, никто не мог постоять за нее и обезопасить от выпадов разъяренного мужа. И так страшно стало Жанне, как не было никогда раньше.
Жанна придвинулась поближе к столу, принимая защитное положение. Геннадий навис над женой, сжав руки в кулаки и всем своим видом давая понять Жанне, что он зол и готов к самым решительным действиям. Никогда он не понимал руку на жену, но это совсем не означало, что и в будущем это оставалось невозможным.
— Я не читала твоих переписок, — дрогнувшим голосом произнесла Жанна, стараясь смотреть в глаза мужу уверенно и без страха, — просто нужно лучше скрывать свои шашни на стороне.
— А у меня их нет! Мне скрывать нечего! — усмехнулся Геннадий и отошел от Жанны. Она с облегчением выдохнула.
— Если нечего скрывать, тогда не нужно и беспокоиться, — ответила Жанна, — Гена, давай ляжем спать. Я очень сильно устала. Убиралась в доме твоей тети, потом отвозила ее в больницу. Завтра мне снова нужно ехать в районный центр, чтобы отвезти ей вещи.
Геннадий обернулся и посмотрел на Жанну с удивлением:
— Я не понимаю, разве ты остаешься? Вообще-то я приехал за тобой.
В другой раз она бы радовалась словам мужа, все-таки Геннадий явился не просто для того, чтобы напомнить о себе, но и к ней самой. Хотел, чтобы Жанна вернулась в дом к свекрам, но вот она сама этого совершенно не желала.
— Я не поеду. Сейчас не поеду. Галине Петровне нужна моя помощь, я не могу оставить ее. Тут хозяйство, кот, да и сама она нуждается в поддержке.
— А я не нуждаюсь? — вспыхнул Геннадий, — вообще-то я твой муж, а моя тетка для тебя – седьмая вода на киселе. Чего ты носишься с ней? Хочешь наследство от Галки получить?
Жанна поморщилась, слушая своего супруга. Как же Геннадий был похож на свою мать: злую, расчетливую, завистливую. Сколько раз Жанна вспоминала слова Анны Петровны, которые та говорила в адрес своей старшей сестры. Анна терпеть не могла Галину, завидовала ей, особенно тому, что Галина Петровна была независимой, любимой своим мужем и умеющей любить.
Несмотря на свой непростой характер, тетя Галя сумела достичь гораздо большего, нежели ее младшая сестра. Анна Петровна своим главным достижением считала рождение сына, а для Галины Петровны самым важным было оставаться достойным человеком. Даже теперь, не заплатив людям деньги за работу, Галина Петровна мучилась угрызениями совести и даже заболела из-за этого.
— Я просто хочу помочь, — ответила Жанна мужу, — бескорыстно, просто для того, чтобы моя совесть была чиста. Зная о том, что пожилой и не совсем здоровый человек нуждается в помощи, я не могла закрыть на это глаза.
— Лучше бы ты закрыла глаза, когда сообщения мои читала! — перебил Жанну Геннадий, — все с тобой понятно! Строишь из себя бедную овечку, обиженную жизнью, а сама уже все рассчитала! Завтра я уеду, без тебя! Оставайся тут, меси грязь деревенскую. Тебе не привыкать!
Жанна с грустью смотрела на Геннадия. И ведь этого человека она любила, пожалуй, до сих пор. Закрывала глаза на его недостатки, списывала все на дурное воспитание и влияние свекрови, а ведь Геннадий был не самым хорошим человеком сам по себе. Даже не замечал этого, напротив, считал всех вокруг плохими, а себя самым лучшим и достойным.
— Да, мне не привыкать, — согласилась Жанна, — уезжай, Гена.
— Уеду! — поддакнул он, — и буду жить так, как мне хочется. Тебе хочется грязь месить и коровам хвосты крутить – пожалуйста! А я буду наслаждаться свободной жизнью! Бабу себе заведу, и ты мне ничего не скажешь.
— Как знаешь, — равнодушно ответила Жанна, чувствуя внутри что-то вроде брезгливости. Надо же, как просто муж отказался от нее, а она надеялась на то, что между ней и Геннадием еще могли теплиться какие-то чувства. Глупая Жанна, наивная и доверчивая!
Ранним утром следующего дня Геннадий уехал. Предупредил Жанну о том, чтобы она не смела возвращаться в дом к его родителям, а еще пригрозил тем, что подаст на развод. Жанна не стала спорить с мужем, но вот мысль про деньги, остававшиеся на счету у Геннадия, очень сильно хотелось узнать. Куда теперь Гена их потратит – одному богу было известно. Навряд ли он вернет эти средства Жанне, оставит себе в качестве моральной компенсации за разрушенный брак и потраченные на непутевую жену нервы.
Жанна старалась не думать о муже. Моталась в районный центр, занималась вопросами здоровья тети Гали и решением проблем с деньгами, оставшимися после смерти Алексея Нечаева. Узнала о том, что на счету покойного фермера имелись кое-какие средства, и, как только выписали из больницы Галину Петровну, они вместе с Жанной отправились в банк.
— Мне некогда было этими вопросами заниматься, — посетовала тетя Галя, — а тут, оказывается, Лешенька сбережения мне кое-какие оставил. Смогу я с них людям зарплату отдать?
Жанна кивнула. Денег хватало и на расчет с работниками и на покупку удобрений для будущего урожая. Жанна решила, что возвращаться в город не будет: занялась изучением промышленного выращивания клубники, готовилась к весне и жила на удивление спокойной и размеренной жизнью.
Галина Петровна стала мягче и добрее по отношению к Жанне. Пожилая женщина поняла, что Жанна не претендует ни на что, оставшись рядом с ней, и постепенно тетя Галя начала оттаивать и проявлять в адрес своей жильцы теплые чувства.
— Жаль, что у тебя с Генкой не сложилось, — иногда говорила Галина Петровна, а Жанна при упоминании имени мужа морщилась и старательно отгоняла неприятные мысли, — он ведь весь в мать свою. Такой же противный, несговорчивый и завистливый. Вечно с мальчишками дрался, доказывал всем, что он главный, хотя сам из себя ничего не представляет. Жалко мне, что ты с ним связалась. Ты ведь девка не плохая, а он тебя совсем не заслуживает.
Жанна молчала, не комментируя слова тети Гали. Геннадий ей не звонил, ничего о его жизни Жанна не знала. Приехав один раз в город для того, чтобы написать заявление об увольнении из библиотеки, Жанна даже к свекрам не заглянула. Анна Петровна ей тоже не звонила, видимо, молча радовалась тому, что ей удалось избавиться от нелюбимой невестки.
Близилась середина весны, Жанна отыскала работников, готовых трудиться на клубничных грядках Галины Нечаевой. Среди них оказалась и невеста Евгения, та самая, которая больше всех жаловалась на то, что ее обманули с зарплатой.
— Ты Лариску мою не обижай, — предупредил Женька Жанну, — она у меня того, беременная. Женимся мы с ней осенью, а пока пусть с мамкой на свадьбу зарабатывают.
Жанна не стала отвечать Евгению, хотя считала такое его отношение к своей невесте потребительским. Лариса старалась помогать Жанне, вместе они ездили в районный центр за рассадой, химикатами и удобрениями, а Галина Петровна строго контролировала все расходы и внимательно следила за своими наемными работниками.
— Слыхала я давеча, как наши работнички нас с тобой обсуждали, — однажды вечером сказала тетя Галя Жанне, — не верят они в успех нашего с тобой предприятия. Говорят, что бабы ничего не соображают в бизнесе, что окончательно мы загубим Лешкино дело и растеряем всех клиентов. Слушала я их и думала о том, что правы они в чем-то.
— Не правы они! — возразила Жанна, — все мы с вами сможем сделать. Я долго изучала информацию, знаю про клубнику, может быть, побольше вашего покойного супруга. И пусть поменьше работнички болтают, лучше бы руками так работали, как языком.
Галина Петровна довольно проговорила:
— Молодец ты, Жанна! Думала я, что ты овечка бесхребетная, которую под себя Генка подмял, а ты ему сто очков вперед дашь. Даже Лешка мой так не говорил, как ты.
Жанна улыбнулась тете Гале и ничего ей не ответила.
Подготовка к новому клубничному сезону шла полным ходом. Каждый день на грядках велись активные работы, только вот в один из выходных на участок к Галине Нечаевой заглянул какой-то незнакомый мужчина.
— С налоговой что ли? — встрепенулась Галина Петровна, взволнованно выглядывая в окно, — мы с тобой, Жанка, платим ли налоги?
— Какие налоги, тетя Галя? — удивилась Жанна, — мы еще продать ничего не успели, чтобы было за что налоги платить. Пойду посмотрю, что за мужик там по нашим грядках прохаживается.
Жанна вышла во двор и направилась в сторону незнакомого высокого мужчины, стоявшего у забора и с интересом рассматривавшего клубничные посадки.
— Ошибки технологии вам неизвестны? — спросил он у Жанны вместо приветствия, а она даже растерялась, услышав столь странный вопрос.
— Что вы имеете в виду? — нахмурившись, уточнила она.
— Поторопились вы с удобрениями, вот что, — ответил мужчина, а сам посмотрел на Жанну с некоторым сожалением, — испортите урожай, как пить дать. Я, между прочим, наслышан о вас и вашей местной фермерской владычице Нечаевой.
— Я рада, что мы столь популярны, — съязвила Жанна, — а вы, собственно, кто?
— Александр, — мужчина почтительно опустил голову, — сосед ваш новый. Буду строиться на соседнем участке.
Жанна бросила взгляд через забор и поежилась. Два года соседний с нечаевским участок пустовал, а теперь там, выходит, появился новый хозяин.
«Симпатичный», — мелькнула в голове у Жанны мысль, но она ее тут же старательно отогнала. Только вот, сколько ни пыталась Жанна полностью вытеснить из своих размышлений этого Александра, сделать это ей так и не удалось. Высокий, темноволосый и очень хорошо одетый – Александр совершенно не походил на местных мужчин.
— А вы все разрешения получили на строительство? — с подозрением в голосе спросила Жанна. Не нравилось ей все то, что творилось внутри нее, симпатия к новому соседу виделась лишней, мешавшей ведению бизнеса и поддержанию деловых отношений с возможным конкурентом.
— Конечно, — Александр рассмеялся, и Жанне показалось, что никогда раньше она такого приятного смеха не слышала. А еще не видела столько красиво улыбавшегося мужчины, что было удивительно и даже противоестественно.
— Тогда зачем вы тут? Пришли, чтобы советы свои ценные раздавать? Только вас о них никто не просил! — Жанна разозлилась на себя за собственные эмоции, мешавшие ей с холодностью относиться к постороннему мужчине.
Лицо Александра изменилось. Он вдруг стал серьезным, даже слегка напряженным.
— Я пришел не для того, чтобы советы раздавать, слишком дорого они для вас будут стоить. Просто хотел подсказать, как исправить ошибки, только теперь понял, что не заслуживаете вы моего участия.
Жанна хмыкнула и указала рукой на калитку, через которую Александр попал к ним на участок
— Тогда уходите! Выход там же, где и был вход, в который вас никто не просил проникать.
Александр с любопытством смотрел на Жанну:
— Слышал я от местных, что есть тут такие две женщины, старая и молодая, которые возомнили себя великими предпринимательницами. Не верил я, а, выходит, зря. Сейчас вижу, что передо мной истинная женщина, не очень умная и не очень хорошо воспитанная.
Жанна почувствовала, как лицо заливается краской. Ей стало стыдно за свой выпад, но тут же на смену смущению пришла злость.
— Я вашего мнения не спрашивала. Идите к себе на участок и стройте свой дворец.
— То есть вы не любите, когда вам указывают, а сами с легкостью диктуете другим, что и когда им делать! Наглая вы девица, госпожа Нечаева.
— Я не Нечаева! — выкрикнула вслед уходящему соседу Жанна. Ей хотелось крикнуть ему еще что-нибудь обидное, но Александр уже ушел, а Жанна так и осталась стоять посреди грядок, переполненная гневом и раздражением. Вперемежку с ними внутри Жанны разрасталось какое-то доселе неизвестное чувство, нечто вроде болезненной симпатии к человеку, которого можно было считать своим врагом.
«Что со мной?» — удивлялась Жанна, ощущая полнейшую беспомощность. Сердце трепыхалось в груди, ладони взмокли, а перед глазами еще долго стояла мужская фигура, показавшаяся Жанне эталоном мужественности и уверенности в себе. Вот это она вляпалась! Понять бы еще, во что именно...
Уважаемые читатели, на канале проводится конкурс. Оставьте лайк и комментарий к прочитанному рассказу и станьте участником конкурса. Оглашение результатов конкурса в конце каждой недели. Приз - бесплатная подписка на Премиум-рассказы на месяц. Так же, жду в комментариях ваши истории. По лучшим будут написаны рассказы!
→ Победители ← конкурса.
Как подписаться на Премиум и «Секретики» → канала ←
Самые → лучшие, обсуждаемые и Премиум ← рассказы.